Criteria of Conflictogenic World-Modeling in Anonymous Political Discourse of Telegram

Full Text

Введение

Настоящее исследование выполнено в рамках проекта, поддержанного Российским научным фондом и посвященного изучению индикаторов конфликтогенности межкультурного взаимодействия в цифровом дискурсе Telegram. Его актуальность и новизна обусловлены: стремительным ростом числа телеграм-каналов, поднимающих острые социально-политические проблемы, к которым относится приток в Россию иностранных специалистов из азиатских стран; возросшей ролью телеграм-сообществ, принимающих участие в регулировании межнациональных вопросов на основаниях анонимности; неизученностью речевых механизмов конфликтогенного миромоделирования, приводящего к однобокому восприятию межкультурного взаимодействия в телеграм-коммуникации.

Цель настоящего исследования заключается в выделении критериев конфликтогенного миромоделирования в условиях новой формации политического влияния, создаваемой анонимными агентами в российских телеграм-каналах о трудовых мигрантах.

Теоретические основы исследования, материал и методы

В первой четверти XXI в. проблематика исследования политического дискурса сохраняет статус высоко актуальной [1]. В связи с повсеместной телеграмизацией коммуникации особый интерес представляет политический дискурс реагирования. Эти вопросы впервые поднимаются в работах И.В. Савельевой, которая вводит понятие непрофессионального политического дискурса, существующего в виде комментариев пользователей, и рассматривает его как «полноценный дискурсотип» [2]. Полагаем, что выход за пределы официального политического дискурсопроизводства в неинституциональную сферу дает возможность глубже понять механизмы влияния на адресата и выявить специфику миромоделирования, за счет которой формируются устойчивые представления о межкультурных конфликтах в обществе.

Возможности Telegram способствуют увеличению числа формально анонимных телеграм-каналов политической направленности [3]. Их порождающими субъектами являются модераторы, которые дают оценку социальным явлениям. Даже если канал является верифицированным, сведения об имени и профессиональной деятельности автора остаются неизвестными подписчикам. Такие каналы продуцируют анонимный политический дискурс, который по мере увеличения числа неавторизованных сообществ расширяет сферу своего влияния и демонстрирует признаки конфликтогенности.

В психологии и конфликтологии это понятие определяется как «деструктивный потенциал общества, связанный с нарушением сложившихся связей и отношений, ростом социальной напряженности, нарастающих противоречий в политическое сфере, деградацией социальных отношений»¹. Индикаторами феномена выступают конфликтогены, которые могут быть поведенческими и речевыми [4]. Речевые конфликтогены являются показателями вербальной агрессии, нацеленной на причинение вреда и оскорбление индивида или группы людей².

Исследования речевых аспектов конфликтогенности обширно представлены. Обозначим наиболее значимые для выделения критериев конфликтогенного миромоделирования теоретические установки: 1) политический дискурс является конфликтогенным [5]; 2) конфликтогенность соотносится с распространением деструктивной [6], вредоносной [7], негативной [8] информации; 3) конфликтогенным считается текст, провоцирующий конфликт и/или свидетельствующий о его наличии [9]; 4) конфликтогенные тексты содержат речевую агрессию, которая проявляется в вербальном выражении негативных эмоций, оценок [10]; 5) основой конфликтов с трудовыми мигрантами служит отторжение «чужого» [11].

Изучение конфликтогенности политической коммуникации часто ограничивается исследованием лексико-стилистических средств. Думается, что это сложное социальное и языковое явление должно рассматриваться холистично, то есть на основе собственно языковых и неязыковых факторов, совокупность которых обеспечивает функционирование миромоделей, формирующих у адресата картину социальной реальности. В последние годы понятие миромоделирования активно разрабатывается в российской лингвистике применительно к художественному [12], политическому [13], медийному и другим дискурсам. Подробный обзор публикаций и основные направления исследования миромоделирования представлены в статье С.Л. Кушнерук, определяющей феномен как «контекстуально обусловленный процесс и результат конструирования реальности в дискурсе средствами языка» [14. С. 443]. При таком подходе миромоделирование рассматривается сквозь призму репрезентационных структур (миромоделей), или смысловых фигур, которые соотносятся с представлением мира в дискурсе, выполняют функцию ориентации адресата и регулируют жизнь общества.

