Jewish national units among the troops of Ataman G.M. Semyonov in the Transbaikal, 1919-1920

Cover Page

Cite item

Full text / tables, figures

Abstract

This article is based on a wide range of sources, including documents of the Russian State Military Archive. It tells about a little-known national white counterrevolution formation created by Ataman G.M. Semyonov in early 1919 and recruited from the Jewish population of Transbaikalia. The uniqueness of this separate Jewish company lies in the fact that it was the only regular armed formation consisting of Jews and participating in combat action on the side of the White movement. In this way, at the very beginning of 1919, a detachment that included a Jewish company fought against the Red partisans and internationalists in the Yakut taiga on the Magyar rift. In addition, the Jewish divisions carried out garrison service in different settlements of the “Semyonovskii kingdom.” During the summer of 1919, underground Bolshevik cells began to form, which in the spring of 1920 led to a revolt in the white Jewish units. An insurrection in the village of Aleksandrovka was suppressed by Semyononv’s forces. On 23 April 1920 a separate Jewish company in full strength successfully went over to the side of the Reds in the village of Nerchensky Zavod. In response, the Red command decided to create the 4th Rifle Partisan Regiment from among the Jewish partisans who had gone over to the Bolshevik side. Thereafter, this regiment was transformed into the 15th Infantry Regiment of the People's Revolutionary Army of the Far Eastern Republic. In the fall of 1920, it took part in heavy battles for Borzya and Dauria. All this is disclosed in more detail in this article. The Jewish national divisions were only one of the ethno-confessional units of the troops of ataman G.M. Semenov, next to Chinese, Serbian, Buryat, Mongolian, Caucasian and Tatar formations. Their activities in 1919 were mostly garrison work in nature, but they also had to fight against the partisans in extremely difficult conditions. The transition of these ethnic groups to the Reds was not surprising, at a time when the White movement in Transbaikalia was already in agony. The article also pays attention to the position of Jews in Transbaikalia during the Civil War and the attitude of Ataman G.M. Semenov to the Jewish matter.

Full text / tables, figures

Введение

Участие евреев в Русской революции 1917 г. и Гражданской войне принято ассоциировать исключительно со стороной красных. Своей деятельностью Л.Д. Троцкий, Э.М. Склянский, И.Э. Якир, М.М. Лашевич, А.П. Розенгольц и другие внесли немалый вклад в победу Красной армии в Гражданской войне. Значительное место евреи занимали в Военных Советах фронтов, армий, дивизий; немало евреев входило в комиссарский состав более мелких подразделений. Не был исключением и Дальний Восток, где большое количество евреев занимало важные посты в частях НРА ДВР[1].

В противоборствующем же лагере белых, в Забайкалье, была иная ситуация: среди командного состава евреев практически не было, зато была отдельная национальная еврейская часть. Не лишним будет заметить, что для Белого движения этот случай является практически исключительным. Евреи служили и доблестно сражались в составе некоторых белых частей, на всех театрах военных действий Гражданской войны. Имели место и еврейские формирования, носившие характер отрядов самообороны, которые были либо лояльны Белому движению (Одесская еврейская дружина), либо даже включались в состав армии (Еврейский добровольческий отряд в составе Сибирской армии[2]), но нигде, кроме как в Забайкалье, не имело место существования регулярного специального еврейского белого воинского формирования.

Целью исследования является реконструкция процесса формирования, деятельности и роли еврейских национальных частей в Гражданской войне в Забайкалье. В отечественной историографии нет специальных работ, посвященных данной проблеме. В работах читинского историка-краеведа В.И. Василевского содержатся сведения о боях еврейской роты на Мадьярском перекате и образовании в ней подпольной большевистской ячейки. В статье иркутского историка П.А. Новикова о национальных частях в Забайкалье, кроме еврейской роты, рассказывается также о «еврейской сотне»[3]. В монографии А.М. Романова[4] содержатся сведения из Государственного архива Забайкальского края (далее – ГАЗК) о штате и примерной численности еврейской роты.

Источниковой базой данной работы послужили материалы шести фондов Российского государственного военного архива, содержащие приказы по частям войск атамана Семенова и Дальневосточной армии, сведения о личном составе еврейских отрядов. Ценнейшими источниками по истории возникновения и деятельности еврейских подразделений являются воспоминания их бойцов[5]. Также были использованы воспоминания современников и периодическая печать того времени. Использовались номера читинских газет – «Восточная окраина» и «Забайкальская» «Новь», иркутских – «Мысль» и «Свободный Край», верхнеудинской газеты «Прибайкальская жизнь» и других.

Евреи в Забайкалье до начала Гражданской войны

С середины XIX в. в крупных городах Забайкалья имелись значительные еврейские колонии. К началу XX в. в Верхнеудинске, Баргузине, Чите, Нерчинске были построены синагоги, имелись общественные и религиозно-учебные еврейские заведения. Например, только в Чите имелись четыре хедера[6]. В Верхнеудинске хедер открылся в 1908 г., спустя два года была учреждена талмуд-тора[7] для обучения бедных детей. В 1913 г. открылось общественное русско-еврейское училище, еврейское училище имелось также в Баргузине. Если в конце XIX в. евреи занимались преимущественно торговлей, ремесленничеством, то с начала XX в., помимо торговли, они все больше занимаются предпринимательством. Среди забайкальских золотопромышленников также были евреи. Как владельцы значительного капитала они приобретали все большее политическое влияние и играли активную роль в общественной жизни региона, принимая участие в деятельности органов местного самоуправления[8].

