Полилингвиальность и транскультурные практики

Критически проанализированы идеи американского политолога Б. Барбера, представленные в книге «Джихад против МакМира». Ученый предпринимает попытку обосновать концепцию борьбы двух сил формирования миропорядка: Джихада и МакМира . Первое представляется как движение, ориентированное на становление общества радикальных национально-культурных изоляций - демаркации этнонационального жизненного пространства от влияния внешнего мира. Второе движение реализует подходы глобализации для создания однополярного мира унифицированных и единообразных культур, что в конечном счете должно привести к формированию общего транснационального характера личности. В предсказаниях Б. Барбера радикальное противостояние Джихада и МакМира окончится победой последнего, то есть полным размытием межкультурных границ. Актуальность «культурного давления» МакМира последних десятилетий подтверждается словарным составом современного языка, где иноязычные заимствования, имеющие обычно интернациональный характер, вытесняют лексемы, репрезентующие этнокультурную картину мира. На примерах современных культурных реалий объективизируется становление иной от предложенных Б. Барбером формы развития межнациональных отношений - регионализации. Регионализация в преломлении к культурному контексту являет собой естественный процесс противостояния тенденциям стирания культурных национально-этнических границ, то есть по формальным признакам представляется оппозицией по отношению к глобализации ( МакМир у) и родственной идеям Джихада . Однако последовательно доказывается, что доктрина регионализации имеет симбиотическую основу: несмотря на ориентацию на сохранение национально-этнической идентичности, она реализует транскультурную диффузию посредством ассимиляции заимствованных культурных элементов. В качестве подтверждающих примеров приводятся факты «культурной ассимиляции» в литературном процессе, киноиндустрии, науке и даже сфере общественного питания. Регионализация реализуется в естественной форме как самостоятельное желание личности уйти от культурной ассимиляции, а в крайних формах - перейти к культурному сепаратизму. Искусственная регионализация рассматривается как предмет национального дискурса и обнаруживается в коммуникативных потоках идеологической направленности, ориентированных на получение, сохранение или развитие государственности. Сделан вывод о расширении проявлений культурной регионализации по принципам этногенеалогических связей с поправкой на современную политическую карту мира.

Цель исследования - выявить функции английского языка, выполняемые им в межличностном устном общении в ситуациях вне школьных/университетских занятий в учреждениях среднего и высшего образования Исламской Республики Пакистан, в которых английский является языком обучения. Новизна исследования обусловлена, прежде всего, практически полным отсутствием исследований, направленных на выбор коммуникативных функций при использовании английского языка в межличностном устном общении. Методология исследования включала исчисление коммуникативных ситуаций на основе функциональных ролей адресантов и адресатов и обобщение социолингвистических данных, полученных методом непосредственного скрытого наблюдения в трех университетах и двух учреждениях среднего образования Пакистана. Результаты исследования отражают примерный паритет в использовании английского языка и урду. Английский язык чаще, чем урду, используется в двух из четырнадцати наблюдаемых коммуникативных ситуаций, которые являются наиболее официальными: общение преподавателя университета с несколькими преподавателями либо с группой студентов. Урду превалирует в общении как учителей, так и преподавателей университетов с родителями обучаемых. Оба языка, как английский, так и урду, способны выполнять три из шести функций, обозначенных Р. О. Якобсоном: фатическую, конативную, референтивную (когнитивную). В то же время английский язык лишь ограниченно выполняет метаязыковую функцию. В случаях, если в коммуникации используется комбинация английского языка и урду, наблюдается дифференциация функций между языками: английский язык чаще выполняет фатическую функцию, а урду - референтивную. Полученные данные подтверждают ограниченность использования английского языка как средства межличностного общения в Исламской Республике Пакистан, поскольку паритет английского языка и урду наблюдается даже в таком традиционном для использования английского языка социальном институте страны, как сфера высшего образования.

