Questionnaire for Retrospective Assessment of Play Activity in Preschool Age: Development and Validation Testing

Full Text

Введение Несмотря на признание игры в качестве ведущей деятельности дошкольного периода и многочисленные эмпирические данные о ее ключевой роли в когнитивном, эмоциональном и социальном развитии детей дошкольного возраста (Гаврилова, Сурилова, Сухих, 2025; Bodrova, Leong, 2015; Lai et al., 2018; Lillard et al., 2013; Smits-van der Nat et al., 2026; Veraksa et al., 2024), изучение ее влияния на развитие в последующих возрастах остается ограниченным. Основным препятствием является дефицит стандартизированных методов, позволяющих ретроспективно оценить игровой опыт человека. Ведущие методы оценки игровой деятельности, такие как наблюдение или опрос родителей, позволяют получить объективные данные об игре детей, однако малоприменимы в исследованиях, нацеленных на изучение связи детской игры с показателями последующего развития, поскольку предполагают проведение лонгитюдных исследований, которые, в свою очередь, требуют больших ресурсов и имеют методологические ограничения (Kirkham, Lloyd, Stockton, 2018). Ретроспективный метод обладает хорошей надежностью и применяется в научных исследованиях для выявления связи прошлого опыта с настоящими показателями развития (Bell, Bell, 2018; Smith, Lillard, 2012). Игровая деятельность в дошкольном возрасте В отечественной психологии понятие ведущей деятельности является одним из фундаментальных в контексте изучения развития человека. Сюжетно-ролевая игра, являясь ведущей деятельностью в период дошкольного детства, создает уникальную социальную ситуацию развития, в процессе которой происходит формирование основных новообразований дошкольного возраста (Выготский, 1966; Эльконин, 1978). Ключевыми характеристиками такой игры являются наличие воображаемой ситуации, принятие ребенком на себя роли и следование правилам, вытекающим из этой роли (Выготский, 1966; Рябкова, Соколова, Львова, 2025; Эльконин, 1978). Однако при обсуждении развивающего потенциала игры необходимо учитывать не только ее присутствие или отсутствие в жизни дошкольника, но и ее социальный контекст. Взаимодействие в игре со взрослым задает ориентиры развития, в то время как игра со сверстниками является пространством для освоения коммуникативных навыков, поскольку детям необходимо согласовывать свои действия, учитывать позицию партнера по игре и самостоятельно выстраивать игровой сюжет (Белова, Шумакова, 2024; Смирнова, 2024; Bodrova, Leong, 2015; Veresov, Veraksa, Plotnikova, 2025). Результаты исследований показывают, что игра является источником развития тогда, когда переживается ребенком личностно и эмоционально (Sukhikh, Veresov, Veraksa, 2022; Veraksa, Veresov, Sukhikh, 2022). Согласно результатам исследований, дети указывают на значимую роль игры в собственном благополучии (Hernándes-Torrano et al., 2025; Koch, 2018; Waters, Dussert, Loton, 2022). Степень интереса и вовлеченность дошкольника в игровой процесс можно рассматривать как показатели того, насколько игра переживается ребенком и, значит, представлена в его социальной ситуации развития. Таким образом, в парадигме культурно-исторической психологии в отношении игры ключевое значение имеет не только наличие игры, но и то, с кем ребенок играет, а также насколько игра выступает значимой в сознании ребенка. Помимо традиционных видов игры цифровые игры также стали частью игровой деятельности современных детей дошкольного возраста. Они рассматриваются исследователями как самостоятельные и противоположные традиционным видам игровой деятельности (Mallmann et al., 2025; Veraksa et al., 2024). Было показано, что экранное время вытесняет время, проведенное за традиционной игрой со сверстниками (Putnick et al., 2023). Вместе с тем, согласно результатам метаанализа, цифровые игры негативно связаны с показателями благополучия детей дошкольного возраста (Harverson et al., 2025), что позволяет говорить о цифровой игре как о деятельности, отличной по своему психологическому содержанию и влиянию на развитие. Тем не менее распространен ность цифровых игр среди дошкольников требует их обязательного включения в инструментарий оценки игровой деятельности (Плотникова, Бухаленкова, Чичинина, 2023). Таким образом, в методы, направленные на ретроспективную оценку игровой деятельности в дошкольном возрасте, необходимо включать пункты относительно традиционной игры, учитывая предпочитаемых партнеров по игре, цифровой игры, а также интереса и включенности в игровую деятельность как индикатора ведущей