Несмотря на то что в силу ряда причин евреи в целом имели значительно большую социальную и политическую активность, революционные события 1917 г. были восприняты еврейским населением Забайкалья в основном так же, как приняла их основная масса населения, то есть часть поддержала советскую власть, часть симпатизировала тем, кто примкнет впоследствии к контрреволюционному лагерю, но большинство остались на нейтральной позиции.

С утверждением в Забайкалье с осени 1918 г. власти атамана Г.М. Семенова ситуация кардинально не изменилась.

«В семеновском царстве»[9]

Антисемитом Г.М. Семенов не был. Хотя это напрямую не касалось его подчиненных – молодых, как правило, казачьих офицеров, сделавших на службе у атамана Семенова головокружительную карьеру. Тем не менее серьезных еврейских погромов, какие, например, были на Белом Юге, Сибирь при Колчаке и Забайкалье при Семенове не знали. Разумеется, речь не идет об единичных случаях[10], инициированных отдельными личностями. Автор обличающих атамана Семенова записок, скрывающейся под псевдонимом Даурец, писал: «Часто можно было читать приказы атамана, чтобы не устраивать никаких погромов еврейских и относиться к евреям так же, как и к русским, и вообще в таком духе»[11].

Г.М. Семенов пытался поддерживать хорошие отношения с торговыми кругами, фабрикантами, а также золотопромышленниками, среди которых значительную роль играли евреи. Так, когда Семенов остро нуждался в средствах, «к нему пришел представитель евреев, которых в то время в Чите было много, вручил ему солидную сумму денег. В следующий раз, когда у Семенова не было денег, он лично обратился к представителям-евреям и получил от них 30–40 тыс. руб.»[12]. С еврейскими купцами вел дела даже начальник Азиатской конной дивизии барон Р.Ф. Унгерн-Штернберг, который, как известно, был махровым антисемитом[13].

В Чите при атамане Г.М. Семенове продолжила работать синагога и еврейское училище, более того, открылись еврейское культурно-просветительское общество «Независимый путь», еврейские библиотека и драматический кружок[14]. Примером такого лояльного отношения к евреям может служить просьба читинского раввина Льва Шергова, опубликованная в местной газете «Восточная окраина»: «Читинский общественный раввин просит начальников всех войсковых частей, правительственных и общественных учреждений, администрацию торгово-промышленных организаций и владельцев торговых фирм освободить от занятий служащих иудейского вероисповедания в следующие дни еврейского праздника Пасхи: 3, 4, 9 и 10 апреля и накануне праздника 2 апреля с 12 час. дня»[15].

Репрессиям при Семенове, как правило, подвергались либо по политическим причинам, либо речь шла о произволе, вызванном желанием наживы у дорвавшихся до власти «чинов отряда»[16], то есть семеновцев. Последнее не являлось чем-то из ряда вон выходящим в условиях Гражданской войны и царившей в регионе атаманщины. Например, отряд Приамурского конного полка во главе с есаулом Н.В. Танковым ходил в экспедицию на Акшу и Нерчинск, откуда были привезены ценности, деньги, лошади и продовольствие, реквизированные, в том числе, и у одного еврея, сына большевика. Этого еврея Танков привез в Туринский поселок[17], где его, по словам местного священника, зарубили у проруби реки Ингода[18].

В верхнеудинской газете «Прибайкальская жизнь», издававшейся Прибайкальским союзом кооперативов, показан примечательный случай ареста еврея, произошедший осенью 1918 г. в Чите: «12 сентября офицером семеновского отряда на улице арестован был служащий городской управы Левин как «комиссар». Дело можно было выяснить очень просто: пойти в городскую управу и удостовериться, что Левин безвыездно проживал последние два г. в Чите и все время служил в управе. Но арестовавшие поступают иначе: делают обыск у него дома, забирают все его немецкие учебники (Левин готовился ехать в Томск для поступления в университет), и, находят у него, между прочим, членскую карточку, из которой явствует, что он принадлежит к сионистской организации…[19] Среди производивших обыск нашелся «эксперт», офицер, еврей, разъяснявший, «что сионистская организация то же, что и эсеровская... Левина до сих пор держат в тюрьме»[20]. В приведенном эпизоде – два характерных момента: отождествление сионизма с эсерами и наличие среди чинов ОМО евреев.

В Особый Маньчжурский отряд и другие семеновские части евреи могли попасть как по мобилизации, так и добровольно. Например, в Отдельной тяжелой батарее Сводной Маньчжурской дивизии служил доброволец Цибульский Михаил Иосифович, 17 лет, иудейского вероисповедания[21]; в 4-й роте Читинского стрелкового полка служил доброволец Селим Гельман, 20 лет, иудейского вероисповедания, из Виленской губернии[22]. Следует учитывать тот факт, что с упразднением в 1915 г. черты оседлости евреи получили право беспрепятственно поступать в военные учебные заведения. Конечно, более всего это характерно для южных регионов, где процент еврейского населения был во много раз выше, но и в Сибири шли те же процессы. Например, в Иркутском военном училище в 1918 г. из 300 воспитанников около 40 были евреями. Полковник В.Н. Шаренберг писал в своих записках: «Евреи держатся особняком. Юнкера относятся к ним крайне отрицательно. Бывали случаи кулачной расправы»[23]. Что касается Читинского имени Атамана Семенова военного училища, то уже в эмиграции, в 1963 г., один из его выпускников вспоминал: «Евреи появились и в училище: в батарее – Гаврилович, в пехотной роте – Горбулев, в сотне – Кавалерчик, георгиевский кавалер, юнкер Иркутского военного училища, участник боев за Иркутск, в декабре 1917 г.; караим Гусинский – фельдфебель 1-го выпуска, позднее в Шандуне китайской службы подполковник»[24]. Более того, семеновское разведывательное управление в Чите осенью 1918 г. возглавлял еврей Гутман. Офицером он не был, но носил псевдоним «поручик Востоков»[25].

