Том 26, № 3 (2026): ЮБИЛЕЙ ЖУРНАЛА

-

Первый номер журнала «Вестник РУДН. Серия: Социология» в 2001 году открывала данная статья Геннадия Семеновича Батыгина. Он преподавал в Российском университете дружбы народов более десяти лет, до своей смерти в 2003 году, и по праву считается одним из наиболее известных и авторитетных российских социологов 1980-х - начала 2000-х годов. Сфера его профессиональных интересов была чрезвычайно широка: среди прочего он занимался проблематикой и вопросами методологии социологических исследований, историей зарубежной и отечественной социологии, историей общественной мысли в СССР, социологией знания и науки; был основателем и редактором «Социологического журнала». Повторно публикуемая спустя четверть века статья - не только дань памяти выдающемуся ученому, и представляет не только мемориальную ценность. За последние двадцать пять лет окружающий человека социальный и технологический универсум изменился до неузнаваемости. Информационно-коммуникационная революция, связанная с повсеместным распространением интернета, по-видимому, не имеет прецедентов в мировой истории. Речь идет не только о фундаментальном характере происходящих на наших глазах изменений, последствия которых сегодня трудно в полной мере оценить, но и о скоростях, темпах наблюдаемых трансформаций. Сегодня мы живем в двух мирах, или в одном гибридном - офлайно-онлайновом, в реальности «виртуальной» как минимум наполовину. Не так давно - на рубеже ХХ-XXI веков - ворота в новый цифровой мир только приоткрывались, и по ту сторону ворот открывались перспективы довольно туманные, неопределенные, ведь этот мир только формировался. Тогда наступление новой эры развития человечества во множестве конкретных деталей едва ли можно было точно спрогнозировать и диагностировать. Батыгин был одним из тех немногих российских обществоведов, которые относились к происходящим изменениям серьезно, как к предмету, заслуживающему изучения. Некоторые суждения и выводы, содержащиеся в предлагаемой читателям статье, могут показаться наи вными, не оправдавшимися и не выдержавшими проверку временем. Но стоит ли на этом основании упрекать автора в непроницательности? Знавшие Геннадия Семеновича лично коллеги или просто знакомые с его публикациями продолжают делиться впечатлениями, которые производил он и транслируемые им идеи. Все сходятся в одном: Батыгин чрезвычайно тонко чувствовал сложность, парадоксальность и драматизм социальной жизни. Реалии нашего коллективного опыта начала второй четверти XXI века из «темпоральной точки наблюдения» 2000 года едва ли могли быть распознаны во всей полноте. Нельзя эмпирически корректно рассуждать о том, чего еще нет, - это как было бы ожидать от К. Маркса детального и точного анализа трансформаций капиталистического общества в ХХ веке. Тем не менее, социологические интуиции Батыгина двадцатипятилетней давности соответствуют той совокупности данных и инструментарию их исследования, которые имелись в распоряжении ученого тогда, когда была написана статья. Несомненно, материал представляет интерес для истории новейшего этапа развития социологии в России - для тех, кто был ее свидетелем и участником, и для тех, кто только осваивает социологию как будущую сферу профессиональных занятий.

Статья посвящена анализу рейтинговых показателей научного журнала «Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Социология» (RUDN Journal of Sociology). Цель - не только зафиксировать текущее положение издания в системах национального и международного научного цитирования, но и выявить ключевые факторы редакционной политики, обеспечившие динамику роста. В статье представлен анализ динамики наукометрических показателей журнала в международных системах цитирования Scopus, Web of Science, Российский индекс научного цитирования (РИНЦ и RSCI), а также позиций в Перечне Высшей аттестационной комиссии (ВАК) и «Белом списке». Отдельное внимание уделено стратегии интернационализации, политике открытого доступа и следованию стандартам публикационной этики. Сделан вывод, что рост рейтинговых позиций журнала является прямым следствием последовательной редакционной политики, направленной на повышение качества экспертизы и открытости и развитие международного сотрудничества.