роли игры в дошкольный период. Методы оценки игровой деятельности в дошкольном возрасте Традиционно ведущим методом оценки игровой деятельности дошкольников является наблюдение. Исследователями разработаны различные структурированные шкалы наблюдения, позволяющие оценить уровень развития сюжетно-ролевой игры, уровень игровой активности, аффективные проявления, особенности взаимодействия детей в процессе игры и др. (Fantuzzo, Mendez, Tighe, 1998; Kaugars, Russ, 2009; Rebelo, Sousa-Gomes, Moreira, 2024; Smilansky, Shefatya, 1990; Swindells, Stagnitti, 2006; Veraksa, Veresov, Sukhikh, 2022). Несомненными преимуществами данного метода являются высокая объективность в сравнении с другими методами, возможность изучения игры в естественных условиях, а также возможность отслеживания динамики игрового поведения в рамках отдельного игрового эпизода. Однако при изучении долгосрочных эффектов игры применение метода наблюдения сопряжено с существенными ограничениями: он требует длительного включения обученных специалистов и предполагает использование ресурсоемких лонгитюдных дизайнов, что затрудняет его широкое применение в исследованиях прогностической роли игры. Более оперативным способом сбора данных является использование опросников для родителей и воспитателей, где взрослые отвечают на вопросы относительно различных аспектов игровой деятельности ребенка (Плотникова, Гаврилова, Федорова, 2024). Такой подход позволяет преодолеть некоторые ограничения наблюдения, однако порождает новые. Например, субъективность оценок взрослых, а также невозможность оценить внутреннее отношение самого ребенка к игровой деятельности, субъективную значимость игры. В контексте изучения роли игры в последующем развитии человека наиболее востребованным оказывается ретроспективный метод. В значительном количестве таких исследований подростков или взрослых спрашивают об их игровом опыте в детстве, используя полуструктурированные интервью или авторские анкеты (Burr et al., 2019; Khanna, Brooks, Datt, 2026; Nicholson et al., 2016; Schlesinger et al., 2019; Smith, Lillard, 2012; Ugaste, 2023). Полученные данные свидетельствуют о том, что взрослые признают значимую роль игры в их последующей жизни, особо выделяя важность игры со сверстниками (Fasting, HØyem, 2024). Более того, исследования демонстрируют связь ретроспективных оценок игры с актуальным субъективным благополучием (Рябкова, Черная, Кан, 2025), а также показывают, что собственный игровой опыт педагогов влияет на предпочитаемые ими стратегии организации игры в работе с детьми (Shin, 2024). Существующим стандартизированным инструментом для ретроспективной оценки игры является шкала фантазийной игры в детстве (Kirkham, Lloyd, Stockton, 2018), позволяющая оценить удовлетворенность игрой в детстве, частоту игр, а также предпочтение игры с воображаемой ситуацией по сравнению с другими видами игровой деятельности. Валидизация опросника осуществлялась через его соотнесение с показателями развития воображения, что отражает узкую направленность опросника. Кроме того, опросник не включает вопросы о предпочитаемых партнерах по игре и предпочтении цифровых игр, что является частью детского игрового опыта современных подростков. Таким образом, в современной психологии развития сохраняется противоречие между признанием прогностической роли игры в развитии и благополучии человека и дефицитом ретроспективных инструментов, позволяющих оценить игровой опыт в дошкольном детстве. Отсутствие стандартизированных методов ограничивает возможности изучения долгосрочных эффектов игры, что обусловливает необходимость разработки опросника для ретроспективной оценки игровой деятельности в дошкольном возрасте. В связи с этим целью настоящего исследования являлась разработка и апробация ретроспективного инструмента для оценки игровой деятельности в дошкольном возрасте. Процедура и методы исследования Процедура На первом этапе исследования были разработаны пункты для ретроспективной оценки игровой деятельности в дошкольном возрасте на основе теоретического анализа. Формулировка утверждений осуществлялась исходя из положений культурно-исторического подхода к пониманию игры, а также современных исследований. В разработанный опросник включены пункты относительно игры со взрослыми и сверстниками (Смирнова, 2024; Bodrova, Leong, 2015), сюжетно-ролевой игры как ведущей деятельности (Эльконин, 1978), цифровой игры (Плотникова, Бухаленкова, Чичинина, 2023; Mallmann et al., 2025; Veraksa et al., 2024), а также субъективной вовлеченности в игру в дошкольном возрасте (Koch, 2018; Sukhikh, Veresov, Veraksa, 2022). На втором этапе исследования была проведена предварительная психометрическая проверка первоначальной версии опросника и его сокращение. На заключительном этапе проводилась основная психометрическая проверка методики и ее валидизация. Выборка В исследовании приняли участие 763 подростка в возрасте 14-18 лет (Mage = 16,6, SD = 1,04) из четырех регионов Российской Федерации: Республики Саха (Якутия), Алтайского края, Ульяновской и Сахалинской областей. Выборку составили 440 девушек (57,67 %) и 321 юноша (42,07 %), двое участников не указали пол (0,26 %). Количество сиблингов у респондентов варьировалось от 0 до 10. На момент опроса все участники являлись учащимися общеобразовательных школ. Сбор данных проводился дистанционно посредством онлайн-платформы «Яндекс-Формы». Участие в исследовании было добровольным и анонимным: респонденты заполняли опросник в свободное время в отсутствие наблюдателей, будучи проинформированными о целях исследования и возможности прервать участие в любой момент. Тем не менее 100 % респондентов полностью завершили прохождение онлайн- формы. Детальные социодемографические характеристики выборки представлены в табл. 1. Таблица 1 / Table 1 Социодемографические характеристики респондентов (N = 763) / Respondents’ Sociodemographic Characteristics (N = 763) Пол / Sex Женский / Female 440 57,67 Мужской / Male 321 42,07 Не указан / Not specified 2 0,26 Социально-экономический статус / Socio-economic status Ниже среднего / Below average 29 3,8 Средний / Average 556 72,9 Выше среднего / Above average 178 23,3 Регион / Region Республика Саха (Якутия) / Republic of Sakha (Yakutia) 484 63,4 Алтайский край / Altai Territory 125 16,4 Ульяновская область / Ulyanovsk Region 60 7,9 Сахалинская область / Sakhalin Region 94 12,3 Наличие сиблингов / The presence of siblings Да / Yes 665 87,2 Нет / No 98 12,8 Методы и методики Первая версия Опросника ретроспективной оценки игровой деятельности в дошкольном возрасте включала 17 пунктов, однако 4 пункта с факторной нагрузкой менее 0,3 были удалены при последующем анализе. Итоговый перечень утверждений, включенных в опросник, представлен в табл. 2. Участни кам исследований предлагалось оценить каждое утверждение по шкале Ликерта от 1 до 5 баллов, где 1 балл означал «совершенно не соответствует», а 5 - «полностью соответствует». Инструкция для участников была сформулирована так: «Давайте на несколько минут вернемся в Ваше детство. Вы еще не пошли в школу. Вспомните, как и во что Вы любили играть в этот период. Насколько приведенные ниже утверждения соответствуют Вашим воспоминаниям?». Для проверки критериальной валидности разработанного опросника была использована русскоязычная версия методики EPOCH (Волкова, Волкова, 2025), предназначенная для оценки психологического благополучия подростков. Методика EPOCH включает пять шкал: Вовлеченность (Engagement, E), Упорство (Perseverance, P), Оптимизм (Optimism, O), Взаимосвязь (Connectedness, C) и Счастье (Happiness, H), а также интегральный показатель благополучия. Опросник состоит из 20 пунктов, оцениваемых по 5-балльной шкале Ликерта. Выбор данного инструмента обусловлен теоретическими положениями и эмпирическими данными о связи игровой деятельности в дошкольном возрасте с последующим психологическим благополучием (Рябкова, Черная, Кан, 2025; Hernándes-Torrano et al., 2025; Koch, 2018; Waters, Dussert, Loton, 2022). Анализ данных выполнялся в статистическом ПО Jamovi 2.6.45. Использовались тест Бартлетта, тест Кайзера - Мейера - Олкина (КМО), анализ главных компонент, конфирматорный факторный анализ (WLSMV), критерий Шапиро - Уилка, α Кронбаха, коэффициент корреляции Спирмена, критерий Манна - Уитни. Результаты исследования Конструктная валидность Тест сферичности Бартлетта (χ2 = 2603,332, df = 78, p < 0,001) и тест КМО (0,784) показали допустимость применения факторного анализа. После исключения четырех пунктов, показавших низкую корреляцию (< 0,3) с остальными пунктами, был проделан эксплораторный факторный анализ методом главных компонент с вращением Варимакс, количество факторов определялось по критерию Кайзера. Анализ главных компонент показал четырехфакторное решение, которое объяснило 62 % дисперсии (табл. 2). Фактор 4 включает пункты v12 «Я любил играть в цифровые игры (компьютер, планшет, телефон)» и v8 «Я любил играть в игру, где были роли и сюжеты (например, в магазин, доктора, супергероев)» с противоположными факторными нагрузками (табл. 2). Поскольку пункты 8 и 12 теоретически представляют собой