20 декабря 1918 г. в Мариинском театре в Чите около 10 часов вечера, во время второго акта оперетты «Пупсик» в ложу атамана было брошены две бомбы, а также произведены неизвестными несколько выстрелов. Взрывом одной из них были ранены сам Г.М. Семенов, несколько офицеров и сопровождавших их женщин. Вскоре по делу был арестован рядовой 31-го Читинского полка еврей М.Л. Беренбаум (Неррис). Арестованного привезли в Маккавеево, где располагалась Сводная Маньчжурская имени Атамана Семенова дивизия. В бане, служившей гауптвахтой, его сначала пытали шомполами и нагайками. Для «допроса» позвали китайца Чав Го-тина. Жгли каленым железом, волосы облили керосином и подожгли. Периодически жертве давали отдохнуть и прийти в себя, затем вновь продолжались пытки. Пытаемый не выдержал и сказал, что признается во всем. Он заявил, что в Иркутске имеется антисеменовская организация, членом которой он является и ему выпало убить Семенова[26]. После пыток арестованный скончался, потому так и осталось не ясно, были ли его показания правдой или он просто не смог терпеть изуверских пыток[27].

Именно с этим покушением на атамана многие и связывали сведение всех евреев из частей семеновских войск в одну Отдельную роту. Инициатором создания этой национальной еврейской части выступил оказывавший сильное влияние на атамана генерал-майор И.Я. Шемелин[28], один из приближенных Семенова наряду с Е.Д. Жуковским, Л.В. Вериго и бароном Р.Ф. Унгерн-Штернбергом.

Это отнюдь не противоречило убеждениям Г.М. Семенова, который был сторонником отдельных этнических частей. В своих мемуарах он писал: «Я до конца придерживался принципа национализации частей своей армии и всегда находил и нахожу теперь, что это наиболее правильное решение, принимая во внимание разноплеменность состава бойцов, их различное воспитание и понимание дисциплины, вытекающие из того обстоятельства, что они принадлежали к разным народам и даже государствам. Я считал, что к такой разноплеменной армии совершенно невозможно подходить с общей меркой психологической и политической оценки частей ее составляющих, и последующие события доказали полную мою правоту. В обстановке гражданской войны однородные по племенному составу воинские части имели более крепкую внутреннюю спайку»[29]. Также говорили, что еврейскую роту патронировала «атаманша» Маша (М.М. Глебова), любовница атамана, которая, согласно некоторым данным, сама была еврейкой и имела фамилию Розенфельд[30]. По словам одного из офицеров, служивших у Семенова, «главная роль ее сводилась к спекулятивной деятельности, в которой она поддерживала главным образом евреев-спекулянтов, делая миллионный оборот»[31].

Еврейские подразделения в семеновских войсках

В приказе Семенова от 4 марта 1919 г. указывалось: «При Отдельной Восточно-Сибирской армии, по примеру других воинских частей – кавказских, бурятских, сербских и т. д. формируется национальная еврейская рота. Запись желающих производится ежедневно в штабе армии от 10 до 12 час. дня у дежурного офицера»[32]. Любопытно, что создание национальной еврейской части в войсках Семенова вызвало определенный общественный резонанс. Так, иркутская газета «Мысль» писала: «Как выяснилось, такое формирование предпринимается семеновским штабом и никакие еврейские общественные группы к нему не имеют никакого отношения. Исполнительное бюро еврейского национального совета общин Сибири и Урала просит нас сообщить о том, что оно также не имеет никакого отношения к этому «еврейскому отряду»[33].

Штат Отдельной роты при Особом Маньчжурском Атамана Семенова отряде включал в себя 11 офицеров: командира роты, помощника по хозчасти, делопроизводителя и 8 младших офицеров, фельдфебеля, 5 взводных унтер-офицеров и 8 младших. Нестроевая команда – 19 чел. В примечании указывалось, что количество стрелков – неопределенно, но по сбору всех евреев Отдельной Восточно-Сибирской армии число их должно быть около 200 чел.[34] Офицерами в роте были также евреи, за исключением командиров: есаула Вознесенского и подпоручика Сотникова. Согласно воспоминаниям И.Л. Абрамовича, поручик, командовавший ротой, был «зоологический антисемит». Видимо желая сильнее оскорбить подчиненных евреев, он называл их китайцами, «что было, по всей вероятности, для него высшей степенью унижения»[35]. Это сравнение с китайцами вызвано тем, что еврейская рота входила в Сводную Маньчжурскую имени Атамана Семенова дивизию, где, в том числе, служили китайцы, которые, как правило, не отличались ни боевыми качествами, ни дисциплиной.

В целом рота несла исключительно гарнизонную службу в том или ином населенном пункте, изредка принимая участие в боевых действиях. Вероятно, на стадии формирования рота входила в состав 31-го Читинского полка в качестве его 4-й роты[36]. Под командованием есаула Н.А. Вознесенского в начале 1919 г. она участвовала в борьбе с интернационалистами на Мадьярском перекате[37], против которых действовали части Особого Маньчжурского атамана Семенова отряда (далее – ОМАСО) во главе с А.И. Тирбахом, усиленные частями японской императорской армии и отрядом харачен[38]. За эти и последующие бои солдаты еврейской роты были удостоены георгиевскими наградами ОМО. Георгиевским крестом 2-й степени был награжден унтер-офицер Поляк Яков; георгиевским крестом 3-й степени – ефрейтор Гимельштейн Матвей; георгиевскими медалями 3-й степени награждались стрелки Айзенберг Сендер, Лихман Наум, Андоверов Самуил, Вульф Фортус; георгиевскими медалями 4-й степени – стрелки Вигер Ной, Лейкин Абрам, Кузнецов Самуил, Ланготский Борис, Лейбович Герщ, Каплув Абрам, Янкелевич Самсон, Мордеев Израиль, Вишняк Михаил, Торговников Аарон, Вихнер Вульф[39].

