Identity, Migration and Intercultural Relations in the post-Soviet Space

Abstract

-

Full Text

Более 30 лет прошло с распада Советского Союза и образования 15 независимых государств на постсоветском пространстве. В составе 14 из них осталось довольно большое количество русских и русскоязычных жителей, хотя их количество значительно сократилось (с 25 до 15 млн человек1). В предлагаемом вниманию читателей тематическом разделе журнала «Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Психология и педагогика» представлены статьи, отражающие результаты исследований, выполненных коллективом ученых из четырех стран и восьми университетов при финансовой поддержке Российского научного фонда (РНФ) в рамках научного проекта № 20-18-00268 https://rscf.ru/project/23-18-45015/ «Новая Русская Диаспора» 30 лет спустя: идентичность, социальный капитал, межкультурные отношения».[2] Страны реализуют разные политики и практики управления поликультурностью: от инклюзивности до неприятия и вытеснения с помощью дискриминации в области языка, культуры, экономики, гражданственности. Как переживаются русскими и представителями титульных этносов смена этнического статуса, культурная и экономическая угроза, проницаемость социальных границ, и как это все отражается на их психологическом благополучии? Исследование Виктории Николаевны Галяпиной (Центр социокультурных исследований факультета социальных наук, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Москва, Россия), Мадины Максимовны Умуркуловой (научно-исследовательская социально-психологическая лаборатория НАО «Карагандинский университет имени академика Е.А. Букетова», Караганда, Республика Казахстан) и Оксаны Роальдовны Тучиной (кафедра истории, философии и психологии, Кубанский государственный технологический университет, Краснодар, Россия) «Воспринимаемая культурная дистанция и психологическое благополучие русских в разных контекстах постсоветских стран: медиативная роль аккультурационных стратегий» посвящено поиску универсальных и культурно-специфических взаимосвязей воспринимаемой культурной дистанции, аккультурационных стратегий и психологического благополучия русских в трех постсоветских странах (Казахстане, Армении и Эстонии). Данное исследование показывает, что актуализация в дискурсе стран информации о близости культур, о наличии общей истории, традиций и др. может быть стимулом для снижения воспринимаемой культурной дистанции у представителей этнических меньшинств и способствовать их психологическому благополучию. В работе Зарины Хизировны Лепшоковой (Центр социокультурных исследований факультета социальных наук, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Москва, Россия), Елены Джукич (Академия человеческого развития, Белград, Сербия) и Анны Викторовны Черной (кафедра психологии развития, Южный федеральный университет, Ростов-на-Дону, Россия) «Ideal and real multiculturalism in post-soviet countries: Relationship with mutual acculturation and psychological well-being among ethnic majorities and minorities» / «Идеальный и реальный мультикультурализм в постсоветских странах: связь со взаимной аккультурацией и психологическим благополучием этнического большинства и меньшинства» разграничиваются понятия идеального (ожидаемого) и реального (воспринимаемого) мультикультурализма и исследуется их связь с аккультурационными предпочтениями и психологическим благополучием представителей этнического меньшинства и большинства Казахстана, Кыргызстана и Эстонии. Выяснилось, что универсальной основой удовлетворенности жизнью представителей русского этнического меньшинства и этнического большинства является реальный (воспринимаемый) мультикультурализм, а не абстрактное принятие мультикультурной идеологии. У русских реальный мультикультрализм лег в основу выбора стратегии интеграции. У представителей этнического большинства реальный мультикультурализм проявил себя основой установки на интеграцию русских (у казахов и киргизов) или их ассимиляцию (у эстонцев). Завершается статья объяснением практической ценности тестируемой модели для диагностики межкультурных отношений в поликультурных обществах. В работе Марии Aлександровны Бульцевой (Центр социокультурных исследований факультета социальных наук, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Москва, Россия), Аси Суреновны Берберян (кафедра психологии, Российско-Армянский (Славянский) университет, Ереван, Армения) и Берриос Кальехас Сони Алехандры (Центр социокультурных исследований факультета социальных наук, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Москва, Россия) «The permeability of social boundaries for Russians in the Post-Soviet Space: The role of social identities and perceived security» / «Проницаемость социальных границ для русских на постсоветском пространстве: роль социальных идентичностей и воспринимаемой небезопасности» проницаемость социальных границ представлена одним из индикаторов инклюзивности общества. Исследование имело своей целью выяснить, какую роль воспринимаемая небезопасность и социальные идентичности играют в проницаемости социальных границ для русских в Армении, Казахстане, Эстонии и Кыргызстане. Были обнаружены как культурно-специфические, так и универсальные паттерны взаимосвязи. Сделан вывод о том, что воспринимаемая небезопасность связана с более выраженными советской и этнической идентичностями, тогда как наиболее инклюзивной идентичностью, способствующей проницаемости социальных границ для