В статье проанализирована связь теоретических кризисов в социологии с влиянием на нее экспериментальной науки, возникшей в Европе в середине XVIII века в результате научной революции, связанной прежде всего* с именами Г. Галилео и И. Ньютона. Показано, что конституирование в Европе Нового времени позитивистской социологии происходило в подражание естественной экспериментальной науке, что обусловило понимание объекта социологического изучения (человеческого общества) как естественного явления (наподобие природы в естествознании), которое подчиняется в своем развитии одним и тем же (универсальным) законам и закономерностям. Подражательность позитивистской социологии проявилась и в том, что, как и естественные науки, она, с одной стороны, демонстрирует приоритет теоретического над эмпирическим, а, с другой стороны, считает важным проводить сбор эмпирических данных через введение измерительных процедур, т.е. позитивистская социология ориентирована на связь теории и практики. Доказывается, что в основе теоретических кризисов социологии лежит невозможность развивать социологию, гуманитарную по своей сути науку, преимущественно по канонам естественно-научного исследования. И ответственность за кризисы лежит в большей степени на позитивистской методологии, поскольку она была первой по времени и доминировала в течение всего XX столетия. В силу специфики зарождения и развития социологии ей важно искусно совмещать каноны естественной и гуманитарной наук. В этой связи социологии следует не только развивать измерительные процедуры, но и расширять сотрудничество с гуманитарными науками для обогащения своего концептуального аппарата.

В статье представлены некоторые подходы к концептуализации индигенных методологий, в фокусе которых находятся: контекст исследования и репрезентации его результатов; позиция ученого, чья идентичность артикулируется в терминах индигенности и примордильности; принцип дихотомизации, в соответствии с которым разграничиваются позиции индигенных (изнутри) и неиндигенных (извне) ученых. Индигенные методологии понимаются как особая система производства знания и как инструмент «деколонизации» знания и методологии. Будучи представлены в социальном дискурсе как культурно обусловленный феномен, они не ограничиваются культурой и социальностью коренных народов, а имеют значимое этическое и политическое измерение. В том числе речь идет о преодолении коренными народами стигмы быть объектом исследования. Индигенные методологии концептуализируются как сопряженные, прежде всего, с контекстом формирования дизайна исследования и репрезентации его результатов, а не как предлагающие специальные методы и процедуры. Они осмысляются как одна из версий «антропологии дома», проводимой в родном (со) обществе и соотносимой с концептом индигенности. В контексте индигенных методологий этническая идентичность ученого рассматривается как «эпистемологическая» или «методологическая привилегия» и сопрягается с доступом коренных народов к знанию. В рамках индигенных методологий представлено несколько точек зрения на позицию исследователя, апеллирующего к своей принадлежности к коренным народам, которая понимается (а) как выражение аутентичной точки зрения на окружающий мир изнутри, (б) как культурный перевод, подразумевающий репрезентацию культурных форм как аутентичных в межкультурном пространстве. В последнем случае в фокусе внимания оказываются множественные связи субъекта и объекта исследования, их частичное совпадение, а также паттерны трансформации идентичности индигенного антрополога, вовлеченного в исследование родной культуры. В более широком смысле индигенизация социальной теории означает поиск концепций и методов, укорененных в локальном социокультурном контексте, что лишает западные институты монополии на производство знания.

