Природные ресурсы, этнополитические конфликты и факторы риска устойчивого развития Демократической Республики Конго

Полный текст

Введение Богатство природными ресурсами в условиях слаборазвитых политических и государственных институтов Демократической Республики Конго (ДРК) стало одним из основных факторов, провоцирующих многолетние этнополитические конфликты, фрагментацию власти и подпитывающих деятельность негосударственных военизированных групп, что представляет ключевую угрозу для устойчивого развития страны. Настоящее исследование направлено на выявление политических факторов и механизмов, через которые природные ресурсы становятся фактором риска. Таким образом, в рамках настоящего исследования ресурсы рассматриваются не только как экономический ресурс, но и как политический, выступая предметом борьбы этнических и политических групп, а также объектом интереса внешних акторов. Борьба за контроль над природными ресурсами часто усугубляет существующие в обществе этнические противоречия, провоцируя острые этнополитические конфликты. В частности, если ресурсы сконцентрированы на территории проживания этнических меньшинств или этнических групп, проживающих на территории соседних стран. Местные лидеры организуют политические организации и военизированные группы по принципу этнической принадлежности, обосновывая претензии на политическую власть. С момента обретения независимости ДРК сталкивается с постоянной угрозой межэтнических конфликтов. В стране проживает около 112 миллионов человек, распределенных между 200-250 этническими группами, что делает ее одной из самых этнически разнообразных в мире [Karbo, Mutisi 2012]. Внимание взаимосвязи между этнополитическими конфликтами в ДРК и ее природными ресурсами уделяли ряд отечественных авторов. Исследования, проведенные Г.М. Сидоровой, рассматривают исторические предпосылки политических конфликтов в ДРК, их динамику, а также широкий спектр проблем, связанных с исследованием богатства природными ресурсами в качестве дестабилизирующего фактора в контексте политического развития ДРК [Сидорова 2019; Сидорова 2013]. С.А. Бокерия, М. Махапа, А. Киамба [Бокерия и др. 2024], а также Т.С. Денисова и С.В. Костелянец [Денисова, Костелянец 2023; Денисова, Костелянец 2024] исследовали влияние Руанды на хроническую нестабильность в ДРК, связывая ее военное присутствие с борьбой за ресурсы, расположенные на востоке страны. С.Л. Сазанова и Н.Н. Карманов анализировали экономическое развитие ДРК в конце XX - начале XXI в., показав взаимосвязь между экономическими и политическими факторами развития страны [Сазанова, Карманов 2023]. Однако следует отметить также, что ДРК относится к числу наиболее бедных африканских государств с высокими темпами роста населения, очень высокой долей молодежи (так называемым «молодежным бугром») и низким уровнем урбанизации и образованности. В списке африканских стран по уровню рисков крупномасштабной политической дестабилизации, составленном И.А. Медведевым и соавторами [Медведев и др. 2024], ДРК оказалась «лидером» рейтинга с наиболее высоким риском политической дестабилизации. В сложившихся условиях исследование этнополитических конфликтов, а также существующей взаимосвязи между ними и природными ресурсами страны приобретает особый интерес. Методология исследования Настоящее исследование носит междисциплинарный характер, сочетая политологический, экономический, экологический и демографический анализ и активно применяя качественные и количественные методы анализа. Для политологического анализа применялся институциональный подход, исследующий, каким образом слаборазвитые государственные и политические институты способствуют тому, что природные ресурсы становятся фактором дестабилизации. Опираясь на системный подход, устойчивое развитие рассматривается как результат взаимодействия политических, социально-демографических, экономических, экологических и климатических факторов: использование настоящего подхода позволяет выявить взаимосвязи между богатыми природными ресурсами и эскалацией этнополитических конфликтов. В настоящем исследовании кейс- и контент-анализ сочетаются с элементами политической экономики и сравнительного анализа, что позволило выявить корреляцию между природными ресурсами, экономической нестабильностью, экологическими вызовами и угрозами, а также этнополитическими конфликтами и внешним вмешательством в политические процессы ДРК. Для оценки макроэкономической роли горнодобывающего сектора используются данные Всемирного банка, USGS, ООН и национальной статистики ДРК. Это позволяет всесторонне оценить вызовы и угрозы устойчивому развитию ДРК и определить ключевые факторы риска. В отличие от упрощенных концепций «ресурсного проклятия» данное исследование рассматривает устойчивое