несвязанные конструкты, а также эмпирически показали околонулевую корреляцию (R Спирмена = 0,028, p = 0,43), было принято решение выделить каждый из этих вопросов в отдельный фактор. Несмотря на приемлемое значение пункта 8 для включения в фактор 1, исходя из теоретических положений этот фактор был выделен в самостоятельный. После предварительной оценки модели была добавлена ковариация между 6 и 7 пунктом, отражающими желание играть в одиночестве. Конфирматорный факторный анализ по шкалам показал хорошую согласованность априорной модели с данными для выборки в целом (метод WLSMV, представлены робастные показатели: CFI - 0,975; TLI - 0,965; RMSEA - 0,046; SRMR - 0,045). Модель представлена на рисунке. Таблица 2 / Table 2 Матрица факторных нагрузок / Factor Loading Matrix Пункты / Items Факторы / Factors Общность / Communality 1 2 3 4 v2. Игра была одним из моих самых любимых занятий / Play was one of my favorite things to do 0,846 - - - 0,278 v3. Игра часто длилась часами напролет / The Play often lasted for hours on end 0,818 - - - 0,324 v1. Я много играл в дошкольном возрасте / I played a lot in preschool 0,774 - - - 0,340 v7. Мне нравилось играть в одиночку / I liked playing alone - -0,788 - - 0,362 v6. Игра с другими детьми меня совсем не увлекала / Playing with other children didn’t interest me at all - -0,702 - - 0,436 v17. Я много играл с друзьями / I played a lot with my friends - 0,684 - - 0,372 v5. У меня был друг, с которым мы много играли / I had a friend with whom we played a lot - 0,622 - - 0,397 v10. Я любил играть в подвижные игры (например, прятки) / I loved playing outdoor games (like hide-and-seek) - 0,470 - - 0,607 v13. Я много играл с родителями / I played a lot with my parents - - 0,811 - 0,318 v16. Я много играл с другими взрослыми (воспитателем, няней, родственниками) / I played a lot with other adults (tutor, babysitter, relatives) - - 0,803 - 0,337 v15. Я много играл с бабушками/дедушками / I played a lot with my grandparents - - 0,796 0,346 v12. Я любил играть в цифровые игры (компьютер, планшет, телефон) / I loved playing digital games (computer, tablet, phone) - - - 0,779 0,335 v8. Я любил играть в игру, где были роли и сюжеты (например, в магазин, доктора, супергероев) / I loved playing where there were roles and plots (like the store, the doctor, superheroes) 0,400 - - -0,518 0,510 Примечания. В таблице представлены нагрузки > 0,3. v№ - обозначены номера пунктов опросника. Фактор 1 - Интерес к игровой деятельности; фактор 2 - Игра со сверстниками; фактор 3 - Игра со взрослыми; фактор 4 - Цифровая игра и Сюжетно-ролевая игра. Notes. The table shows loadings > 0.3. vNo - the questionnaire item numbers are indicated. Factor 1 - Interest in Play Activity; Factor 2 - Play with peers; Factor 3 - Play with adults; Factor 4 - Digital game and Role play. Структурная модель опросника: Примечания. v№ - обозначены номера пунктов опросника; Exgn1 - Интерес к игровой деятельности; Exgn2 - Игра со сверстниками; Exgn3 - Игра со взрослыми; Exgn4 - Сюжетно-ролевая игра; Exgn5 - Цифровая игра. Источник: создано Д.В. Чумаченко с использованием программы Jamovi v2.7.22.0. The structural model of the questionnaire Notes. vNo - the questionnaire item numbers are indicated; Exgn1 - Interest in Play Activity; Exgn2 - Play with peers; Exgn3 - Play with adults; Exgn4 - Role play; Exgn5 - Digital game. Source: created by Dmitry V. Chumachenko using the Jamovi v2.7.22.0 program. Описательная статистика и внутренняя согласованность Описательные статистики итоговых шкал опросника представлены в таб л. 3. Таблица 3 / Table 3 Описательные статистики, показатели надежности и нормальности шкал опросника / Descriptive Statistics, Indicators of Reliability and Normality of the Questionnaire Scales Название шкал (количество пунктов) / Name of the Scales (Number of Items) M SD Альфа Кронбаха / Cronbach’s Alpha Критерий Шапиро - Уилка / Shapiro-Wilk test Шкала 1: Интерес к игровой деятельности (3)/ Scale 1: Interest in Play Activity (3) 4,09 0,89 0,804 < 0,001 Шкала 2: Игра со сверстниками (5) / Scale 2: Play with peers (5) 4,16 0,76 0,724 < 0,001 Шкала 3 (3): Игра со взрослыми / Scale 3 (3): Play with adults 2,83 1,09 0,742 < 0,001 Шкала 4 (1): Сюжетно-ролевая игра / Scale 4 (1): Role play 3,78 1,33 - < 0,001 Шкала 5 (1): Цифровая игра / Scale 5 (1): Digital Game 3,89 1,26 - < 0,001 Все шкалы имеют хорошую внутреннюю согласованность. Результаты проверки по критерию Шапиро - Уилка свидетельствуют об отклонении распределения баллов от нормального. Хотя для больших