Именно с событиями боев еврейской роты против партизан и интернационалистов связана заметка «Привет издалека» в газете «Забайкальская новь». В ней говорилось: «Чины Отдельной еврейской роты при ОМАСО из далекой якутской тайги шлют привет родным и знакомым и сердечно поздравляют их с праздником Пасхи». Иркутская кадетская газета «Свободный край» язвила по этому поводу, что «лейб-орган» Семенова газета «Русский Восток» выдает перлы об «иностранцах» – евреях, а «Забайкальская новь» шлет еврейские приветы из тайги[40].

Вероятно, после этих событий Отдельная рота и осталась квартироваться на станции Могоча Амурской железной дороги, в 600 км от Читы[41]. Условия там были крайне тяжелые: «солдаты ходили по пояс в снегу и обмораживались, ночуя в тайге всю зиму»[42]. Кроме того, регулярно проводились занятия, где есаул Вознесенский «гонял молодых еврейских солдат до потери сознания»[43]. Не исключено, что причина того, что эта часть оказалась на окраине «семеновского царства», была в том, что семеновцы, считая евреев не самым надежным элементом, опасались возможности революционной пропаганды в своих войсках. С этими соображениями должно быть связано и собственно сведение всех евреев в единую часть. Хотя один из служивших в этой роте солдат отмечал, что целью создания этой части было желание семеновцев смешать в «еврейской роте детей трудящихся с детьми буржуазии, затруднить трудящимся евреям переход на сторону Красной армии»[44].

В июне месяце 1919 г. еврейская рота ездила в экспедицию на станцию Борзя, где на перегоне Оловянная – Борзя произошел инцидент с ее командиром есаулом Н.А. Вознесенским, устроившим дебош на одной из железнодорожных станций, о чем сообщалось в материалах его судебного дела[45]. Тем не менее, учитывая участие есаула в германской войне, два ранения, жалобу на болезненное состояние и обещание беспорочной службы, суд смягчил ему приговор и заменил наказание «надзором начальства». Есаул Н.А. Вознесенский был «сдан» прапорщику Гольденбергу, но уже спустя два дня вновь арестован за пьянство и буйство[46].

С 30 июля 1919 г. Отдельная рота вместе со штабом Сводной Маньчжурской имени Атамана Семенова дивизии и Егерским батальоном непродолжительное время была расквартирована в Чите[47]. Впоследствии рота войдет в состав этого Егерского батальона. В силу этого обстоятельства, вероятно, униформа еврейской роты представляла собой следующее: папаха серая без кокарды, фуражка защитная, существующего образца (так в документе – Д.К.), без выпушек, с кокардой существующего образца. Мундир и рубаха, существующего образца с желтой выпушкой по обшлагу рукава у офицеров и желтой тесьмой у солдат. Шаровары укороченные или длинные защитного материала, существующего образца с малиновым кантом. Шинель серая, установленного образца. Погоны – защитного цвета, у офицеров – зеленый просвет с зеленым кантом по краям. На погоне трафаретная буква белой краски «Е»[48].

Непродолжительное пребывание роты в белой столице Забайкалья сказалось на ней скорее негативно – постепенно начала формироваться подпольная большевистская ячейка.

Очередная мобилизация запаса до 43-летнего возраста дала еще около сотни евреев. Из них в Чите успели сформировать 2-ю еврейскую полуроту под командованием капитана Хмелевского, которой затем пополнили состав Отдельной еврейской роты[49].

Осенью 1919 г. рота несла службу на станции Борзя Кайдаловской ветки Забайкальской железной дороги (344 км от Читы). 150 солдат еврейской роты составили гарнизон Борзи. 31 октября на станцию Хада-Булак (36 км от Борзи) напал летучий партизанский отряд М.М. Якимова. Согласно данным американских офицеров RRSC[50], начальник гарнизона Борзи «еврейский капитан» выслал в сторону Хада-Булака стоящий на станции бронепоезд «Истребитель»[51] («тяжелый» импровизированный бронепоезд семеновцев). Гарнизон был усилен прибывшим Уссурийским конным полком и японскими частями. Тем не менее, начальник гарнизона не выступил против партизан и, опасаясь за Борзю, даже отозвал броневик[52] от Хада-Булака. Прибывший 31 октября из Даурии барон Унгерн выступил с частями своей Отдельной Азиатской конной бригады. Однако его всадники не смогли найти партизан. Вернувшись в Борзю, Унгерн арестовал начальника гарнизона за его бездействие. Вскоре, правда, командир еврейской роты был освобожден – ему все же удалось оправдать свое бездействие и малодушие опасениями, что партизаны могли захватить саму Борзю.

30 декабря 1919 г. еврейская полурота (100 чел.) была также переброшена в Восточное Забайкалье, где в Цаган-Олуевской станице стояла Отдельная еврейская рота (150 чел.). Пополнившись сотней бойцов, Отдельная (8-я еврейская) рота (250 чел.) вошла в сводный отряд капитана Тарана, который, в свою очередь, входил в состав гарнизона Нерчинского завода, состоящий из разных подразделений семеновских войск (всего около 1 тыс. чел.) 53. Командовал гарнизоном полковник В.П. Малакен.