развитие в ДРК как зависящее от развития политических и государственных институтов для централизации и укрепления контроля над территорией страны, смягчения взаимосвязанных социально-экономических и экологических угроз и противодействия политизации этничности. Результаты исследования Высокий индекс политического риска в ДРК во многом подтверждает классическую теорию «молодежных бугров» о влиянии демографических факторов, таких как высокая рождаемость, быстрый рост населения, значительная доля молодежи в обществе, а также низкая урбанизация, низкий уровень грамотности и низкий подушевой ВВП на политическую дестабилизацию [Устюжанин и др. 2021; Grinin, Korotayev 2022]. Страна входит в пятерку наиболее бедных стран мира. В 2024 г. около 78 млн человек, что составляет 73,5 % от общей численности населения ДРК, проживало менее чем на 2,15 долл. США в день1. Показатель ВВП на душу населения сохраняется на рекордно низком уровне: в 2023 г. он составил 627,5 долл.2 В сфере образования 86 % детей среди мальчиков и 79 % среди девочек получают начальное образование, однако неполное среднее получают уже только 63,5 % мальчиков и 51,4 % девочек. Индекс человеческого капитала в ДРК составляет 0,37, что ниже среднего показателя среди стран Африки южнее Сахары (АЮС), сохраняющегося на уровне 0,43. Высокая концентрация молодежи создает давление на рынок труда и социальные институты, провоцируя усиление политической конкуренции и борьбы за ресурсы, что в условиях этнической фрагментации ведет к межэтнической напряженности и эскалации этнополитических конфликтов. В условиях вооруженного конфликта на востоке страны и усугубляющегося гуманитарного кризиса в стране будет расти число вынужденных переселенцев. К настоящему времени число внутренне перемещенных лиц на территории ДРК достигло 7 млн4. Неспособность государственных институтов и национальной экономики эффективно реагировать на возникающие социально-экономические вызовы, в частности быстрый рост населения при низком уровне урбанизации, образованности и перегруженности социальной и городской инфраструктуры, приводит к замедлению экономического роста и общему снижению качества жизни. Сложившиеся условия способствуют росту недовольства в обществе на фоне увеличения безработицы и отсутствия перспектив у молодого населения, из-за чего безработная молодежь становится фактором нестабильности и в обществе значительно увеличиваются риски социальных конфликтов [Медведев и др. 2024]. Одним из ключевых рисков для развития ДРК является межэтническая напряженность, связанная с особо высоким значением этнической принадлежности в общественной жизни - с момента обретения страной независимости в 1960 г. исследователи отмечали восприятие населением политической конкуренции преимущественно в качестве борьбы за положение и ресурсы различных этнических групп [Weiss 2019; Lemarchand 1964]. Более поздние труды ученых, посвященные роли отношений между различными этносоциальными группами в последующих войнах и современной социально-политической жизни в ДРК, подтверждают предыдущие выводы [Reynthens 2009; Mamdani 2001]. Межэтнические отношения непосредственно воздействуют на политические процессы, поскольку этническая принадлежность становится своеобразным каналом, центральным элементом политической мобилизации, через который реализуются коллективные устремления, направленные на достижение этнической группой власти и богатства [Touoyem, 2014]. В развивающихся странах межэтнические отношения чаще провоцируют конфликты, поскольку в условиях формирующихся институтов этнический фактор сохраняет доминирующее значение в общественной жизни. Традиционно именно в рамках этноса осуществляются многие социальные практики и возникают институты, функции которых еще не успело или не смогло перенять на себя государство. В результате последствия сохраняющейся социальной и политической нестабильности в стране усугубляются взаимосвязанностью с межэтническими отношениями, поскольку любые социально-экономические вызовы рискуют привести к эскалации этнополитических конфликтов и крупномасштабной дестабилизации. Так, в 2022 г. из-за повышения налогов в провинции Маи-Ндомбе на плато Батеке вспыхнул вооруженный конфликт между традиционно проживающими в районе общинами теке и общинами других мигрировавших из соседних регионов этнических групп, в частности яка. Массовые выступления из-за недовольства установлением привычных для фермеров налогов среди новых поселенцев быстро переросли в межэтническое насилие, в поселениях начали формироваться отряды вооруженного ополчения, что поспособствовало дальнейшей эскалации конфликта, продолжающегося в настоящее время. Эскалация межэтнической напряженности начинается вследствие опасений этнических групп за доступ к