выборок такие отклонения встречаются часто, визуальный анализ гистограмм также подтверждает наличие асимметрии. В связи с этим для дальнейшего анализа данных были выбраны непараметрические методы. Корреляции между шкалами Все получившиеся корреляции (кроме связи между шкалами общего интереса к игре и игрой со сверстниками) между факторами по шкале Чеддока относятся к разряду слабых. Однако обращает на себя внимание факт отсутствия значимой связи фактора предпочтения цифровой игры с факторами игры со взрослыми и сверстниками (табл. 4). Таблица 4 / Table 4 Коэффициенты корреляции Спирмена между шкалами опросника и шкалами методики EPOCH / Spearman’s Correlation Coefficients Between the Scales of the Questionnaire and the Scales of the EPOCH Интерес Игра Игра Сюжетно- Цифровая к игровой со сверст- со взрос- ролевая игра / Шкалы / Scales деятельности / никами / лыми / Play игра / Digital Interest in Play Play with Adults Role Play Game Activity with Peers Опросник ретроспективной оценки игровой деятельности в дошкольном возрасте Интерес к игровой деятельности / Interest in Play Activity - Игра со сверстниками / Play with Peers 0,328*** - Игра со взрослыми / Play with Adults 0,110** 0,213*** - Сюжетно-ролевая игра / Role Play 0,273*** 0,241*** 0,184*** - Цифровая игра / Digital Game 0,183*** 0,035 -0,048 0,028 - Методика EPOCH Вовлеченность / Engagement 0,213*** 0,171*** 0,218*** 0,186*** 0,066 Упорство / Perseverance 0,132*** 0,257*** 0,311*** 0,174*** -0,050 Оптимизм / Optimism 0,217*** 0,381*** 0,329*** 0,183*** -0,014 Взаимосвязь / Connectedness 0,218*** 0,434*** 0,309*** 0,226*** 0,029 Счастье / Happiness 0,210*** 0,414*** 0,370*** 0,154*** 0,030 Благополучие / Well-being 0,249*** 0,428*** 0,406*** 0,236*** 0,005 *** p < 0,0001; ** p < 0,01 Наиболее выраженная связь выявлена между шкалами «Интерес к игровой деятельности» (шкала 1) и «Игра со сверстниками» (шкала 2). Шкала «Сюжетно-ролевая игра» (шкала 4) показала значимые, хотя и слабые, корреляции со всеми остальными шкалами, кроме цифровой игры. Шкала «Цифровая игра» (шкала 5) значимо коррелировала только со шкалой интереса к игре, тогда как связи с социальными аспектами игры (со сверстниками и взрослыми) отсутствовали. Вместе с тем обнаружена нулевая корреляция между шкалами сюжетно-ролевой и цифровой игры. Критериальная и дифференциальная валидность Для проверки критериальной валидности методики рассчитаны корреляции всех шкал опросника со шкалами методики EPOCH, предназначенной для оценки психологического благополучия подростков, адаптированной на российской выборке (Волкова, Волкова, 2025). Наиболее высокие и статистически значимые корреляции с актуальным благополучием подростков продемонстрировала шкала «Игра со сверстниками» (шкала 2). Данная шкала показала умеренные положительные связи с показателями психологического благополучия, достигая максимума со шкалами «Взаимосвязь», «Счастье» и интегральному показателю общего благополучия. Шкала «Игра со взрослыми» (шкала 3) также продемонстрировала значимые корреляции с компонентами благополучия, особенно выраженные по шкалам «Счастье», «Упорство» и общему благополучию. Шкала «Интерес к игровой деятельности» (шкала 1) имела слабые, но значимые связи со всеми показателями психологического благополучия, наиболее выраженные с общим благополучием. Схожий результат был получен относительно шкалы «Сюжетно-ролевая игра» (шкала 4), которая значимо, но слабо коррелирует со всеми показателями психологического благо получия. Согласно полученным данным, шкала «Цифровая игра» (шкала 5) не имела ни одной значимой корреляции с показателями психологического благополучия. Значимых различий по полу и наличию сиблингов у подростков в отношении их игровой деятельности в дошкольном возрасте обнаружено не было. Обсуждение результатов Целью данного исследования являлась разработка и апробация ретроспективного опросника для оценки игровой деятельности в дошкольном возрасте. Полученная в результате пятифакторная структура опросника в целом согласуется с теоретическими положениями, заложенными в основу разработки входящих в нее пунктов. Наиболее надежные психометрические показатели относятся к шкалам «Интерес к игровой деятельности», «Игра со сверстниками» и «Игра со взрослыми». Высокие показатели внутренней согласованности указывают на возможность использования ретроспективных методов в отношении детской игры (Smith, Lillard, 2012). Выделение игры со взрослыми и со сверстниками в самостоятельные шкалы указывает на их качественное различие, описанное в исследованиях в русле