В статье рассмотрены некоторые художественные и научные идеи замечательного социального философа Валериана Николаевича Муравьева, посвященные вопросам организации труда и производства в проектах сельского развития Генри Форда в связи с проектами модернизации социальной жизни в СССР. В.Н. Муравьев, в своих сочинениях затрагивавший многообразные вопросы истории, войны, революции и строительства социализма, достаточно точно и глубоко отмечал огромное значение и роль крестьянства в русской истории и русской революции. Особое внимание в статье уделяется образам и идеям незавершенного муравьевского сатирического произведения «Повесть о том, как Яичкин сделался Фордом». Далее следует описание ряда фордистских технократических проектов, направленных на преодоление неравенства между городом и деревней: приводятся положительные и отрицательные отзывы советских и зарубежных авторов о сельскохозяйственных технологиях, агрогородах, сельских культурных инициативах Г. Форда. В связи с американскими проектами Форда рассматриваются и проекты автомобилизации СССР, разработанные видным советским большевиком Валерианом Валериановичем Оболенским (партийный псевдоним - Николай Осинский): как американский, так и советский проекты автомобилизации приводили в реальных условиях капитализма и социализма к развитию и углублению социальных и экологических противоречий общественной жизни. В заключительной части статьи аграрные идеи Форда рассматриваются с точки зрения философии общего дела Николая Федоровича Федорова и его последователя В.Н. Муравьева.

На данных общероссийского опроса, проведенного Институтом социологии ФНИСЦ РАН в октябре 2025 года (N = 2000), показано, что реальная адаптированность к внешним условиям и объективные показатели адаптированности к ним - разные феномены. Объективные индикаторы адаптированности обладают меньшим эвристическим потенциалом, чем те, которые учитывают восприятие человеком соотношения своих потребностей и возможностей их удовлетворения. Адаптационный потенциал россиян достаточно высок: около трети можно считать хорошо адаптированными, число плохо адаптированных вдвое меньше, остальные относятся к средне адаптированным. Для молодежи соответствующие показатели выглядят еще благополучнее - доля хорошо адаптированных составляет почти 45 %, а доля дезадаптантов почти вчетверо меньше. Плохо адаптированные россияне страдают в основном от проблем со здоровьем на фоне недоступности медицинской помощи; финансовых проблем, особенно ограничивающих возможности использования свободного времени; социальной незащищенности в случае потери работы. В число факторов, повышающих шансы оказаться в группе плохо адаптированных, входят, судя по результатам регрессионного анализа, плохое здоровье, работа на позициях низовых работников торговли и бытового обслуживания или низко- и среднеквалифицированных рабочих, а также неготовность принять на себя ответственность за свою и отсутствие навыков долгосрочного планирования (для молодежи значимы только два последних фактора). Наиболее важные факторы успешной адаптации, помимо хорошего здоровья, - включенность в высокоресурсные социальные сети, наличие установок на личную ответственность за свою жизнь и вера в роль собственных усилий для достижения успеха (для молодежи - только здоровье). Решающая роль здоровья для успешной адаптации говорит о недостаточности мер государственной социальной политики для россиян, имеющих плохое здоровье, но не получивших инвалидности.

С начала 2020-х годов российское общество переживает существенные трансформации, связанные с цифровизацией, внешнеполитическими и экономическими шоками, изменением структуры занятости, форм неравенства. Все это влияет на процессы социальной стратификации и - в конечном счете - на социальную структуру общества. Задача статьи - показать на примере публикаций в профильных российских академических журналах, как отечественная социология описывает и интерпретирует новые процессы на пересечении социодинамики и стратификационного анализа. Для этого в статье реконструированы основные направления и результаты исследований, посвященных социодинамике, социальной структуре и стратификации российского общества. Был проведен систематический анализ 41 статьи, опубликованной в 2020-2025 годы в ведущих российских журналах, с использованием ключевых слов, связанных с социально-экономическими процессами, социальной структурой, мобильностью и неравенствами. Публикации сгруппированы в два суперкластера: «Социально-экономические процессы и социодинамика» и «Социальная структура и стратификация», причем второй суперкластер разделен на пять тематических кластеров, что позволило выявить доминирующие исследовательские повестки. Показано, что в отечественной литературе одновременно развиваются несколько линий анализа: осмысление новых трендов социодинамики; адаптация классических и неовеберианских теорий к российским реалиям, в том числе разработка более сложных схем стратификации и попытки построения альтернативных объяснительных концепций; изучение ресурсов социальной мобильности; взаимовлияние социодинамики и восприятия неравенств. Особое внимание уделено теоретико-методологическим основаниям публикаций, используемым данным и ограничениям применяемых подходов. Сделан вывод о слабой связи исследований стратификационных процессов с анализом более широких сдвигов социодинамики, сохраняющейся концептуальной неопределенности в трактовке ключевых категорий, недостаточной изученности нижних слоев и дефиците междисциплинарных исследований. Результаты анализа позволяют уточнить исследовательскую повестку и обозначить перспективные направления изучения социальной структуры и социодинамики российского общества.