экономическим благам, а также свою безопасность и «возможность оставаться собой», в условиях этнического фаворитизма становящуюся невозможной без достижения политической власти. Именно этнические стереотипы и предубеждения, как традиционные, так и современные, становятся основой современных конфликтов в стране [Yakti 2022]. При наличии крупных этнических групп, в частности концентрированно проживающих в отдельных районах, богатых природными ресурсами или находящихся на приграничных территориях, межэтническая напряженность оказывается сильным катализатором дестабилизации. Особенно резко возрастают риски этнических конфликтов в странах, где власти не заинтересованы в поддержании этнического и социокультурного плюрализма, ограничивая права других этносов и навязывая им собственные ценности и язык [Walter 2023]. Кроме того, с межэтническими конфликтами связаны значительные внешнеполитические риски для развития ДРК. Геноцид тутси в Руанде значительно усугубил межэтническую напряженность в регионе, вызвав волну насилия между проживающими в восточноафриканских странах этносоциальными группами хуту и тутси [Lemarchand 2009], в особенности в ДРК, Руанде и Бурунди. Отношения между проживающими в восточной части ДРК представителями этнических групп нунде, нанде, ньянга, хуту и тутси всегда оставались напряженными. Так, в 1981 г. тутси были значительно ограничены в правах и лишились гражданства, обыденными стали случаи межэтнического насилия, а две Конголезские войны и последующий конфликт в Киву начались именно вследствие руандийского геноцида 1994 г. [Денисова, Костелянец 2024]. Продолжающаяся вражда этносоциальных групп хуту и тутси остается значительной угрозой для развития стран региона, в особенности самой ДРК, центральное правительство которой не контролирует в настоящее время обширные территории, занятые противостоящей конголезскому правительству группировкой тутси «Движение 23 марта» (М23), которую неофициально поддерживают Руанда и Уганда [El Miviri 2023; Ntanyoma, Hintjens 2022]. Дальнейшая эскалация конфликта значительно увеличивает экономические и политические риски для ДРК, поскольку с переходом Гомы и ближайших районов под контроль М23 группировка сможет беспрепятственно контролировать озеро Киву - один из важнейших источников пресной воды в регионе, сталкивающемся с усугубляющимися последствиями изменения климата. В дальнейшем ДРК рискует потерять территории в районе г. Нумби, богатые такими природными ресурсами, как олово, вольфрам, колтан (колумбо-танталит), кобальт и медь, а также г. Букаву - административный центр Южного Киву и ключевой центр дислокации правительственных войск в районе озера Киву после падения Гомы. С укреплением позиций этносоциальной группы тутси через успехи М23 также увеличиваются риски регионального конфликта, в который могут быть втянуты Руанда и Бурунди [Денисова, Костелянец 2023]. Исследования демонстрируют высокую значимость укрепления государственных и политических институтов в африканских странах для достижения стабильности, поскольку в странах с неустойчивыми институтами существенно увеличиваются риски дестабилизации, а наличие богатых запасов природных ресурсов становится фактором риска, а не стабильности [Olaniyi, Oladeji 2021]. Усугубляющееся ослабление политической централизации, отсутствие последовательной государственной политики в сфере горной добычи и фактически отсутствие контроля центрального правительства над значительными территориями, богатыми природными ресурсами, что произошло де факто после гражданской войны 1997-1999 гг., существенно дестабилизирует экономику и общество ДРК [Asiamah et al. 2022; Mlambo 2022]. Экономика ДРК страдает от «ресурсного проклятия»: национальная экономика не диверсифицирована, и ее рост обусловлен развитием горнодобывающего сектора. В 2018 г. горная добыча обеспечила 76 % от роста ВВП за год [Rapanyane 2021; Mufungizi 2024]. Ресурсное проклятие само по себе не является значительным риском для развития страны и в значительной степени обеспечивает ВВП страны, однако в случае с ДРК ситуация существенно усугубляется существующими социально-демографическими, экономическими и политическими вызовами. Горнодобывающий сектор ДРК занимает ключевое положение в экономике, однако его развитие сопровождается серьезными экологическими рисками: обезлесением, загрязнением воздуха, воды и почвы, накоплением отходов и техногенными землетрясениями [Mufungizi 2024; Ruppen et al. 2023]. Эти процессы наносят ущерб биоразнообразию, угрожают здоровью населения (в частности через рост заболеваний дыхательных путей) и ведут к снижению сельскохозяйственной продуктивности и экономического развития, лишая местные сообщества доступа к традиционным источникам средств к сосуществованию и источников энергии [Mwitwa et al. 2012; Ofosu et al. 2020]. В стране сохраняется катастрофическая нагрузка на систему здравоохранения: население сталкивается с недоеданием, антисанитарией и ограниченным доступом к медицинской помощи, что способствует высокой смертности от диарейных заболеваний и хроническому недоеданию у детей [Baharanyi et al. 2024; Mbaka, Vieira 2022]. Эффективное использование международной помощи осложняется политической нестабильностью и боевыми действиями, из-за чего наиболее уязвимые провинции получают недостаточную поддержку [Lordemus 2022]. Кроме того, страны региона, включая ДРК, сталкиваются с усугубляющимися последствиями изменения климата. Экстремальные погодные явления и ранее не были редкостью в Центральной Африке, однако увеличение частоты таких событий, как засухи и наводнения, значительно увеличивает риски для развития стран региона. В ДРК, сталкивающейся с эскалацией вооруженных конфликтов и нарастающей нестабильностью, находится более половины оставшихся лесов Африки. Экваториальный тропический лес в бассейне Конго является вторым по величине в мире, и от его сохранения на фоне изменения количества осадков и увеличения частоты экстремальных погодных явлений зависит будущее всего региона [Karam et al. 2022]. Предыдущие климатические исследования обнаружили непосредственную связь между изменением климата и увеличением случаев наводнений, в том числе в бассейне Конго [Mao et al. 2019], а также доказали, что c 1994 г. гидрологический режим р. Конго значительно изменился под влиянием экстремальных климатических явлений [Ndehedehe et al. 2019]. Исследователи также пришли к выводу, что в будущем предполагается увеличение числа наводнений и засух в регионе, в частности площади, сталкивающиеся с последствиями усиления засух, значительно расширятся [Karam et al. 2022; Onyutha 2020]. Усиление экстремальных погодных явлений ведет к миграции населения, конкуренции за истощающиеся ресурсы и усиливает существующие этнические противоречия, создавая благодатную почву для политической мобилизации по этническому признаку и роста влияния местных этнических политических организаций и военизированных групп. Межэтнические конфликты оказывают значительное влияние на экономические риски для развития ДРК, поскольку приводят к вооруженным столкновениям и ведению боевых действий на территориях, на которых содержится значительная часть запасов так называемых «критических минералов» - полезных ископаемых и редкоземельных элементов, жизненно важных для современной электронной промышленности и осуществления энергетического перехода [Свиридов 2024]. Концентрация ресурсов подобного рода значительно увеличивает значимость ДРК в современной экономике, что усиливает заинтересованность внешних акторов. Кроме того, прибыль от экспорта олова, вольфрама, колтана, золота и «кровавых алмазов» принято относить к «конфликтным минералам» - ресурсам, которые негосударственные военизированные группы используют для обеспечения своего финансирования [Vogel, Raeymaekers 2016]. Особое внимание стоит уделить природным ресурсам, доступным для кустарной добычи, которые сохраняют ключевое значение в контексте продолжения конфликта на востоке страны. Ресурсный аспект является особенно важным в контексте изучения рисков на пути ДРК к достижению стабильности, поскольку многие ресурсы, которыми богаты восточные территории ДРК, добываются кустарным образом, не требующим химического воздействия или применения сложных технологических подходов [Taka 2017; Wakenge 2018]. Доступный процесс добычи не только мотивирует негосударственные военизированные группы бороться за месторождения, но и способствует образованию новых группировок, так как любая военизированная группа подобного рода, контролирующая месторождение, сможет беспрепятственно эксплуатировать его для финансирования собственной деятельности и закупки оружия [Медведев и др. 2024]. Основными природными ресурсами ДРК являются кобальт, медь, ниобий, тантал, нефть, промышленные и драгоценные алмазы, золото, серебро, цинк, марганец, олово, уран, уголь, гидроэнергетические ресурсы, древесина. ДРК является ведущим в мире производителем кобальта, на долю которого приходится около 70-80 % мировых поставок, или 130-150 тыс. тонн/год [Hitzman et al., 2012]. Страна занимает важное место в мировой алмазодобывающей промышленности с 5-м местом по объемам добычи. ДРК входит в число крупнейших золотодобывающих стран Африки. По данным USGS, страна занимает 16-е место в мире по объемам добычи золота5 [Allibone et al. 2020]. Запасы и ресурсы нефти распределены в ДРК крайне неравномерно и расположены в бассейнах Конго и Альбертин [Еремин и др. 2024] при суммарной ресурсной базе до 2,5 млрд баррелей (восточная часть страны характеризуется значительными