Актуальность представленной проблемы обусловлена научным интересом к рассмотрению и пониманию специфики языкового сознания титульных народов Кабардино-Балкарии, обладающих уникальной и самобытной культурой. Цель исследования - выявить и описать особенности мировосприятия этнокультурной языковой личности кабардинцев и балкарцев через призму архетипических представлений, интегрированных в основу их коллективного бессознательного. Предметом исследования стали репрезентированные в пословицах, фразеологизмах, текстах художественной литературы архетипические представления в языковом сознании кабардинцев и балкарцев. В статье рассмотрена система ценностей и представлений о мире, формирующая идентичность кабардинского и балкарского народов, воплощенных в архетипах «Тау Адет» (балк.) («Горский обычай») и «Адыгэ Хабзэ» (каб.) («Адыгские обычаи»). Выявлены ключевые архетипы, релевантные для кабардинской и балкарской культуры. Особое внимание уделено архетипу Хабзэ (каб.) и архетипу Горец (балк.). В частности, отмечено, что Хабзэ является важнейшей когнитивной составляющей языковой картины кабардинского народа, регулирующей этические нормы, моральные ценности, обычаи и обряды; акцентируется мысль о том, что в архетипе Хабзэ выделяются множество образов ( Мать, Воин (герой) Старший, Гость, Мудрец и др.), через которые утверждаются уникальные особенности и предпочтения кабардинского народа; подчеркивается, что трансформация архетипических представлений о Хабзэ в современном сознании, десемантизация этнокультурного смысла влияет на тенденции развития культурного пространства. Анализ языковых репрезентаций архетипа Горец позволяет заключить, что это мощный символ, синтезирующий исторический опыт, этнокультурные и нравственные принципы балкарского народа; актуализируется архетипическая синхронизация концептов Намыс (честь и достоинство), Конакь (гость), Сёз (верность обещанному слову), Гора, Камень с архетипом Горец. Выявлено, что рассмотренные кабардинские и балкарские архетипы обладают богатым пластом культурных знаний, традиций и представлений, воплощают культурный код, через которые формируются мировоззрение и поведение представителей титульных народов Кабардино-Балкарии; показано, что обращенность к архетипам дает возможность носителям языка и культуры не только сохранять их устойчивую значимую роль в сознании этнокультурной языковой личности, но и учитывать динамику трансформации в современном коммуникативном пространстве.

Актуальность исследования обусловлена необходимостью применения инструментария аналитической философии языка к поэтическому тексту для выявления его скрытой эпистемологической структуры. Стихотворение Елены Шварц представляет собой герменевтический вызов, который не исчерпывается традиционными методами анализа. Автором дана интерпретация стихотворения через призму теорий референции (С. Крипке), натуральных видов (Х. Патнем) и индетерминизма перевода (У.В.О. Куайн), а также концептов «темной экологии» (Т. Мортон) и акселерационизма (Н. Ланд). В основе методологии лежит применение аппарата аналитической философии языка и «темных» теорий для анализа цепочки метаморфоз в стихотворении как индетерминизма референции. Фигура Павла I рассматривается как «жесткий десигнатор», а образ «оловянного молока» - как извращенный «натуральный вид». Анализ показывает, что стихотворение инсценирует эпистемологический сбой, при котором референция терпит крах, уступая место спектральной причинности. Павловский парк предстает не как место памяти, а как активный агент-«гиперобъект», производящий гибридные сущности («утки-солдаты», «речка-богиня») под действием безличной, акселерационистской машины истории, персонифицированной в фигуре императора. Стихотворение Шварц оказывается исследованием того, как историческая травма, функционирующая как «жесткий десигнатор», деформирует реальность, разрушая семиозис и делая нестабильными фундаментальные категории природы и культуры.