Обращаясь к миромоделированию в анонимном политическом телеграм-дискурсе, мы разделяем идею о полиреальности, заключающуюся в том, что «варианты виртуальной реальности как искусственно созданной информационной среды… прочно вошли в повседневную жизнь», поэтому о современном человеке «можно говорить как о присутствующем одновременно во многих смысловых регионах, в различных мирах» [15. С. 169]. Морфема поли- передает идею множественности миромоделей [12], сосуществующих в телеграм-пространстве и являющихся конфликтогенными.

С учетом этого в исследовании интегрируются установки, доказанные в теории политической коммуникации, дискурсологии, конфликтологии, теории когнитивно-дискурсивного миромоделирования [14]. Основными методами выступают дискурсивный анализ (для выделения структур содержания и выражения с учетом контекста), контекстологический анализ (для осмысления синтагматических связей ключевых лексем), а также методика Case study (для формирования выборки контекстов и ее ограничения тематикой трудовой миграции).

В качестве материала исследования использовались два канала в категории «Политика» (https://t.me/mnogonazi; https://t.me/Rrussiansword) за календарный 2024 г. Они были отобраны при помощи сервиса аналитики TGstat согласно следующим параметрам: тематика (проблемы взаимодействия с этнофорами); охват (более 200 тыс. подписчиков); индекс цитируемости; вовлеченность аудитории. Для обоснования критериев конфликтогенного миромоделирования применялись инструменты мультиплатформенного средства лингвостатистического анализа текста AntConc. Фокусный корпус составил 587 431 словоупотребление.

Результаты исследования

Рефлексия над содержанием анонимной политической коммуникации в телеграм-каналах способствует выработке понятия конфликтогенного миромоделирования. Под конфликтом понимают «столкновение противоположных интересов, взглядов, позиций; разногласие, острый спор»³. Ключевые семы: «столкновение», «разногласия», «спор». Термин конфликтогенное миромоделирование предлагается использовать для обозначения структурирования информации о среде и человеке в телеграм-дискурсе посредством вербально-знаковых средств, направляющих внимание на противостояние групповых интересов, мнений, взглядов и рост социальной напряженности в обществе. В контексте трудовой миграции оно способствует акцентированию различий между взаимодействующими сторонами, принимает многообразные формы и удовлетворяет трем группам критериев.

Критерии, обусловленные социально-психологической природой конфликтов

Нормативно-правовой критерий

Любая социальная проблема имеет юридический аспект. В рассматриваемых телеграм-каналах материалы преимущественно носят негативно-оценочный характер. Актуализируется типичная для политического дискурса оппозиция «свои — чужие». Крайние формы противостояния между оппонентами приводят к развитию нетерпимости в отношении недоминантных этнокультурных групп, что способствует эскалации конфликтов. По этой причине проявлением конфликтогенного миромоделирования можно признать наличие в тексте информации, которая является юридически «запрещенной», «противоправной», а также материалы «с деструктивным информационным воздействием», что получает закрепление в нормативных документах и законах (149-ФЗ, 2124–1-ФЗ⁴ и др.).

Распространение такой информации является уголовно и административно наказуемым. Так, в целях противодействия ксенофобии и дискриминации мигрантов создан перечень, который систематизирует признаки враждебности в отношении этой социальной группы⁵: призывы к насилию и дискриминации; пропаганда «позитивных» примеров насилия или дискриминации; создание отрицательного образа этнической группы; оправдание случаев насилия и дискриминации; высказывания, которые подвергают сомнению общепризнанные исторические факты насилия и дискриминации; утверждения о неполноценности, исторических преступлениях, криминальности, моральных недостатках любой этнической группы; рассуждения о превосходстве одной из этнических групп в материальном достатке; обвинение в отрицательном влиянии этнической группы на общество; упоминание этнофоров в оскорбительном или унизительном контексте; призывы не допустить закрепления в городе мигрантов, которые принадлежат к любой этнической группе. Такие проявления в большей мере соотносятся с предконфликтной стадией. Без должного внимания со стороны компетентных органов они могут разжигать конфликты на межкультурной основе за пределами виртуальной среды. Предконфликтная стадия является латентной, которая может перерасти в открытый конфликт.