культурно-исторической психологии развития (Выгот ский, 1966; Смирнова, 2024; Bodrova, Leong, 2015). Наименее психометрически надежными являются шкалы «Сюжетно-ролевая игра» и «Цифровая игра». Каждая включает лишь один пункт, что ограничивает содержательную валидность данных шкал. Однако согласно исследованиям, указывающим на важность традиционной игры и необходимость противопоставления цифровой игры как деятельности с иным психологическим содержанием (Mallmann et al., 2025; Putnick et al., 2023; Veraksa et al., 2024), теоретическая значимость включения этих аспектов игровой деятельности в ретроспективную оценку является необходимой. В результате проведенного исследования была обнаружена нулевая корреляция между шкалами «Сюжетно-ролевая игра» и «Цифровая игра», что указывает на их независимость и согласуется с результатами исследований, демонстрирующих качественные различия традиционной и цифровой игры (Mallmann et al., 2025; Veraksa et al., 2024). Вместе с тем результаты проверки критериальной валидности позволяют говорить о валидности этих шкал. Шкала «Сюжетно-ролевая игра» продемонстрировала слабые, но значимые связи со всеми показателями психологического благополучия, в то время как шкала «Цифровая игра» не показала ни одной значимой связи с показателями благополучия у подростков. Данный результат согласуется с теоретическими положениями и результатами современных исследований о фундаментальном значении традиционной игры в развитии человека (Элькон ин, 1978) и отсутствии связи цифровых игр с благополучием детей (Harverson et al., 2025). Вместе с тем даже слабые, но статистически значимые корреляции свидетельствуют о наличии устойчивой связи и требуют дальнейшего изучения. Полученные данные демонстрируют наиболее сильные связи с психологическим благополучием у шкал «Игра со взрослыми» и «Игра со сверстниками». Особенно сильной оказалась связь игры со сверстниками с показателями «Взаимосвязь» и «Счастье», отражающими наличие друзей и эмоциональную связанность с ними, а также субъективное ощущение подростком счастья (Волкова, Волкова, 2025), что может быть показателем валидности данной шкалы и указывать на возможную роль игры со сверстниками в дошкольном возрасте в дальнейшем благополучии подростков. Игра со взрослыми, в свою очередь, показала более сильные связи с показателями «Упорство» и «Оптимизм», что, вероятно, отражает роль значимого взрослого в формировании настойчивости и позитивного отношения в ходе совместной игры. Шкала «Интерес к игровой деятельности» значимо связана со всеми показателями психологического благополучия, подтверждая идею о том, что личностно значимая, переживаемая деятельность может оказывать развивающий эффект и отражаться на благополучии в последующих возрастах (Sukhikh, Veresov, Veraksa, 2022; Veraksa, Veresov, Sukhikh, 2022). Настоящее исследование имеет ряд ограничений. Основным из них является наличие шкал с одним пунктом, что определяет дальнейшую доработку опросника и расширение количества пунктов, отражающих различные аспекты сюжетно-ролевой и цифровой игры. Вторым ограничением является сам ретроспективный дизайн (Bell, Bell, 2018; Smith, Lillard, 2012). Также в исследовании приняли участие подростки только из нескольких регионов России, что делает выборку недостаточно репрезентативной. Перспективными в контексте данного исследования являются доработка опросника, его валидизация на других выборках с использованием дополнительных инструментов для проверки критериальной валидности, а также изучение связи ретроспективных оценок игровой деятельности с показателями последующего развития. Заключение В результате проведенного исследования был разработан и апробирован ретроспективный опросник для оценки игровой деятельности в дошкольном возрасте. Разработанный инструмент имеет подтвержденную факторную структуру, хорошую внутреннюю согласованность основных шкал и критериальную валидность, подтвержденную значимой связью с психологическим благополучием подростков. Несмотря на выявленные ограничения, связанные со шкалами, состоявшими из одного пункта, опросник может быть применен в исследовательских целях с учетом описанных ограничений. Полученные данные также указывают на связь предпочтения совместной игры и вовлеченности в игровую деятельность в дошкольном детстве с психологическим благополучием подростков, что вносит вклад в понимание прогностической роли игры. Дальнейшая разработка и улучшение ретроспективных методов оценки игровой деятельности в дошкольном детстве являются важными направлениями в психологии развития.

