Репрезентация концепта Шулык ‘здоровье / жизненная сила / благополучие / счастье’ в дискурсе марийской этнической религии

Полный текст

Введение Лингвокультурологический анализ, религиозная концептология через исследование языка как средства общения между членами этноса, способов и средств фиксирования, сохранения и передачи важнейших аспектов культуры позволяют раскрыть сущностные характеристики такого уникального объекта, как этническая религия мари. Религиозная картина мира, вербализуясь средствами языка, «становится культурным наследием народа и отражается в языковой картине мира» [1. С. 40]. К числу базовых марийских религиозных концептов, составляющих фундамент картины мира, относятся следующие: юмо ‘бог’, ото / кӱсото ‘священная / молитвенная роща’, онапу ‘священное / молельное дерево’, кумалтыш ‘моление’, перке ‘обилие, изобилие, плодородие, плодовитость, достаток’, шулык ‘здоровье / жизненная сила / благополучие / счастье’, серлагыш ‘защита / милость’. Репрезентируемые преимущественно в текстах молитв, а также в описаниях обрядов в целом в марийском фольклоре, они воплощают в себе духовно-нравственные ценности народа, основы вероучения марийской этнической религии. Результаты и обсуждение В данной статье мы опираемся на дефиницию И. Постоваловой, которая определяет религиозный концепт как многомерное мистико-семиотическое образование в единстве трех его основных планов - духовно-мировоззренческом, культурно-историческом и лингвистическом [2. С. 139]. Понятийное содержание концепта шулык выявляется при анализе словарных статей. В.М. Васильев в «Марий мутэр» представил два значения слова шулык: «здоровье, жизненная сила» - и представил следующие иллюстрации: Шулы̌к, тазалы̌к, сьулы̌к (ӱ. м.) - здоровье. Шулы̌к тажа илы̌шы̌м йоды̌на ‘Здоровой жизни просим’; шулыкан лий - будь здоров, счастлив [3. С. 274]. В многотомном «Словаре марийского языка» для этого слова выделены два значения. Первое истолковано через ряд слов русского языка: счастье, добро, благо, благополучие - и дана отсылка к словарной статье лексемы пиал ‘счастье’. Для второго значения слова предложена отсылка к слову тазалык ‘здоровье’ [4. С. 333]. Этимологический анализ приводит к заключению, что слово шулык тюркского происхождения. Ср.: татарское саулык ‘здоровье, здоровое состояние’ [5. С. 471], турецкое sağlık ‘здоровье’, туркменское saglyk ‘здоровье’. Сравнительный анализ лексикографических данных и этимологический анализ свидетельствует о том, что для слова шулык первичным является значение «здоровье». В результате расширения значения слова в марийском языке возникли семы «жизненная сила», «внутренняя сила», «мощь, энергия», «гармония божественной энергии», и в луговом наречии марийского языка у слова оформилось значение «счастье». Подтверждают данный тезис сочетания шулык вий ‘жизненная сила’, шулыкан вий ‘жизненная сила, букв. со здоровьем сила’ из молитвенных текстов: Шулык виетым поро пашаште чаманыде кучылтметлан тылат вуйнам савена [6. С. 33] ‘За то, что свою жизненную силу не жалея используешь в добрых делах, головы свои преклоняем’; Мланде Ава дене пырля Агавайрем Кугу Юмо шулыкан вийым пуэн шогыза, вольыклан, мӱкшыжлан, пушеҥгылан, саскалан, киндылан, шийвундылан шулыкан вийым пуэн шого [6. С. 32] ‘Богиня-мать земли вместе с Богом праздника Агавайрем (Весенний праздник пашни, сохи. - Л.