неразведанными запасами углеводородов). В юго-восточных провинциях ДРК расположены месторождения каменного и бурого угля, с сильно варьирующей (от 15 до 60 тыс. тонн) суммарной величиной годовой добычи. ДРК обладает значительными запасами урана, хотя точные данные о структуре запасов разнятся. Основные месторождения сосредоточены в южных провинциях, особенно в регионе Катанга6. Эскалация межэтнических конфликтов не только усложняет эффективное использование природных ресурсов, но и способствует потере контроля правительства над территорией, что широко используется вооруженными группировками, в особенности М23, для нелегальной добычи и торговли конголезскими природными ресурсами. В предыдущих исследованиях утверждалось, что с конца 1990-х гг. большая часть золота, алмазов, а также олова, вольфрама и колтана, экспортированных соседними странами, были контрабандой вывезены из ДРК, что подтверждается сохраняющейся ситуацией, когда соседние страны экспортируют значительно больше ресурсов, чем производят на собственной территории [Martin, Taylor 2014]. Таким образом, наличие богатых запасов природных ресурсов в приграничных провинциях, а также в районах, сталкивающихся с межэтническими конфликтами, значительно увеличивает риски дестабилизации в ДРК [Бокерия и др. 2024]. Так, занятые год назад М23 месторождения в Рубайя содержат около 15 % мировых запасов колтана, а общая выручка M23 от контрабанды полезных ископаемых составляет не менее 300 тыс. долл. США в месяц [Mahdi et al. 2024]. Добыча данных ресурсов и сохранение роли ДРК в цепочке поставок являются крайне значимыми для экономического развития. Несмотря на чудовищные потери конголезской экономики ввиду незаконной добычи ресурсов на неконтролируемых территориях, горнодобывающая промышленность в ДРК составляет около 30 % от объема национальной экономики. Восстановление контроля над богатыми природными ресурсами территориями является критически важным для страны [Mufungizi 2024]. Оловянно-танталовый пояс Маноно-Китенге на юго-востоке и медный пояс Катанга на юге страны составляют основу экономики ДРК, из-за чего угроза распространения боевых действий вглубь страны угрожает коллапсом всей национальной экономики, как это уже происходило в конце 1990-х гг. [Abdulwahab, Firmansyah 2024]. Заключение Результаты исследования подтверждают, что этнополитические конфликты сохраняют статус ключевой угрозы для ДРК. В результате последствия сохраняющейся социальной и политической нестабильности в стране усугубляются взаимосвязанностью с межэтническими отношениями, поскольку любые социально-экономические вызовы рискуют привести к эскалации этнополитических конфликтов и крупномасштабной политической дестабилизации. При этом природные ресурсы ДРК становятся фактором дестабилизации через совокупность взаимосвязанных механизмов. Установлено, что их пространственная концентрация, в частности на пограничных территориях, и доступность для кустарной добычи создают условия для эскалации этнополитических конфликтов, усиливают этническую и региональную фрагментацию и подрывают позиции центральной власти, выступая экономическим стимулом для создания новых негосударственных военизированных групп. Утверждается, что институциональная слабость и низкая степень централизации значительно увеличивают риски от наличия природных ресурсов, создавая условия для потери контроля над территориями и финансирования негосударственных военизированных групп. Социально-демографическое давление в форме «молодежного бугра» и ограниченных возможностей занятости приводит к тому, что этническая идентичность сохраняет свою ключевую значимость и выступает основным каналом политической мобилизации, а также непосредственно увеличивает риски вооруженных конфликтов. Политизация этничности провоцирует усиление политической конкуренции между этническими группами, закрепляя контроль над отдельными территориями и природными ресурсами за отдельными этническими группами и провоцируя этнополитические конфликты. Значительную роль играет и внешний фактор: ресурсы приграничных территорий становятся объектом интереса соседних государств и транснациональных корпораций, стимулируя вмешательство внешних акторов и нелегальную торговлю. Экологические и климатические изменения выступают дополнительным фактором, увеличавающим описанные риски: деградация экосистем, наводнения и засухи усиливают конкуренцию за землю и воду, провоцируя миграционные потоки и стимулируя новые политические конфликты в стране. Таким образом, существующие риски для устойчивого развития страны имеют комплексный часто взаимозависимый характер, что значительно усугубляет масштабы стоящих перед страной вызовов и угроз, значительно сокращая политические и экономические возможности центральной власти.

Об авторах

Андрей Витальевич Коротаев

Высшая школа экономики; Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова

Автор, ответственный за переписку.
Email: akorotayev@gmail.com
ORCID iD: 0000-0003-3014-2037

доктор исторических наук, директор Центра изучения стабильности и рисков НИУ ВШЭ; профессор кафедры глобалистики факультета глобальных процессов, Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова

Москва, Российская Федерация

Иван Юрьевич Черноморченко

Высшая школа экономики

Email: chekoioan@gmail.com
ORCID iD: 0009-0006-1860-1279

стажер-исследователь Центра изучения стабильности и рисков

Москва, Российская Федерация

Александр Сергеевич Якубчук

Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова

Email: slaurum@aol.com
ORCID iD: 0009-0009-7108-847X

доктор геолого-минералогических наук, доцент кафедры геологии, геохимии и экономики полезных ископаемых геологического факультета

Москва, Российская Федерация

Степан Сергеевич Сергеев

Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова

Email: sergeevss@spa.msu.ru
ORCID iD: 0000-0002-7872-0193

ассистент кафедры экономики инновационного развития Факультета государственного управления

Москва, Российская Федерация

Андрей Владимирович Глущенко

Акционерное общество «Рособоронэкспорт»

Email: gllev@yandex.ru
ORCID iD: 0009-0005-9032-538X

начальник 5-го управления Департамента маркетинговой деятельности АО «Рособоронэспорт», аспирант Института стран Азии и Африки, Московский государственный университет имени М.В. Ломоносова

Москва, Российская Федерация

Список литературы

Дополнительные файлы