Субъектно-объектный критерий

Данный критерий учитывает фактор структуры и динамики межэтнического конфликта, а также его повлекшую ситуацию. Субъект конфликта — это «сторона, способная создать конфликтную ситуацию и влиять на ход развития конфликта в зависимости от своих интересов»⁶. Сторонами конфликта выступают индивиды или социальные группы людей. В телеграм-каналах выделяются два основных субъекта: граждане России и группы этнофоров — представители стран Центральной Азии и Закавказья. Объектом конфликта выступает проблемная ситуация, в которой пересекаются интересы сторон. Она может свидетельствовать о латентной (назревание), открытой (инцидент, эскалация, завершение) и постконфликтной (ликвидация напряженности) стадиях конфликта.

Начало открытой фазы конфликта знаменует инцидент, который провоцируется субъектом конфликта. Ср.: мужчина абу-бандитской наружности жестоко избил девушку на глазах у прохожих; Мужчина сделал им [детям мигрантов] замечание, один из подростков ущемился и ударил пенсионера. Эскалация конфликта предполагает интенсификацию противостояния, что выражается в усилении эмоциональной составляющей коммуникации, создании образа врага, против которого нужно объединяться⁷. Это находит многообразное выражение в языке.

Критерии, обусловленные форматом телеграм-коммуникации

Гипертекстовый критерий

В телеграм-коммуникации большое значение приобретает мультимедийность — «процесс интеграции текста, звука, графических элементов, видео и анимации; одна из характеристик гипертекста»⁸. По этому основанию конфликтогенное миромоделирование анализируется на уровне гипертекста. Информация об иностранных специалистах представлена линейно и нелинейно, что открывает перед подписчиками множество виртуальных структур, обращение к которым создает «объемность» миромодели. Данный критерий позволяет установить «глубину» конфликтогенного миромоделирования и свидетельствует о кризисе межэтнических отношений. В качестве примера приведем обсуждение теракта в «Крокус Сити Холле» (22.03.2024). Обнаруживается несколько уровней гипертекста. Средствами когезии выступают два вида гиперссылок (выделены подчеркиванием).

Интратекстуальные гиперссылки создают тематическую целостность миромодели в пределах одного канала. Схематично уровни гипертекста можно представить как взаимодействие исходного и производного. Исходный уровень: В [место] был остановлен один из автомобилей, который проходил по ориентировке. Он активируется рядом ссылок из других постов. (1): Автомобиль с террористами был остановлен недалеко от поселка [название]. В машине находилось шесть человек: двое были задержаны, еще четверым удалось сбежать. Задержанными оказались граждане Таджикистана. На этот же уровень выводит гиперссылка (2): Стали известны личности четверых из шести террористов, устроивших стрельбу в Крокус Сити Холл[9]. Гиперссылка (3) позволяет активировать два предыдущих уровня, усиливая степень детализации проблемы. Ср.: МИД Таджикистана назвал фейком информацию о причастности граждан республики к теракту.

Интертекстуальные гиперссылки активируют связи за пределами Telegram и выводят адресата на внешние ресурсы, приглашая ознакомиться с профилем лиц в социальных сетях. Ср.: Профиль в одноклассниках одного из террористов напавших вчера на Крокус; … один из террористов [имя] успел стать новым россиянином и получил паспорт РФ; … нашли профиль террориста [имя] в ВК.

Навигация по интратекстуальным гиперссылкам обеспечивает смысловую связность миромодели, представленной семантической сетью из тематически объединенных постов в рамках одного сообщества. Интертекстуальные ссылки размыкают систему, насыщают ее дополнительным содержанием, усиливают мобилизационный потенциал коммуникации. Необходимо производить своевременное отслеживание подобного контента в анонимном телеграм-дискурсе в целях упреждения межнациональных конфликтов.

Мультимодальный критерий

По этому основанию конфликтогенное миромоделирование рассматривается в аспекте взаимодействия модусов, или знаков разной семиотической природы (от англ. mode — способ). В социально-семиотической трактовке Г. Кресса, вербальные, визуальные, звуковые знаки представляют собой совокупность ресурсов для конструирования миромодели [16]. В телеграм-постах наблюдается модусная конвергенция, при которой в отношения взаимной корреляции вступают несколько семиотических кодов [17]. Формируется мультимодальный код миромоделирования — система разнотипных семиотических ресурсов, структурно-содержательное единство которых способствует созданию репрезентационной структуры, реализующей прагматические цели.