About the authors

Aleksander N. Veraksa

Lomonosov Moscow State University; Federal Scientific Center of Psychological and Multidisciplinary Research

Email: veraksa@yandex.ru
ORCID iD: 0000-0002-7187-6080
SPIN-code: 9953-2754
Scopus Author ID: 15770369700
ResearcherId: H-9298-2012

Dr. Sc. in Psychology, Professor, Academician of the Russian Academy of Education, Head of the Department of Educational Psychology and Pedagogy, Faculty of Psychology, Lomonosov Moscow State University ; Deputy Director, Federal Scientific Center for Psychological and Interdisciplinary Research

11/9 Mokhovaya St, Moscow, 125009, Russian Federation; 9/4 Mokhovaya St, Moscow, 125009, Russian Federation

Elizaveta A. Zmieva

Federal Scientific Center of Psychological and Multidisciplinary Research

Author for correspondence.
Email: lizazmieva.msu@mail.ru
ORCID iD: 0009-0000-8178-190X
ResearcherId: NRY-9078-2025

laboratory assistant, Laboratory of Childhood Psychology and Digital Socialization

9/4 Mokhovaya St, Moscow, 125009, Russian Federation

Dmitry V. Chumachenko

Lomonosov Moscow State University

Email: dmitry.chumachenko@gmail.com
ORCID iD: 0000-0002-1007-5458
SPIN-code: 3293-4876
Scopus Author ID: 57210795915
ResearcherId: M-1493-2015

Psychologist of Department of Methodology of Psychology, Faculty of Psychology

11/9 Mokhovaya St, Moscow, 125009, Russian Federation

Yury I. Semyonov

Scientific and Educational Center of the State institution “Academy of Sciences of the Republic of Sakha (Yakutia)”

Email: yra_semen1109@mail.ru
ORCID iD: 0000-0002-8766-3936

Dr. Sc. in Philosophy, Dr. Sc. in History, Professor

33 Lenin Ave, Yakutsk, 677007, Russian Federation

References

Supplementary files