В современном литературоведении актуальной является проблема методологии изучения идентичности национальных литератур. Принимая во внимание, что в рамках индивидуально-творческого типа художественного сознания ключевой фигурой литературного процесса становится автор, значимым для понимания идентичности является исследование типов авторского сознания в разноуровневых системах (творчество одного писателя, литературное направление (течение), литературная эпоха). Автором исследованы формы субъектной организации и проанализированы типы авторского сознания в лирике Габдуллы Тукая. Основные задачи: определить субъектные формы в лирических стихотворениях Г. Тукая (лирическое «я», повествователь, ролевая лирика); установить их релевантность типам авторского сознания (просветительское сознание, религиозное сознание, национальное сознание и др.); дать характеристику лирической системы поэта (односубъектная, многосубъектная). Материалы исследования - стихотворения Г. Тукая 1905-1913 гг. Исследование основано на методе субъектного анализа, теоретические основы которого были разработаны в трудах Б.О. Кормана и созданной им научной школы. В результате проведенного исследования установлено, что в лирике Г. Тукая присутствуют разные субъектные формы выражения авторского сознания: повествователь, лирическое «я», ролевая лирика. Многообразию субъектных форм соответствует многообразие типов авторского сознания: просветительское, религиозное, гражданское, национальное. На примере анализа отдельных стихотворений установлена связь между субъектными формами и авторской самоидентификацией.

«Кентерберийские рассказы», написанные свыше 600 лет назад, относят к книгам, изменившим мир, а ее автора, английского поэта Джеффри Чосера, - к писателям, объединившим поколения. Именно с «Кентерберийскими рассказами» связывают появление английской национальной литературы. Для современной читательской аудитории «Кентерберийские рассказы» Чосера не превратились в средневековый текст-памятник, чье место исключительно в литературном музее, - темы, проблематика, система образов, сама аура чосеровского произведения сохраняют свою притягательность и жизнеутверждающую силу слова. О популярности «Кентерберийских рассказов» свидетельствуют российские и зарубежные рейтинги «лучших книг». Актуальность нашей работы обусловлена своеобразием чосеровского текста, пережившего свою эпоху и остающегося востребованным в реалиях сегодняшнего дня. Цель исследования - выявление кодов, удерживающих «Кентерберийские рассказы» в пространстве современной культуры. Авторами рассмотрено понятие кода культуры, предложено определение культурного кода. Материалом для исследования является текст Дж. Чосера «Кентерберийские рассказы» на современном русском и английском языках. В работе использованы следующие методы: коммуникативного анализа текста, семиотический, аксиологический, герменевтический, сравнительно-исторический, функциональный, что позволило нам исследовать «Кентерберийские рассказы» как систему кодов: архетипического, эпохального, национального, авторского; погрузиться в смысловое пространство текста и выявить в нем ценности культуры Предвозрождения; обозначить ценностно-смысловую динамику текста, а также рассмотреть его как длящийся во времени текст-диалог. Авторы приходят к заключению о «Кентерберийских рассказах» как об универсальном феномене культуры, классическом «тексте-коде», - тексте с высоким моделирующим потенциалом. «Кентерберийские рассказы» многократно интерпретировались не только в литературе, но и в других видах искусства: на их основе созданы современные театральные постановки, аудиоспектакли, мюзиклы, кинофильмы, произведения в стиле рэп. «Кентерберийские рассказы» Джеффри Чосера не только вбирают в себя информацию о ценностях культуры Предвозрождения, но и позволяют сегодняшнему читателю, зрителю, слушателю переосмыслить современную действительность, задуматься в поисках ответов на «вечные» жизненные вопросы, таким образом, являясь текстом перспективным в коммуникативном аспекте.