А.), жизненную силу давайте, для скотины, для пчел, для деревьев, для плодов, для хлебов, для серебра жизненную силу давайте’. Сочетания из текстов молитв шулыкан пӱрымаш ‘счастливая судьба, доля’, шулыкан каҥаш ‘доброе наставление’ свидетельствуют о том, что у слова шулыкан значение шире, чем это отмечено в указанном десятитомном словаре марийского языка. В словообразовательное гнездо лексемы-наименования входят прилагательное шулыкан ‘1. счастливый; 2. горн. здоровый’; глагол шулыкланаш ‘горн. книжн. здороваться’: Шулыкан лий, кум тӱрлӧ вольык перке гыч Юмо тыйым ынже кӱрылтыктӧ [7. С. 204] ‘Будь счастлив, пусть Юмо не лишит тебя изобилия трех разных видов скота’; (Яшпай) вӓтӹ доно пурынок шулыкланыш. В. Петухов. ‘Яшпай приветливо поздоровался с женщиной’ [4. С. 333]. При выявлении понятийного содержания религиозного концепта дефиниционный анализ только на основе лингвистических словарей представляется ограниченным, поэтому обратимся к трудам религиоведов и служителей культа традиционной марийской религии. Религиовед Н.С. Попов определяет шулык в следующем контексте: «За праведную жизнь божества могут наделить человека дополнительным ангелом-хранителем, то есть утвердить бытийность человека в Боге, обеспечив тем самым способность к созерцанию и переживанию Бога, гармонию божественной энергии (шулык) и человеческой души» [8. С. 137]. Он также выводит смысл слова шулык через такие понятия, как тазалык ‘здоровье’, кӧргӧ вий ‘внутренняя сила’, куат ‘мощь / энергия’ [7. С. 249]. При толковании смыслов, вложенных с древности в эти концепты, нельзя не обратиться к трудам служителей культа. В.М. Мамаев дает следующую трактовку: Шулык - тиде вий-куат, Перке - ваш кылдалт шогышо нимучашдыме поянлык, Серлагыш - илыш ласкалык [9. С. 12] ‘Шулык - это сила и мощь, Перке - взаимосвязанные проявления бесконечного богатства, Серлагыш - жизненное благополучие / спокойствие’. В лексикографических и религиоведческих толкованиях не наблюдается полного совпадения семантических признаков основного репрезентанта анализируемого концепта, однако у носителей языка имеются достаточно устойчивые представления о его составляющих. Для ясности и полноты рассмотрим функционирование слова шулык и его синонимов для каждого из словарных значений в молитвенных текстах. Репрезентанты концепта шулык ‘здоровье / жизненная сила / благополучие / счастье’ и их реализация в текстах молитв Значение «правильная, нормальная деятельность организма, его полное физическое и психическое благополучие» в марийском языке выражается также заимствованным из тюркских языков словом тазалык ‘здоровье’, которое является продуктивным и в текстах молитв: Тылеч вара илаш тазалыкым йодына. Ешланат, вольыкланат, суртланат, кугу серлагышым, кугу тазалыкым йодына [7. С. 158-159] ‘После этого, чтобы жить, просим здоровья. И для семьи, и для скота, и для дома защиты, крепкого здоровья просим’. В сборнике молитв, составленном Н.С. Поповым, оно выступает как более частотное: отмечено 96 употреблений для слова тазалык, 48 - для шулык. Слово тазалык общеупотребительное и нейтральное, в то время как лексема шулык представлена в горном наречии марийского языка и преимущественно в религиозном дискурсе луговых мари. В текстах молитв функционируют плеонастические сочетания шулык таза илыш, шулык тазалык с ролью усиления семантики: а таче у кечет дене, ару могыр дене кӧ кумал шога гын, тудлан поро шулык тазалыкым, илышаш кужу ӱмырым, шочшо-влакшылан тазалыкым, пиалым, серлагышым пуэн шогыза [7. С. 63] ‘А сегодня в новый день, кто чист телом и молится, тому доброго (букв. здорового) здоровья, долголетия, его детям здоровья, счастья, защиты давайте’. Значение «состояние абсолютной удовлетворенности жизнью, чувство наивысшего удовольствия, радости» в марийском языке выражается общеупотребительным литературным словом пиал ‘счастье’ и восточномарийским диалектизмом тюркского происхождения рыскал ‘счастье’. Обе лексемы встречаются в текстах молитв, в частности в сборнике «Марий кумалтыш мут» слово пиал - 70 раз, рыскал - 22 раза: Перке ден перкем ваш ыштенат, пиал ден пиалым ваш ыштенат [7. С. 135] ‘Изобилие с изобилием (Ты) соединил, счастье с счастьем (Ты) соединил’; …кӱшыл тӱтырам ӱлыкӧ волтен, ӱлыл тӱтырам кӱш кӱзыктен, кок тӱтырам ваш конден, нылле ик пачаш чаршаутым почылтарен, кӱрылтдымӧ резыкетым пуэн, пытыдыме рыскалым пуэн, кум тӱрлӧ еш гычын, тӱрлӧ вольык гычын, кум тӱрлӧ шурно чот гычын, кум тӱрлӧ пакча кӧргӧ мӱкш чот гычын, кум тӱрлӧ ший казна дене илаш, Кугу Юмо, ыҥгайлыкым пу! [7. С. 107] ‘Верхний туман вниз опуская, нижний туман вверх поднимая, два тумана соединяя, сорок одну завесу открывая, непрерывное пропитание давая, нескончаемое счастье давая, с тремя разными семьями, с разной скотиной, тремя разными видами хлеба, с пчелами в трех разных пчельниках, с тремя запасами серебра, Великий Юмо, дай возможность жить!’ Лексемы пиал, тазалык, шулык в текстах молитв употребляются в одном контексте: Ынде ты тичмаш ӱмбачын пореш пиалым пу! Тиде тичмаш ӱмбачын, ой Кугече Юмо, кӱшнӧ юмын сура почылтын, ӱлнӧ мланде сура почылтын, кок тӱтыра коклаште варсеҥге гае вычыматен, умла гае оварген, порсын гае ӱмыр шуен илаш, поро кугу шулык перкем пу, шулык дене ыштыме поро еш перкем пу, ешыже-влакым ушан-акылан ыште… [7. С. 143] ‘Теперь по молению с этим цельным даром в добре счастья дай. По молению с этим цельным даром, Бог праздника Кугече (весенний праздник поминовения предков, букв. Великий день - Л.А.), наверху открылся божий замо́к, внизу открылся земной замо́к; чтобы между двумя туманами жить, словно ласточки, веселясь, словно хмель, размножаясь, словно шелк, жизнь продлевая, дай доброго, великого изобилия здоровья, созданного здоровьем, дай благополучия семьи, пусть в семье все будут умными, разумными’; А Вуйӱмбал Кугу Юмо, шке Пиямбарет дене, чыла ешет дене, мемнан сӧрымым колын, чыла осалым поктен колто. Поро шулыкым да тазалыкым пуэн, илаш полшен шого [7. С. 9] ‘А Великий Юмо над головой, со своим Пророком, со всем своим семейством, услышав наш посул, все зло прогони. Доброго счастья и здоровья давая, жить помогай’. Схожее смысловое наполнение со словом шулык имеет многозначное слово эсенлык тюркского происхождения. Ср.: эсе́нлык 1. здоровье; нормальная жизнедеятельность организма; наличие силы, крепости организма. 2. благополучие; спокойное, успешное течение жизни, дел; довольство, обеспеченность; хорошее, доброе’ [10. С. 141] и исәнлык здоровье, а также исәнлык-саулык [5. С. 178]. Этот репрезентант анализируемого концепта встречается в молитвах восточных мари: Мер калык йодын кумалеш сурт кӧргӧ ямагатшылан эсенлыкым, кум тӱрлӧ вольыкшылан эсенлыкым йодын, кум тӱрлӧ ӱдымӧ шурныжлан эсенлыкым йодын, пакча кӧргӧ мӱкшыжлан эсенлыкым йодын, сӧйыш кайыше салтакше-влаклан эсенлыкым йодын, сондык кӧргӧ ший окса дене илаш ыҥгайлыкым йодын, кавыл ыште манын [7. С. 92] ‘Народ молится, прося благополучия семье, благополучия трем разным видам скота, благополучия трем разным видам засеянного зерна, благополучия пчелам в пчельниках, благополучия солдатам, ушедшим в бой, чтобы жить с серебром в сундуках, говоря: прими’; …илаш-касаш эсенлыкым, шулыкым, кӱрылтдымӧ поро порылыкым пу, Поро Кӱдыратле Кугу Юмо [7. С. 112] ‘Чтобы жить-поживать, благополучия, здоровья, нескончаемого доброго добра дай, Добрый Могущественный Великий Юмо’. Атрибутивные сочетания со словом шулык позволяют определить свойства, признаки анализируемого концепта. В текстах молитв слово шулык сочетается с эпитетами-прилагательными кугу ‘большой’, кӱжгӧ ‘толстый, густой’, поро ‘добрый’: …ош порсын гане ӱмыр сулен илаш кугу шулыкым тый дечет, Кугу Юмо, йодын кумалына [7. С. 81] ‘Чтобы жить, словно белый шелк, продлевая жизнь, большого счастья у тебя, Великий Юмо, прося, молимся’; Ий гыч ийыш, талук гыч талукыш, тылзе гыч тылзыш, кече гыч кечыш, эр кече гай нӧлталтын, варсеҥге гай вычыматен, порсын гай ярымалтын, умла гай оварен, шыште гай печкалтын, илаш кӱжгӧ шулыкым пуэн шого [7. С. 14] ‘Из года в год, из лета в лето, из месяца в месяц, изо дня в день, словно утреннее солнце, поднимаясь; словно ласточки, веселясь; словно шелк, распускаясь; словно воск, озаряясь, жить, большого счастья давай’; Эр ӱжара гай волгалтын, чевер кече гай нӧлталтын, тылзе гай нӧлталтын, шӱдыр гай тӱлен илышаш поро шулыкым пу! [7. С. 216] ‘Чтобы жить, словно утренняя заря, сияя; словно красное солнце, поднимаясь; словно месяц, поднимаясь; словно звезды, множась, доброго здоровья дай’. Один из указанных эпитетов является постоянным эпитетом персонажей марийского пантеона. Среди них Ош Поро Кугу Юмо ‘Светлый, Добрый, Великий Юмо’. По представлениям верующих мари, в единстве, в гармонии, в постоянном созидании пребывают такие божества, как Кугу Шулык ‘Великое Счастье / Здоровье’, Кугу Серлагыш ‘Великий Спаситель / Хранитель / Защитник’, Кугу Перке ‘Великое Изобилие’. В молитвенных обращениях это единство подчеркивается особым образом: Шулык дене ыштыме еш перкем, еш дене ыштыме вольык перкем, вольык дене ыштыме кинде перкем, кинде дене ыштыме мӱкш перкем, шийвундо перкем пу [7. С. 26] ‘Созданное здоровьем благополучие семьи, созданное семьей обилие скота, произведенное скотом обилие хлеба, созданное хлебом обилие пчел, серебра давай’; Серлагыш вач кугу шулыкым йодына [7. С. 129] ‘По милости просим крепкого здоровья’. Их единство получает символи-ческое материальное воплощение в защипах, которые делаются тремя пальцами правой руки (большим, указательным и средним) на хлебе-даре перед его выпеканием. Эту часть служитель культа отправляет в огонь для бога, в честь которого совершается моление. Каждая из защит символизирует молитвенные просьбы верующих о здоровье (счастье) - шулык, об изобилии - перке, о защите, милости - серлагыш. В поддержании здоровья и счастья, по представлениям верующих мари, проявляют себя Тӱня юмо ‘Бог светлого мира’, Агавайрем юмо ‘Бог праздника Агавайрем’, Илян Кугу юмо ‘Великий животворящий бог’, наделяя все живое здоровьем, благополучием, жизненной силой. В марийском религиозном дискурсе шулык гармонично и неразрывно связывается с такими категориями, как тичмаш ‘полнота’, перке ‘изобилие’, уш-акыл ‘букв. ум-разум’: А тиде тичмаш вач илаш, Поро Кугу Юмо, шулыкым пу. Шулык дене кучымо еш перке гыч йывыртыкте [7. С. 191] ‘А чтобы жить с этим цельным добром, Великий Добрый Юмо, здоровья дай. Радуй большой семьей, созданной здоровьем’. Образная составляющая концепта формируется сравнениями и выявляется в компаративных конструкциях, функционирующих в составе цепочек из 3, 5, 7 или 9 членов, что выражает полноту проявления шулык ‘здоровья, счастья’: Сурт кӧргӧ еш денат иган варсеҥге гай вычыматен, порсын гай шарлалтын, ош шыште гай кувылтын, саска пеледыш гай илашат поро шулык перкем пуэн шого тиште кӧргӧ калыклан, родо пошкудо-шамычлан [7. С. 64] ‘Чтобы с семьей, что в доме, жить, словно ласточки, радуясь, словно шелк, распространяясь, словно белый воск, отделяясь, словно цветы, наделяй изобилием здоровья народ округи, родных и соседей’. Цепочки компаративных конструкций расширяются за счет следующих вариативных образно-символических сравнений: эр ӱжара гай волгалтын ‘как утренняя заря, сияя’, Юмын волгыдо гае волгалтын ‘как Божий