Переход на сторону красных

В связи с реорганизацией армии после прихода в Забайкалье «каппелевцев» еврейских подразделений вновь стало несколько. Согласно воспоминаниям командира отдельного имени генерала Каппеля Офицерского отряда подполковника Ф.Ф. Мейбома «Еврейское Общество» предложило Г.М. Семенову развернуть еврейскую часть в батальон. Вряд ли батальон был создан. О его существовании свидетельствует только Мейбом. Документы Дальневосточной армии, а также современники наличие еврейского батальона не подтверждают. Судя по всему, весной 1920 г. просто вновь развернули еврейскую полуроту. Однако вскоре ее бойцы перебили собственных офицеров и попытались перейти к противнику. Произошло это на 43 км от Читы, в деревне Александровка. Ф.Ф. Мейбом так описывает подавление этой части: «Был странный бой. С одной стороны, предатели-евреи, а с другой, наступающей, – г.г. офицеры. Бой был очень короткий. Я нанес Еврейскому батальону сокрушающий удар, с обхватом обоих их флангов, и прижал их к озеру, где частями и переловили весь батальон. В начале боя они, видимо, страшно волновались. Об этом можно было судить по их беспорядочной стрельбе. Мои офицеры шли в атаку с папиросой во рту. Потери с нашей стороны были незначительны»[54].

Как уже было сказано, подпольная большевистская организация в особой роте возникла еще в июне, когда она стояла в Чите. Возглавляли ячейку М.Б. Литвин, Б.С. Миневич[55], И.Л. Абрамович, Я. Гриф[56], Бронштейн[57]. Каждый создавал подчинявшуюся только ему «тройку» заговорщиков, члены которой, в свою очередь, вербовали свою «тройку» и так далее. Каждый работал исключительно со своей «тройкой». В результате впоследствии в ячейку вовлекли не просто почти всех солдат роты, но даже офицеров (прапорщика М.Р. Якобсона, юнкера Б. Аркуса). Еврейские подпольщики также наладили контакты с подпольщиками других семеновских частей гарнизона Нерчинского завода, в частности, с «1 сборной ротой»[58] 32-го стрелкового Сретенского полка[59].

Теперь оставалось связаться с партизанами, находившимися недалеко от села. И.Л. Абрамович пишет в своих воспоминаниях: «Решили послать к ним одного из солдат – членов нашей подпольной организации. Желательно не жителя Забайкалья: ведь побег его мог тяжело отозваться и на его семье, и вообще на положении евреев, находившихся под властью атамана Семенова. Выбор остановился на иркутянине Любовиче, сыне портного. Установлен был недельный срок, в течение которого Любович должен был сообщить партизанам наш проект и вернуться к нам, чтобы сообщить решение партизанского командования. Ночью Любович тайно ушел к партизанам. Утром побег был, конечно, обнаружен. Началось расследование, но никаких результатов оно не дало, так как, кроме членов комитета, никто действительно ничего не знал о причинах исчезновения Любовича»[60].

По данным бойца еврейской роты А.В. Пригожих, к партизанам было послано сразу трое бойцов: Хайкин, Лейбович и Шахнин. Старшина роты Гимельштейн успокоил семеновцев, что эти трое бежали не к партизанам, а заграницу. Таким образом была установлена связь с 3-м и 4-м кавалерийским партизанскими полками. Боясь провокации, командиры этих полков С.И. Толстокулаков и Дружинин оставили в заложниках Хайкина и Лейбовича, а также затребовали одного из членов подпольного комитета. Отправился Я. Гриф. Тем временем комитет начал арестовывать офицеров и подготовил сигнальные огни для партизан. Была разоружена пулеметная команда семеновцев. 23 апреля 1920 г. на окружавших село сопках показался отряд в 1 тыс. 50 партизан. Все еще не доверяя евреям, они не выступили сразу. Гарнизон Нерчинского завода начала занимать восставшая еврейская рота во главе с М.Р. Якобсоном. К 11 часам город был занят. Полковник В.П. Малакен с оставшимися верными частями отступил к Аргуни. Красным досталось огромное количество вооружения и припасов: 4 орудия, 30 пулеметов, около 3 тыс. снарядов, 13 млн патронов и множество продовольствия и амуниции.

В приказе главнокомандующего всеми вооруженными силами Российской Восточной окраины № 395/419 атаман Г.М. Семенов назвал предательство, совершенное в день Святой пасхи, «Иудиным делом»[61]. Харбинская газета «Заря» писала, что после официального сообщения о причинах падения Нерчинского завода в Чите на улицы вышло множество народа. Газета сообщала: «Какие-то агитаторы стали призывать к еврейскому погрому. Черносотенная агитация оказала свое действие, и толпы уличной черни начали громить еврейские магазины и частные квартиры. Погром был прекращен войсками, оцепившими кварталы, где происходили бесчинства. Среди евреев есть человеческие жертвы»[62]. Читинские газеты о погромах не упоминали и даже опровергали подобные сообщения: «Что погромов и бесчинств в Чите не было, это объяснять не приходится, ибо всем известно, что еврейских человеческих жертв не было и войска вызывать не нужно было тоже всем известно»[63]. Газета «Восточная окраина» писала: «Нужно ли при этом добавлять, что газеты могли бы осведомляться об истинном положении в Чите у лиц, ежедневно приезжающих из Читы в Харбин. Но видимо для Харбинской прессы известного направления даже элементарная чистоплотность является совершенно чуждой, и она поэтому клевещет, ни перед чем не останавливаясь»[64]. Бывшие бойцы еврейской роты писали, что погром был не допущен благодаря своевременному обращению еврейской общины в японский штаб в Чите[65].