Перенос концепта «трансмедийность» из медиатеории в сферу политической социологии, хотя, несомненно, является эвристически плодотворным, порождает методологическую проблему избыточной метафоричности и размытости применения. Статья направлена на преодоление этого разрыва путем разработки четкой аналитической модели для изучения трансмедийных политических нарративов и операционализации смежных понятий. Методологическую основу исследования составляет системный анализ научной литературы, теоретическое моделирование и иллюстративный кейс-стади. В итоге предложена оригинальная трехуровневая модель анализа трансмедийных политических нарративов: первый, идеолого-мифологический, уровень фокусируется на базовом сюжете, архетипах и ключевых символах нарратива; второй, медийно-платформенный, уровень раскрывает архитектуру распределения смысловых элементов по специфичным каналам коммуникации, где каждый платформенный формат вносит уникальный вклад в раскрытие общей «вселенной»; третий, праксеологический, уровень обращен на практики вовлечения аудитории, от со-творчества в производстве контента до участия в ритуалах, посредством которых нарратив материализуется в социальном действии. Главный вывод авторов заключается в том, что концепт трансмедийных политических нарративов предоставляет продуктивный инструмент для анализа современных идеологий, функционирующих не как жесткие доктрины, а как децентрализованные, адаптивные и вовлекающие системы смыслопорождения. Однако применение данного концепта требует последовательного междисциплинарного подхода, учитывающего специфику политического поля.

Структурная теория эскалации действий (СТЭД) рассматривает социальное действие как результат взаимодействия его имплицитных и эксплицитных движущих сил в рамках процесса эскалации действий. Две основные формы такого результата эскалации - «предписанные» и «обдуманные» действия. Первые предполагают более или менее бессознательное использование готовых поведенческих схем, возможность обратиться к которым зависит от опыта актора, вторые - сознательную разработку адаптированной к ситуации программы действий, которая зависит от рассудочного потенциала актора. Таким образом, две разные области социального опыта и культурного капитала соревнуются за возможность управлять процессом эскалации и формировать действия. В статье представлены результаты проверки способности СТЭД различать социальные группы и области поведения с точки зрения баланса предписанных и преднамеренных действий. Эмпирическая основа работы - поведенческая практика создания семьи в форме брака и совместного проживания в России за последние семьдесят лет. Принятие культуры совместного проживания вместо брака различается в группах мужчин и женщин - эффективная культура совместного проживания у женщин все еще не сформировалась. Также эти формы семьи отличаются динамикой культурных регуляторов, предоставляя примеры культурного подъема (преобладание преднамеренных действий на фоне расширения практики) и упадка (преобладание предписанных действий на фоне сужения практики). Была подтверждена исследовательская гипотеза, что социальные действия, одинаковые по результирующей форме, но отличающиеся траекториями эскалации, будут отличаться по своим социальным последствиям. Как в браке, так и в совместном проживании предписанный порядок действий приводит к гораздо более эффек тивному партнерству, которое длится дольше и приводит к рождению большего числа детей. В конечном счете, по мере развития женской культуры совместного проживания, оно станет более социально продуктивным: союз будет длиться дольше и принесет больше детей.