В условиях конфликтогенного миромоделирования, порождаемого столкновением интересов групп этнофоров, в семиотический модус письма уверенно внедряются модусы изображения и звука. Все большая роль отводится аудиально-иконическим средствам, производящим эффект подлинности и усиливающим эмоциональное воздействие на подписчиков. Наиболее характерными для анонимного политического телеграм-дискурса о трудовых мигрантах являются димодусные композиции (греч. di — двойной), представленные семиотической моделью письмо (текст) + изображение (динамическое — видео, статическое — фото). Они существенно усложняют структуру телеграм-поста, превращая его в текст монтажной природы. При этом селективно используемые семиотические ресурсы не сводятся к простой сумме значений модусов-компонентов, но создают смысл эмерджентно (от англ. emergent — появляющийся). Это, в частности, проявляется в звукозрительной объемности миромодели. Конфликтогенность межкультурного взаимодействия усиливается за счет внедрения и комбинации знаков-иллюстраторов (видеоизображений и фотографий) в суперструктуре телеграм-поста. Ср.:

Вербальный модуль (конструктивный блок) поста включает следующий контекст: В [название города] узбек отрабатывает удары на бездомных, стариках и подростках. Нападения на людей он и его подельники снимают на видео и выкладывают в свой ТГ канал. На кадрах одного из видео абу-бандит жестоко бьет старика, который не понимает за что его подвергают такой экзекуции. В препозиции к данному модулю находятся модули динамического и статического изображения: а) модуль 1 (видео) проблематизирует отношения между этнофорами, выполняя выделительную функцию; видео демонстрирует, как человек азиатской внешности наносит удар в лицо пожилому человеку; б) модуль 2 (видео) не имеет прямого отношения к ситуации с пожилым человеком, но интенсифицирует названное действие: в кадре человек наносит удар другому гражданину; в) модуль 3 (фото) представляет изображение человека азиатской внешности, осуществляет конкретизирующую функцию, указывая на «абу-бандита» из текста поста; г) модуль 4 (скриншот) включает изображение блоков информации начальной страницы пользователя в социальной сети с указанием имени, города, места работы и выполняет выделительную функцию.

Конвергенция модулей и модусов усиливает эмоциональный посыл модератора. Благодаря семиотической монтажности каждый модуль вступает в смысловое отношение со смежными модулями, что закрепляет негативные смыслы. Подобно кадрам кинофильма, соположенные модули создают единое смысловое и синтаксическое целое телеграм-поста, заставляя адресата припоминать, удерживать впечатление, мысленно совмещать и накладывать друг на друга содержание, активируемое по отдельности.

Критерии, обусловленные количеством и качеством словесно-речевых средств

Критерий частотности

Резонанс проблем трудовой миграции в российском обществе¹⁰ обусловливает высокую частотность лексемы мигрант (2567) и этнонимов, обозначающих представителей центральноазиатских стран (тадж* — 1161, узбек* — 797, киргиз* — 266, туркмен* — 14,) и Закавказья (азерб* — 425, армян* — 80), в анонимных политических телеграм-каналах. В общем выявлено 2743 этнонима. Поскольку фокусный корпус включает 587431 словоупотребление, относительная частота перечисленных словоформ округленно составляет 0,0047. Чтобы оценить полученный результат, мы обратились к референциальному корпусу «Социальные сети» в НКРЯ¹¹, который включает 161432452 слова, установили количество вхождений каждого этнонима (тадж* — 2040, узбек* — 617, киргиз* — 180, туркмен* — 75, азерб* — 1801, армян* — 2921) и определили относительную частоту словоформ (7634/161432452), равную 0,000047. На заключительном этапе была произведена оценка относительной частоты употребления этнонимов в телеграм- каналах по сравнению с референциальным корпусом (0,0047/0,000047 = 100) и определено, что частота их употребления в 100 раз больше, чем в корпусе «Социальные сети». Данный факт является аргументом в пользу того, что межэтнические вопросы присутствуют в поле повышенного внимания модераторов анонимных телеграм-каналов. Вместе с тем характер конфликтогенного миромоделирования можно установить только через обращение к формам выражения смыслов, что, со всей очевидностью, прогнозирует выделение соответствующего критерия.