Из частей, перешедших на сторону партизан, было решено создать 4-й стрелковый партизанский полк. Его командиром назначили бывшего прапорщика еврейской роты М.Р. Якобсона (выпускника Иркутского военного училища, впоследствии коменданта Учредительного собрания ДВР), его помощником стал Б. Аркус. Евреи заняли командные должности. Костяком полка стала еврейская рота под командой Гершеновича. Полк действовал южнее Сретенска. 6 июня его бойцы два часа сдерживали наступление белых на поселок Калгачинский[66]. На следующий день белые с боями заняли поселок Ишикан, а спустя два часа станицу Копунскую. В оперативной сводке штаба Дальневосточной армии сообщалось: «У противников среди убитых оказались командиры еврейских сотен Соломонович и Мошкович»[67].

Предательство семеновцы евреям не прощали: отставшего в Газимуровском заводе еврея закололи штыками[68]. 11 июня в районе села Ундинские-Кавыкучи остатки двух еврейских рот оказали белым частям упорное сопротивление, но после короткой атаки конного дивизиона еврейские роты в беспорядке, бросая оружие, бежали в разных направлениях[69]. Эта информация подтверждается и данными начальника штаба Восточно-Забайкальского партизанского фронта С.С. Киргизова, который отмечает, что в районе Копуни и Шелопугино белые сбили части партизан и принудили к отступлению[70]. В районе станицы Записной партизан преследовали части Азиатской конной дивизии. С этим связан анекдотичный эпизод, будто бы ее начальник, барон Унгерн, узнав, что у генерала Т.И. Артамонова в плену еврей из Отдельной еврейской роты, предложил за него броневой автомобиль[71].

Впоследствии 4-й партизанский стрелковый полк был преобразован в 15-й стрелковый полк НРА ДВР, который осенью 1920 г. принял участие в тяжелых боях за Борзю и Даурию.

Выводы

Подводя итоги, следует отметить, что еврейские национальные формирования стали одной из этноконфессиональных частей войск атамана Г.М. Семенова, наряду с китайскими, сербскими, бурятскими, монгольскими, кавказскими, татарскими формированиями. Деятельность отдельной еврейской роты на протяжении ее годичного существования носила большей частью гарнизонный характер. Переход этого этнического формирования к красным в период, когда Белое движение в Забайкалье уже испытывало агонию, не был чем-то исключительным: известно более десятка переходов к партизанам подразделений семеновских частей. Что касается подпольных большевистских ячеек, то и они были чуть ли не в половине всех воинских частей войск атамана Семенова. Тем не менее эти семеновские еврейские подразделения в Забайкалье являлись единственным примером белого регулярного этнического еврейского воинского формирования, возглавляемого, в том числе, офицерами евреями.

 

1 См. подробнее: Левкин Г.Г. Волочаевка без легенд. Приамурское географическое общество. Хабаровск, 1999. С. 187–193.

2 Симонов Д.Г. Белая Сибирская армия в 1918 году. Новосибирск, 2010. С. 212.

3 Новиков П.А. Национальные формирования антибольшевистских сил в Юго-Восточной Сибири (1917–1920 гг.) // Вестник Иркутского государственного технического университета. № 4 (20). 2004. С. 31–38.

4 Романов А.М. Особый Маньчжурский отряд атамана Семенова. Иркутск, 2013.

5 Абрамович И.Л. Воспоминания. М. 2004; Пригожих А.В. Отдельная еврейская рота. Из истории Гражданской войны в Забайкалье 1918–1920 гг. // Историография Гражданской войны в России. Исследования и публикации архивных материалов. М., 2018.

6 Хедер – еврейская религиозная школа. См. подробнее: Локшин А.Е. Высшее духовное образование в иудаизме в Российской империи: преемственность и модернизации // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: История России. 2018. Т. 17. № 2. С. 248–295.

7 Талмуд-тора – еврейская религиозная начальная школа.

8 Нам И.В., Наумова Н.И., Рабинович В.И. Быть евреем»: институционализация этничности сибирских евреев в условиях революции и гражданской войны // Вестник Томского государственного университета. История. 2020. № 64. С. 53–62.

9 В конце 1918 г. генерал-лейтенант Г.Е. Катанаев был назначен А.В. Колчаком начальником Чрезвычайной следственной комиссии для расследования действий полковника Семенова и подчиненных ему лиц. Посетив подвластную Г.М. Семенову территорию, он назвал ее в своих записках «семеновским царством».

10 Рассказывая о весеннем наступлении колчаковской Западной армии, генерал М. Жанен отмечал, что «не хорошо для дисциплины повторять солдатам: Смерть комиссарам! Смерть жидам!» // См.: Janin Maurice. Ma mission en Siberie. 1918–1920. Payot, Paris. 1933. P. 128.

11 Даурец Н.П. Семеновские застенки. Харбин, 1921. С. 18.

12 Марковчин В.В. Три атамана. М., 2003. С. 222.

13 Российский государственный военный архив (далее – РГВА). Ф. 39454. Оп. 1. Д. 9. Л. 13.

14 Василевский В.И. Забайкальская белая государственность в 1918–1920 годах: краткие очерки истории. Чита, 2000. С. 98.

15 Восточная окраина. 1920. 1 апреля. С.3.

16 Здесь имеется в виду Особый Маньчжурский отряд (далее – ОМО).

17 Здесь находился штаб Приамурского полка. Ныне село Большая Тура, Карымского района.