свет, сияя’; чевер кече гай нӧлталтын ‘как красное солнце, поднимаясь’, эр кече гае нӧлтын ’как утреннее солнце, поднимаясь’; тылзе гай нӧлталтын ‘как луна, поднимаясь’, тылзе гае темын ‘словно луна, полнясь’; шӱдыр гай тӱлен ‘как звезды, размножаясь’, шӱдыр гай чолгыжын ‘как звезды, сияя’. Конструкция может быть дополнена и такими сравнениями: шыште гай печкалтын ‘словно воск, озаряясь’, пыл гай оварен ‘словно туча, наполняясь’, эр чолпан гай нӧлтын ‘словно утренняя заря, поднимаясь’, шуршо гай тӧрштыл ‘как блоха, прыгая’, умдыр гане погым поген ‘как бобер, добро собирая’, пурса гай тӧрштыл ‘как горох, подпрыгивая’, саска гай пеледын ‘как цветы, цветя’. Из народных представлений о счастье и здоровье каждый из образов выделяет наиболее значимую составляющую: благополучная жизнь видится светлой, продолжительной, наполненной, веселой: Эр ӱжара гай волгалтын, чевер кече гай нӧлталтын, тылзе гай нӧлталтын, шӱдыр гай тӱлен илышаш поро шулыкым пу! [7. С. 216] ‘Словно утренняя заря, сияя, словно красное солнце, поднимаясь, словно луна поднимаясь, словно звезды, множась, жить, доброго счастья / здоровья дай!’. Благополучная и счастливая жизнь как желанная в традиционных религиозных воззрениях мари представляется развернуто. Особую значимость получает мысль о продолжении рода, о детях: Кугу Юмо, шочшо икшывылан йоҥлыдымо уш-акылым пуэн, каван гане капан ыштен, умла гане овартен, эр тӱтыра гане нӧлтыктен, шушо кинде гане пеҥгыде ыштен, пеҥгыдылыкым пуэн, кече гане иян-кечан ыштен, тылзе гане тичмашлыкым пуэн, шӱдыр гане волгыдылыкым пуэн, шыште печкен гане тӧр илышым пуэн, вараксим гане вычыматен, ош порсын гане ӱмыр сулен илаш кугу шулыкым тый дечет, Кугу Юмо, йодын кумалына [7. С. 81] ‘Великий Юмо, родившимся детям незамутненный разум давая; сделав их со статью, как у стога; как хмель, поднимая; как утренний туман, поднимая; словно спелые зерна, сделав твердыми; как солнце, сделав долгожителями; подобно луне, давая полноты; как у звезд, давая света; как у воска, давая ровную жизнь; как ласточки, веселясь; как белый шелк, жизнь продлевая, жить, большого счастья у тебя, Великий Юмо, прося молимся’. Заключение Концепт шулык, активно представленный в марийском религиозном дискурсе, проявляется как многозначный, отражает эволюцию религиозных представлений этноса. В этнорелигиозном концепте шулык актуализируются такие семантические признаки, как свет, подъем, полнота, рост, радость, жизненная сила, энергия, долголетие, счастье. Синонимы слова шулык, их дифференциация по диалектам являются показателем значимости концепта как для народа в целом, так и для всех этнических групп. Системные связи анализируемого концепта с концептами перке ‘изобилие’, серлагыш ‘защита, милость’, тичмаш ‘полнота, цельность’ ярко демонстрируют древность концепта, особенности не только религиозных воззрений, но и ментальности мари. Дальнейший анализ марийских религиозных концептов, религиозной картины мира в целом требуется осуществлять с учетом того, что в условиях обращения верующих к утраченным традициям марийской этнической религии в ней возникают новые элементы [11]. Ключевые концепты марийской этнической религии раскрывают особенности воззрений мари на природу божественного, позволяют осмыслить и приблизиться к пониманию духовных ценностей народа.

Об авторах

Любовь Алексеевна Абукаева

Марийский государственный университет

Автор, ответственный за переписку.
Email: sylne@mail.ru
ORCID iD: 0000-0002-9622-6770

доктор филологических наук, начальник Центра изучения уральских языков

Российская Федерация, 424000, г. Йошкар-Ола, пл. Ленина, д. 1

Список литературы

Дополнительные файлы