россиян, является национальная идентичность принимающего общества. Тему проницаемости социальных границ продолжает статья Екатерины Валерьевны Бушиной (Центр социокультурных исследований факультета социальных наук, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Москва, Россия), Ольги Алексеевны Корниловой (Самарский филиал Московского государственного педагогического университета, Самара, Россия) и Натальи Владимировны Ковалевой (Центр социально-психологических проблем, Адыгейский государственный университет, Майкоп, Республика Адыгея, Россия) «The relationship between multicultural ideology, social identities and perceived permeability of social boundaries for Russians in the Post-Soviet space: The case of Estonia» / «Взаимосвязь между мультикультурной идеологией, социальной идентичностью и воспринимаемой проницаемостью социальных границ для россиян на постсоветском пространстве: на примере Эстонии». Авторы пришли к выводу, что как среди эстонцев, так и среди русских поддержка мультикультурной идеологии не вносит существенного вклада в проницаемость социальных границ для русских. Однако локальная идентичность положительно влияет на воспринимаемую проницаемость социальных границ для русских в обеих группах: и русских и эстонцев. В исследовании Анастасии Валентиновны Трифоновой (департамент психологии факультета социальных наук, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Москва, Россия) и Надежды Михайловны Лебедевой (Центр социокультурных исследований факультета социальных наук, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Москва, Россия) «Контекстуальные и индивидуально-личностные предикторы психологической адаптации этнического большинства в Эстонии и Кыргызстане» было показано, что индивидуально-личностные и контекстуальные факторы в процессе аккультурации действуют совокупно, демонстрируя тесные взаимосвязи. С помощью поискового моделирования структурными уравнениями в обеих странах были выделены три комплексных фактора адаптации: этнокультурная самобытность, ориентация на мультикультурализм и воспринимаемая инклюзивность контекста. И в Эстонии, и в Кыргызстане этнокультурная самобытность представителей этнического большинства положительно связана с аккультурационным ожиданием исключения русских; ориентация на мультикультурализм положительно обусловлена ожиданием их интеграции и отрицательно связана с ожиданием ассимиляции, а воспринимаемая инклюзивность контекста негативно связана с ожиданием сепарации русских. Культурно-универсальными являются также положительные взаимосвязи воспринимаемой инклюзивности контекста с показателями психологического благополучия. В исследовании Гермогена Ярославовича Родионова (Центр социокультурных исследований факультета социальных наук, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Москва, Россия) «Роль самоэффективности, воспринимаемой угрозы и воспринимаемой дискриминации как факторов адаптации русских в Эстонии и Казахстане» изучалась роль воспринимаемой дискриминации, угрозы и самоэффективности в адаптации русского этнического меньшинства в Эстонии и Казахстане. В работе рассматриваются три типа воспринимаемой угрозы: экономическая, культурная и физическая. Результаты показали, что культурная угроза отрицательно связана с удовлетворенностью жизнью, самооценкой, интеграцией, ассимиляцией и положительно - с сепарацией среди русских в Эстонии. Экономическая угроза оказалась положительно связана со стратегией сепарации и отрицательно - со стратегией интеграции среди русских в Казахстане. Самоэффективность оказалась положительно связана с удовлетворенностью жизнью и самооценкой, а также положительно - со стратегией интеграции среди русских в Казахстане. Проблемам адаптации инокультурных мигрантов на постсоветском пространстве посвящены две статьи. В исследовании Дмитрия Сергеевича Григорьева, Альбины Аликовны Галлямовой и Елизаветы Шамилевны Комягинской (Центр социокультурных исследований факультета социальных наук, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Москва, Россия) «Navigating national acceptance: Key antecedents of social markers of acceptance of immigrants in Russia» / «Навигация по гражданской инклюзии: ключевые антецеденты социальных маркеров принятия иммигрантов в России» изучаются связи между четырьмя ключевыми антецедентами (депровинциализмом, воспринимаемыми нормами многообразия, верой в автохтонность, относительной депривацией) и социальными маркерами принятия иммигрантов в России (этническим, гражданским, социоэкономическим, социокультурным). Целью данного исследования является определение степени, в которой эти переменные связаны с социальными маркерами принятия иммигрантов в российском контексте. Результаты исследования показывают, что депровинциализм и воспринимаемые нормы многообразия в непосредственном окружении человека играют важную роль в социальном принятии иммигрантов как прямо, так и косвенно. Эти результаты углубляют понимание сложного процесса социального принятия иммигрантов, подчеркивая важность как индивидуальных различий, так и социального влияния. Они также свидетельствуют, что социальное принятие иммигрантов выходит за рамки простой открытости и позитивного отношения к культурному многообразию, а предполагает такую форму инклюзии этнокультурных групп в более широкое общество, которая решает проблему групповой иерархии и неравенства приемлемым для принимающего общества образом. Благодаря детальному изучению этих взаимоотношений исследователи предлагают ценную информацию, которая может стать основой для инициатив, направленных на повышение социальной инклюзии и содействие межкультурной гармонии в России. Исследование Екатерины Валерьевны Бушиной и Азхарии Мухамадовны Каримовой (Центр социокультурных исследований факультета социальных наук, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Москва, Россия) «The role of interpersonal and intergroup attitudes in interaction strategies of Russian and Tajik students in Tajikistan» / «Роль межличностных и межгрупповых установок в выборе стратегий взаимодействия в поликультурных классах в Таджикистане» направлено на изучение роли межличностных и межгрупповых установок в выборе стратегий взаимодействия русских и таджикских школьников в поликультурных классах Таджикистана, что является довольно эксклюзивным материалом. Стратегии взаимодействия рассматриваются с точки зрения поведенческих стратегий сотрудничества, соперничества, используемых школьниками русской и таджикской групп. Для таджикских школьников, как представителей этнического большинства, межгрупповые установки явились важными факторами выбора стратегий взаимодействия. Высокий воспринимаемый школьный статус и меньшая культурная дистанция с русскими способствовали выбору стратегии конкуренции. Для русских школьников, как представителей этнического меньшинства, в свою очередь, межличностные установки оказались значимыми предикторами стратегий взаимодействия. Так, высокий индекс антипатии и межличностного доверия, высокий воспринимаемый школьный статус способствовали выбору сотрудничества с таджикскими одноклассниками. В начале 2022 года произошло значимое событие на мировой политической арене - начало Россией специальной военной операции на Украине. Это событие не могло не повлиять на отношения русского населения в постсоветских странах с представителями этнического большинства. Во многие постсоветские страны прибыло большое число российских релокантов, что также повлияло на социально-психологическую картину взаимного восприятия русских и представителей этнического большинства этих стран. Предметом качественного исследования Екатерины Дмитриевны Васильевой (Центр социокультурных исследований факультета социальных наук, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Москва, Россия), Анастасии Валентиновны Трифоновой (департамент психологии факультета социальных наук, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Москва, Россия) и Надежды Михайловны Лебедевой (Центр социокультурных исследований факультета социальных наук, Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики», Москва, Россия) «Современный кризис этнической и гражданской идентичности и стратегии совладания с ним (по материалам интервью россиян, «оставшихся» и «уехавших» в 2022 году)» стали проблемы, связанные с кризисом гражданской и этнической идентичностей у россиян в разных социокультурных контекстах, а также стратегии совладания с ним. Сбор данных осуществлялся с февраля по июнь 2023 года посредством полуструктурированных интервью. В результате анализа были выделены темы, описывающие источники угрозы иденичности, проявления кризиса этнической и гражданской идентичности, стратегии совладания с ним, а также обозначены особенности аккультурации «новых» мигрантов из России в странах постсоветского пространства. Результаты исследования способствуют более глубокому пониманию социально-психологических процессов, обусловленных современной ситуацией, и ее влияния на идентичности россиян в России и за рубежом. Исследование Юлии Сергеевны Кузнецовой (Аспирантская школа де- партамента психологии факультета социальных наук, Национальный иссле- довательский университет «Высшая школа экономики», Москва, Россия) «Образы России и Русского мира у представителей русской диаспоры в Казахстане и Кыргызстане» выявило, что большинство респондентов ощущают в той или иной степени свою принадлежность к Русскому миру; отмечается преобладание положительных чувств по отношению к Русскому миру, однако присутствует и тревога. Субъективные границы Русского мира у подавляющего большинства респондентов проходят либо по постсоветскому пространству, либо в принципе отсутствуют. Зачастую у представителей русской диаспоры не было ответов на тот или иной вопрос о Русском мире, что может говорить об отсутствии представления о нем, а значит, о необхо- димости внимания к идее Русского мира со стороны социальных и полити- ческих институтов России. В условиях исчезновения советской идентичности правомерен вопрос о возможности иной «наднациональной» идентичности, которая могла бы объединить разные страны, при этом не только русских в постсоветских странах, но и представителей этнического большинства этих стран с россиянами. Поставленные и частично решенные научные задачи не только в высшей степени актуальны и своевременны, но и обладают научной новизной и значимостью. Мы очень надеемся, что результаты нашей научной работы покажутся читателям интересными, обогатят российскую науку новыми идеями и эмпирическими находками, а кого-то и вдохновят на дальнейшие исследования в этой области. Со своей стороны выражаем огромную благодарность сотрудникам редколлегии журнала «Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Психология и педагогика» за помощь и содействие в работе над данным тематическим разделом и надеемся на продолжение сотрудничества между Центром социокультурных исследований НИУ ВШЭ и журналом.