18 РГВА. Ф. 40308. Оп. 1. Д. 124. Л. 286.

19 Сионистская организация, в состав которой входили представители разных партий, была создана в Чите после февральско-мартовских событий 1917 и располагалась в Читинской синагоге.

20 Прибайкальская жизнь 1918. 26 октября. С. 2.

21 РГВА. Ф. 39532. Оп. 1. Д. 10 а. Л. 178.

22 Там же. Ф. 39849. Оп. 1. Д. 9. Л. 5 об.

23 Там же. Ф. 40308. Оп. 1. Д. 123. Л. 74.

24 Еленевский А. Военные училища в Сибири (1918–1922) // Военная быль. 1963. Сентябрь. № 62. Париж. С. 28.

25 РГВА. Ф. 40308. Оп. 1. Д. 121. Л. 24 об.

26 Даурец Н.П. Семеновские застенки. С. 15–16.

27 Впоследствии в ходе расследования этого дела были арестованы еще двое заговорщиков. Среди отличившихся контрразведчиков оказался печально известный Л.В. Сипайло, чья карьера после этого громкого дела резко пошла вверх. Любопытно, что именно Сипайло организует по приказу барона Р.Ф. Унгерн-Штернберга еврейский погром в Урге (Улан-Батор).

28 Пригожих А.В. Отдельная еврейская рота. Из истории Гражданской войны в Забайкалье 1918–1920 гг. // Историография Гражданской войны в России. Исследования и публикации архивных материалов. М., 2018. С. 451.

29 Семенов Г.М. О себе. Воспоминания, мысли и выводы. М., 2002. С. 166–167.

30 Марковчин В.В. Три атамана… С. 258.

31 РГВА. Ф. 40308. Оп. 1. Д. 129. Л. 3.

32 Мысль. 1919. 9 марта. С. 3.

33 Там же. 13 марта. С. 3.

34 РГВА. Ф. 40138. Оп. 1. Д. 6. Л. 184 об., 185.

35 Абрамович И.Л. Воспоминания. М., 2004. С. 11.

36 Василевский В.И. Дела легендарных дней. (Большевистское подполье в Забайкалье 1918–1920 гг.). Чита, 1970. С. 59.

37 С падением Советов в Забайкалье, в конце лета 1918 г., группа интернационалистов (193 человека: 123 немца и австрийца, 42 венгра, 7 чехов, 4 итальянца, 17 русских из которых 4 женщины) при 18 пулеметах со станции Могоча двинулись на север, в село Тупик, откуда на плотах начали сплавляться по реке Тунгир. Первый же перекат положил конец сплаву. Здесь в тайге интернационалисты построили укрепленный лагерь. Держались несколько месяцев, несмотря на атаки семеновцев. Удаленность лагеря не позволяла получать подкрепления от других партизанских отрядов. Попытка прорыва последних 60 интернационалистов в марте месяце привела к окончательной гибели отряда. Многие кончали жизнь самоубийством, спастись удалось не более 10 бойцам.

38 Харачены/харачины – южно-монгольское племя, кочующее по верхнему течению рек Ляо-хэ (Шара-мурень) и Да-лин-хэ (Хунь-мурень) в провинции Ляонин и Внутренней Монголии. В описываемый период проживали на чахарской территории. Доминировали в среде монгольской бюрократии Китая. Несколько сотен всадников харачин служили в инородческих полках войск атамана Семенова (Даурский и Хамарский конные полки Азиатской конной дивизии, располагавшейся в Даурии).

39 РГВА. Ф. 39532. Оп. 1. Д. 23. Л. 131, 131 об.

40 Там же. Ф. 40308. Оп. 1. Д. 130. Л. 25.

41 Там же. Ф. 39532. Оп. 1. Д. 13. Л. 3.

42 Пригожих А.В. Отдельная еврейская рота. Из истории Гражданской войны в Забайкалье 1918–1920 гг. // Историография Гражданской войны в России. Исследования и публикации архивных материалов. М. 2018. С. 452.

43 Пригожих А.В. Отдельная еврейская рота…

44 Абрамович И.Л. Воспоминания. С. 11.

45 Напившись, он трижды останавливал эшелон, затем в районе 73-го разъезда начал избивать кондуктора, который чтобы спастись от доставшего револьвер Вознесенского, вынужден был спрыгнуть с поезда. Встретив другого кондуктора, повторилась та же история. За кондуктора попытался было вступиться хорунжий Орловский, но есаул, направив на него заряженный наган, ушел на заднюю площадку поезда, где продолжил избиение, затем сбросил свою жертву с поезда, и пошел нюхать кокаин. Впоследствии виновным себя не признал, сказав, что кондукторы оскорбили его, назвав «товарищем». Затем он устроил дебош, находясь уже под арестом на читинской гауптвахте. См.: РГВА. Ф. 39849. Оп. 1. Д. 6. Л. 4 об., 3.

46 Там же. Л. 11.

47 Романов А.М. Особый Маньчжурский отряд атамана Семенова. Иркутск, 2013. С. 237.

48 Там же. С. 281, 284.

49 Пригожих А.В. Отдельная еврейская рота... С. 541.

50 RRSC – Russian Railway Service Corps – Американский корпус поддержки русской железной дороги.

51 Bisher Jemie. White Terror: Cossack Warlords of the Trans-Siberian. London; New York, 2005. P. 245–247; Souvenir Pravda, published by Associated Veterans of The Russian Railway Servise Corps. San Francisco, California, August 37, 1936.

52 Броневиками в описываемый период называли не только бронеавтомобили, но и бронепоезда.