Семантико-стилистический критерий

Конфликтогенный телеграм-пост содержит речевую агрессию, то есть «форму речевого поведения, нацеленного на оскорбление или причинение вреда человеку, группе людей»¹². Она обусловлена агрессивными эмоциями или состоянием агента дискурса, которое передается адресату за счет семантики средств языка, выступающих речевыми конфликтогенами. В формальном отношении это единицы разной протяженности, выражающие резко отрицательные оценки явлений действительности. Стигматичные (греч. stigma — пятно) семы в значении единиц закрепляют идею отрицательных качеств мигрантов, осуждаемой деятельности и актуализируются в: а) денотативном компоненте значения лексем, обозначающих этнофоров (педофил, извращенец, грабитель, убийца и др.). Ср: силовики пресекли въезд в регион группы мигрантов-извращенцев; приезжий педофил попытался украсть маленькую девочку; б) стилистическом, ассоциативно-образном компоненте значения слов и словосочетаний, употребляемых переносно (дикарята, обезьяныч, обезьяны, бабуин и др.). Ср.: По словам [имя], на него налетела стая обезьян, состоящая из кавказцев и среднеазиатов; стая абу-бандитов напала на человека; приезжий бабуин решил продемонстрировать свои атлетические способности.

Устанавливаются основные группы апеллятивов, регулярно используемые модераторами телеграм-каналов в целях референции к мигранту, — а) изначально содержащие негативно-оценочные семы (хулиган, террорист, наркобарон, нелегал, боевик, нечисть); б) приобретающие отрицательную коннотацию в результате «контекстуального наведения» (Б.Ю. Норман) стигматичных сем (Ср.: исполнителем теракта был уроженец Узбекистана; системное значение лексемы уроженец является нейтральным — родившийся в каком-либо месте); в) окказионализмы, транслирующие пейоративную оценку (закладчик, бомбила, понаехавший, беспредельщик, нарковаххабит, собакофоб и др.).

Этико-речевой критерий

Выделяется в связи с тем, что стилистическое значение конфликтогенных единиц содержит экспрессию грубости, порицания субъекта, и это нарушает этико-речевую норму — «совокупность правил речевого общения, которые обеспечивают гармонизацию интересов общающихся»¹³. По степени возрастания экспрессии грубости можно выделить следующие объединения:

Просторечная лексика и жаргонизмы используются модераторами для критики действий трудовых мигрантов. Ср.: малолетние дикари задираются, обзываются, забивают стрелки; жестоко забили человека; швырнул о тротуар прохожего; дикарь нарвался на ответку; отжал квартиру; передознулся наркотиками и др.

Вульгаризмы принадлежат периферии просторечной лексики, отличаются еще более резкой оценочностью и экспрессивностью, не совместимыми с нормами нравственности. Ср.: мужчина вступился за избиваемую, съездив по морде бабуина; пьяное быдло много матерится.

Инвективы (сквернословие) демонстрируют агрессию враждебности [18]. Они материализуют сильные эмоции модераторов каналов в самом крайнем виде. Примерами служат слова и выражения, нарушающие этические табу. В телеграм-постах они достигают максимума оскорбительности. Ср.: подобных ублюдков начали сажать; мразь, которая зарабатывает на горе людей; среднеазиатские свиньи и др.

Метатекстовый критерий

В телеграм-постах высказывания о трудовых мигрантах из центральноазиатских стран переплетаются «нитями высказываний» о самих высказываниях, или «инструкциями» по пониманию текста (по А. Вежбицкой). Это метатектовые компоненты, существующие в виде авторских комментариев и содержащие мнение отправителя речи. За счет них модераторы управляют вниманием подписчиков. «Вклад» метатекста как «инородного тела» в структуре телеграм-поста является важным маркером конфликтогенности. Вербальными метатекстовыми операторами регулярно выступают вводные слова и предложения, указывающие направление хода мысли адресанта.

Например, анонимные телеграм-посты изобилуют лексическими маркерами выражения мнения, оценки, предположения, возможности (наверное, сомнительно, предположительно, видимо, вероятно, кажется, можно сказать, может быть). Это является признаком «погромного» дискурса [19. С. 8], то есть отличающегося злоупотреблением правом в рамках ст. 152 ГК РФ («Защита чести, достоинства и деловой репутации»). Об иностранных специалистах преимущественно распространяются негативные сведения. Ср.: Очевидно, что в странах Средней Азии стоимость жизни гораздо ниже, чем в крупных городах России. Большинство мигрантов в странах исхода имеют свое жилье, а здесь им придется его снимать, продукты дороже, все услуги дороже. Почему же они тогда сюда? Наверное, потому что члены их семей работают неофициально в теневом секторе экономики и при этом используют нашу социальную инфраструктуру.

Вставные конструкции также являются «инородным телом» в структуре телеграм-поста, поскольку их связь с основным предложением имеет содержательно-ассоциативный, а не грамматический характер. Благодаря ассоциациям модератор задает перспективу восприятия факта или ситуации. Ср.: Сотрудники МВД накрыли очередной этнический бордель низких цен, в котором трудолюбиво работали иностранные специалисты из Средней Азии. <…> там занимались проституцией 3 транса (2 узбека, 1 таджик). Конструкция (2 узбека, 1 таджик) направляет ход мысли адресата, связывая наказуемые и запрещенные в России деяния (занятие проституцией, смена пола) с представителями конкретных инокультур (узбеки, таджик). Она увеличивает содержательно-информационный объем поста и одновременно несет избыточную информацию в виде мелких деталей (признак этнической принадлежности), что нарушает максиму количества (по Г. Грайсу) и может рассматриваться как проявление конфликтогенной риторики. Метатекстовые операторы обеспечивают цельность конструируемой системы смыслов на уровне авторского мировидения.

Заключение

В процессах структурирования информации о представителях центральноазиатских стран и Закавказья в анонимных политических телеграм-каналах реализуется конфликтогенное миромоделирование, которое которое обнажает кризис межкультурных отношений в связи с притоком трудовых мигрантов в Россию.

Критерии конфликтогенного миромоделирования выделяются с учетом, во-первых, сложной природы процессов трудовой миграции и межэтнических конфликтов, во-вторых, — особенностей интернет-опосредованной телеграм-коммуникации, в-третьих, — специфики цифровой текстуальности.

Социально-психологические и юридические факторы обусловливают нормативно-правовой и субъектно-объектный критерии. Форматные характеристики телеграм-коммуникации задают гипертекстовый и мультимодальный критерии. Особенности словесно-речевых средств определяют критерий частотности, семантико-стилистический, этико-речевой и метатекстовый критерии конфликтогенного миромоделирования.

Дальнейшее развитие обозначенной проблематики открывает широкие перспективы. Выделенные в анонимном политическом дискурсе Telegram критерии конфликтогенного миромоделирования представляют интерес для использования в прикладных целях, в частности, для идентификации вредоносных миромоделей, искажающих представления о межэтнической и межкультурной коммуникации и усиливающих нетерпимость этнофоров по отношению друг к другу.

_{¹ Энциклопедический словарь по психологии и педагогике. Режим доступа: https://psychology_pedagogy.academic.ru/ (дата обращения: 08.01.2025).}

_{² Культура русской речи: энциклопедический словарь-справочник. М. : Флинта: Наука, 2003. С. 562.}

_{³ Портал ГРАМОТА.RU. Режим доступа: https://gramota.ru/ (дата обращения: 04.02.2025).}

_{⁴ Система информационно-правового обеспечения «Гарант». Режим доступа: https://www.garant.ru/ (дата обращения: 04.02.2025).}

_{⁵ Официальный сайт администрации Нижневартовского района. Режим доступа: https://www.nvraion.ru/o-rayone/indigenous-numerically-small-peoples-of-the-north/protivodeystvie-ksenofobii/ (дата обращения: 04.02.2025).}

_{⁶ Конфликтология: учебное пособие. Ставрополь, 2015. С. 30.}

_{⁷ Конфликтология: учебное пособие. Ставрополь, 2015. С. 30.}

_{⁸ Медиалингвистика в терминах и понятиях: словарь-справочник. М. : Флинта, 2020. С. 399.}

_{⁹ Во всех примерах сохранена оригинальная орфография и пунктуация.}

_{¹⁰ Исследования общественного мнения ВЦИОМ (2024). Режим доступа: https://www.kommersant.ru/doc/7383856 (дата обращения: 04.02.2025).}

_{¹¹ Национальный корпус русского языка. Режим доступа: https://ruscorpora.ru/ (дата обращения: 04.02.2025).}

_{¹² Культура русской речи : энциклопедический словарь-справочник. М. : Флинта: Наука, 2003. С. 562.}

_{¹³ Культура русской речи : энциклопедический словарь-справочник. М. : Флинта: Наука, 2003. С. 366.}

About the authors

Svetlana L. Kushneruk

Author for correspondence.
Email: Svetlana_kush@mail.ru
ORCID iD: 0000-0003-4447-4606
SPIN-code: 8328-6722
Scopus Author ID: 57204431355
ResearcherId: GQA-3089-2022

Dr. Sc. (Philology), Associate Professor, Leading Researcher at the Department of Theory and Practice of the English language, Faculty of Linguistics and Translation

References

Supplementary files