В антропософском ряду литературных типов ( homo ludens , homo faber , homo dreamer и пр.) не фигурирует герой homo creator (творческая личность, человек искусства). В исследовании заявлен такой тип героя и представлена аналитика его образа - на материале повести «Башня молчания» Явдата Ильясова. Для достижения цели - понимания творческой личности - и решения поставленных задач (описание рефлексивных практик героя повести; анализ поэтики образа главного героя; отношение героя повести к собакам вообще и псу, доставшемуся ему в подарок; раскрытие семантики заглавия повести), с опорой на литературоведческие труды (М.М. Бахтина, И.Р. Гальперина, С.Н. Зенкина, С.Д. Кржижановского, Ю.М. Лотмана, Ю.Б. Орлицкого, Ю.К. Щеглова), выявлены приемы поэтики, участвующие в создании литературного образа Омара Хайяма, поэта и ученого. Среди таких приемов рассмотрены: особая оптика героя homo creator , фокус которой моделирует разные виды экфрасиса (живописный, обрядовый); интрадиегетическая образность (когда герои картины «оживают» и становятся действующими персонажами повести); театрализация в моделировании ситуаций (режиссирование «спектакля» с элементами карнавализации: травестированием, «перевертышами», «ситуацией наоборот»); создание субъектной точки зрения главного героя в процессе написания им «Книги печали» (в которой герой анализирует судьбы поэтов и ученых предшествующих эпох); отношения с собакой, представленные в эволюционном ракурсе (от неприятия собак до преданных отношений с собакой по кличке Басар). Повесть «Башня молчания» в таком аспекте анализируется впервые. Мировая хайямиана , таким образом, пополняется новыми гранями литературного образа Омара Хайяма, выявленными автором.

Обоснование теоретической базы, проведение экспериментов, опыт работы и создание соответствующих учебных ресурсов для обучающихся и обучающих имеют немаловажное значение при использовании билингвальной и полилингвальной моделей обучения, транслингвальной и транскультуной практики. Анализ научно-методической литературы, лингвокультурологических и лингводидактических исследований свидетельствует о том, что при изучении двуязычия и многоязычия, процесса интеграции и взаимообогащения языков возникает широкий спектр лингвистических и методических вопросов. Так как данная языковая ситуация подразумевает наличие благодатной транслингвальной и транскультурной практики, здесь следовало бы говорить также о двуязычных художественных текстах и практике художественного перевода, синхронном и последовательном переводах. Все эти аспекты двуязычия, многоязычия и транслингвальной практики могут быть рассмотрены и на уровне сравнительного языкознания и литературоведения. Осмысление и описание би-, поли-, транслингвальных контактов в учебной, научно-исследовательской, творческой и практической сферах деятельности людей требует необходимости системного планирования двуязычия и многоязычия, начиная с дошкольного и школьного этапов обучения и кончая подготовкой специалистов на всех уровнях высшего образования. Успех учебной, научной и практической деятельности во многом зависит от того, какая законодательная база, учебные стандарты и планы, учебные графики предлагаются для реализации конкретных учебных программ на разных этапах и уровнях обучения, особенно по подготовке специалистов по специальностям «Учитель иностранного языка (по языкам)», «Перевод (языки)», «Регионоведение (страны и регионы)», «Филология (язык и литература)» и др. Авторы статьи, ссылаясь на Национальные рамки квалификаций по пожизненному обучению, затрагивают языковую ситуацию во всех типах образовательных учреждений Азербайджана в плане осуществления билингвальной модели обучения, в то же время поднимают проблему интеграции и соотношения языков обучения и специальности в период обучения в бакалавриате. Анализ учебных программ показал отсутствие в большинстве случаев оптимальных учебных стандартов для обеспечения интеграции и соотношения в применении языка обучения (на котором студент закончил школу) и языка специальности. По мнению авторов статьи, решение проблемы создаёт реальную возможность а) соблюдения разумного паритета между языком обучения и специализации; б) охвата всех этапов изучения языка специальности (специализации); в) усвоения своей специальности (профессии) на необходимом уровне, умения одинаково удачно презентовать её и на государственном (в данном случае - обозначаемом как язык обучения), и на языке специальности (специализации); г) наличия возможностей в период осуществления учебной программы подключаться к программам мобильности студентов, усовершенствования своих знаний и умений в университетах стран специализации, продолжения там своего обучения на уровнях магистратуры и докторантуры; д) нахождения работы на внутреннем и международном рынках труда и т. д.