53 Василевский В.И. Дела легендарных... С. 59.

54 Мейбом Ф.Ф. Тернистый путь // Первопроходник. 1976. № 30. URL: http://www.pervopohodnik.ru/publ/11-1-0-124 (дата обращения: 10.08.2020).

55 Василевский В.И. Дела легендарных... С. 59.

56 Абрамович И.Л. Воспоминания. С. 11.

57 Киргизов С.С. Партизанское движение в Восточном Забайкалье // Красногвардейцы и партизаны. Чита, 1957. С. 50.

58 Василевский В.И. Дела легендарных... С. 60.

59 Части этого полка еще с середины лета 1919 находились в Нерчинском заводе.

60 Абрамович И.Л. Воспоминания. С. 11.

61 РГВА. Ф. 39729. Оп. 1. Д. 5. Л. 152 об.

62 Восточная окраина. 1920. 28 мая. С. 2.

63 Восточная окраина. 1920. 28 мая. С. 2.

64 Там же. 26 мая. С. 3.

65 Пригожих А.В. Отдельная еврейская рота... С. 455.

66 Восточная окраина. 1920. 9 июня.

67 Там же. 10 июня.

68 Пригожих А.В. Отдельная еврейская рота... С. 454.

69 Восточная окраина. 1920. 13 июня.

70 Киргизов С.С. Партизанское движение в Восточном Забайкалье... С. 50.

71 Голубев. Воспоминания // Барон Унгерн в документах и мемуарах. М., 2004. С. 527.

×

About the authors

Denis R. Kasatochkin

Moscow children and youth center for ecology, local history and tourism

Author for correspondence.
Email: denis-diderot@yandex.ru

Ph.D. in History, Methodist

12а, Odesskaya St., Moscow, 117303, Russia

References

  1. Abramovich, I.L. Vospominaniia. Moscow: KRUK-Prestizh Publ., 2004 (in Russian).
  2. Bisher, Jemie. White Terror: Cossack Warlords of the Trans-Siberian. London; New York: Routledge, Taylor & Francis, 2005. P. 245-247.
  3. Daurec, N.P. Semenovskie zastenki. Harbin: MAYAK Publ., 1921 (in Russian).
  4. Elenevskii, A. “Voennye uchilishha v Sibiri (1918-1922).” Voennaia byl', no. 62 (September 1963) (in Russian)
  5. Janin, Maurice, Ma mission en Siberie. 1918-1920.; Paris: Payot Publ., 1933 (in French).
  6. Kirgizov, S.S. Partizanskoe dvizhenie v Vostochnom Zabaikal'e. Krasnogvardeitsy i partizany. Chita: Knizhnoe izdatel'stvo Publ., 1957 (in Russian).
  7. Kuz'min, S.L., ed. Golubev. Vospominaniia. Baron Ungern v dokumentah i memuarah. Moscow: KMK Publ., 2004 (in Russian).
  8. Levkin, G.G. Volochaevka bez legend. Khabarovsk: Priamurskoe geograficheskoe obshhestvo Publ., 1999 (in Russian).
  9. Lokshin, A.E. “Traditional Jewish education in the Russian Empire: Continuity and modernization.” RUDN Journal of Russian History 17, no. 2 (2018): 248-295 (in Russian).
  10. Markovchin, V.V. Tri atamana. Moscow: Zvonnitsa Publ., 2003 (in Russian).
  11. Meibom, F.F. “Ternistyi put'.” Pervoprohodnik, no. 30 (April 1976). Accessed July 10, 2020. http://www.pervopohodnik.ru/publ/11-1-0-124 (in Russian).
  12. Nam, I.V., Naumova, N.I., and Rabinovich, V.Yu. “To be Jewish': the institutionalisation of Jewish identity in Siberia during the Revolution and the Civil war.” Tomsk State University Journal of History, no. 64 (2020): 53-64. doi: 10.17223/19988613/64/7 (in Russian)
  13. Novikov, P.A. “Natsional'nye formirovaniia antibol'shevistskih sil v Yugo-Vostochnoi Sibiri (1917-1920 gg.).” Vestnik Irkutskogo gosudarstvennogo tekhnicheskogo universiteta, no. 4 (2004): 31-38 (in Russian)
  14. Prigozhih, A.V. “Otdel'naia evreiskaia rota. Iz istorii Grazhdanskoi voiny v Zabaikal'e 1918-1920 gg.” In Istoriografiia Grazhdanskoi voiny v Rossii. Issledovaniia i publikatsii arhivnykh materialov. Moscow: IMLI RAN Publ., 2018 g. (in Russian)
  15. Romanov, A.M. Osobyi Man'chzhurskii otriad atamana Semenova. Irkutsk: Ottisk Publ., 2013 (in Russian).
  16. Semenov, G.M. O sebe. Vospominaniia, mysli i vyvody. Moscow: AST Publ., 2002 (in Russian).
  17. Simonov, D.G. Belaia sibirskaia armiia v 1918 godu. Novosibirsk: Novosibirskii gosudarstvennyi universitet Publ., 2010 (in Russian).
  18. Vasilevskiy, V.I. Dela legendarnykh dnei (Bol'shevistskoe podpol'e v Zabaikal'e 1918-1920 gg.). Chita: Vostochno-Sibirskoe knizhnoe izdatel'stvo Publ., 1970 (in Russian).
  19. Vasilevskiy, V.I. Zabaikal'skaia belaia gosudarstvennost' v 1918-1920 godakh: Kratkie ocherki istorii. Chita: Poisk Publ., 2000 (in Russian).

Copyright (c) 2021 Kasatochkin D.R.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies