Иностранные заимствования в экстерьере российских монет 1700-1701 гг. выпуска

Полный текст

Введение

Актуальность. В историографии денежной реформы Петра I за весьма длительное время^[1] сформировалась вполне определенная картина, которая, однако, не обладает некоторыми важными для ее более полного понимания деталями. Принято считать, что сама реформа была проведена Петром вследствие настоятельной потребности российской экономики и финансов в деньгах современного типа, и что царь Петр видоизменил русскую денежную систему по западноевропейским образцам и с учетом опыта аналогичной реформы царя Алексея Михайловича^[2]. В ряде работ дополнительно рассматривались вопросы, связанные с подготовкой петровской реформы и ходом ее осуществления^[3], делались попытки углубиться в тему, исследуя факторы влияния на характер реформы и даже на решение царя Петра Алексеевича о ее начале^[4]. Вместе с тем в рамках темы реформы остается еще много нерешенных проблем, в частности, связанных с характером и объемом так называемых заимствований Петром зарубежных образцов. Это и спецификация закупленного заграницей новейшего оборудования или его чертежей, и поиск зарубежных специалистов в организации российского монетного производства. И, наконец, то, насколько внешний вид европейских монет повлиял на экстерьер первых петровских «круглых» денег. В конечном счете вопросы по поводу заимствований Петра I в сфере денежного обращения выводят исследователя на немаловажную для науки проблему идеологии соответствующих петровских преобразований, их глубину  и жизнеспособность.

Цель статьи заключается в определении источников и объема заимствований декоративных элементов на петровских монетах европейского образца, выпущенных в обращение в 1700 и 1701 гг.

Степень изученности проблемы. В специальной литературе данный вопрос получил некоторое освещение. В методическом плане с ним связана проблема иностранного влияния на российскую денежную систему в XVII в.^[5] Из заимствований в дизайне собственно монет Петра I специалисты интересовались преимущественно деталями царского портрета и государственного герба^[6]. Усилиями отечественных исследователей удалось, в частности, установить, что в портрете царя на первых червонцах, штемпели для которых резал выходец из Брауншвейга Ж.Г. Бройер, имеются явные заимствования из иконографии брауншвейгских серебряных монет конца XVII в.^[7] Кроме того, детали изображения гербового орла и стиль легенд ранней петровской меди выдают авторство некоторых резчиков, например, Василия Андреева, учившегося у европейских мастеров^[8]. Таким образом, в современной историографии можно признать закрепившимся ранее отвергаемый тезис о несомненном влиянии европейского монетного дела на экстерьер новых российских денег.

Прежде считалось, что в Россию из Европы в качестве образца для подражания пришел вес денежных единиц, составлявших основу новой русской монетной системы (рубль и червонец), их форма и количество драгоценного металла в них. Оформление же внешнего вида петровских монет, по мнению А.И. Юхта, «было другим»^[9], так как царь «не являлся фанатическим поклонником западных порядков и обычаев»^[10]. Более внимательное отношение к нумизматическому материалу  XVII – первой четверти XVIII в. позволило отказаться от этого устаревшего стереотипа и открыло новое направление в отечественной нумизматике царского периода, которое в перспективе должно завершиться глубокой реконструкцией петровских заимствований в монетном дизайне.

Источники и методы. Метод простого сравнения изображений на петровских монетах 1700–1701 гг. и на европейских монетах второй половины XVII в. позволяет существенно расширить круг уже выявленных в настоящее время заимствований и их прототипов. При этом целесообразным представляется рассмотреть на предмет возможного заимствования всех декоративных элементов всех номиналов самых ранних эмиссий (без полуполушки и двойного червонца): полушки, денги, десяти денег, гривенника, полуполтинника, полтинника и червонца. Вопрос о роли резчиков штемпелей в выборе элементов оформления монетного экстерьера не может быть признан сколько-нибудь важным и опускается в силу того, что окончательное решение в делах подобного рода всегда оставалось за царем, вникавшим  в мельчайшие детали.

Медные монеты

Очевидно, что полного заимствования в дизайне первых петровских монет не было, чему есть определенные причины. Одна из них кроется в ограниченности технических возможностей тогдашнего российского денежного дела. Их было явно недостаточно для того, чтобы воспроизвести обычно сложные изобразительные композиции европейских монет с их многообразной геральдикой и детализованными портретами. При этом экстерьер денег нового образца выглядит отнюдь не примитивным, но функциональным и продуманным.

Рассмотрим для начала серию медных номиналов, выпущенных ранее прочих.

На небольших по размеру денге и полушке резчикам штемпелей удалось разместить не только все обязательные атрибуты денежного знака, но и сохранить длинный титул монетного сеньора – царя, присутствовавший на серебряных копейках с середины XVI столетия (как правило, фрагментарно). Очевидно, что над дизайном первых медных монет немало потрудились с тем, чтобы вызвать доверие  к ним у массового участника товарно-денежных отношений и сформировать навык быстрой идентификации непривычных пока денег по номиналу. Последнему способствовали размер и форма, а также обозначение стоимости монеты. Все это и было заимствовано в первую очередь, далее решался вопрос о конкретных деталях изображения.

Подбор деталей экстерьера будущей денежной меди (от полуполушки до копейки включительно) начался и в основном происходил, по-видимому, в ходе Великого посольства 1697–1698 гг. В Европе Петр Алексеевич познакомился со специальной монетной терминологией, передовой техникой чеканки («тиснения») и с образцами оформления различных средств обращения, в том числе – с мелкими денежными номиналами. После знаменитой «революции цен» европейские медные монеты стали довольно редкими и изготавливались в основном в странах либо очень небогатых (типа малых немецких княжеств и имперских городков), либо обладавших собственными месторождениями меди (как Швеция). В том наборе монетной меди, которую царь Петр мог видеть в Европе в конце XVII в., в общем, не было ярких и многочисленных образцов, способных удовлетворить запросы его реформ-проекта: европейские медные номиналы были перегружены геральдическими деталями и при этом несли на себе недостаточно информации о своей стоимости и о владельце монетной регалии. Впрочем, в солидной массе мелких германских монет можно отыскать экземпляры, сходные по дизайну с первой петровской медью^[11]. Возможно даже, что Петру I довелось держать их в руках. Однако едва ли именно они оказали решающее воздействие на соответствующие элементы изображения полуполушки, полушки и денги первой пореформенной эмиссии.

В денежной системе германских государств существенно большее значение  в качестве разменной монеты имели некрупные серебряные номиналы стоимостью до 1/12 талера, среди которых весьма распространенным являлся тип с круговой легендой (часто отделенной линейным ободком) на обеих сторонах, с изображением имперского орла с короной на реверсе, а также с буквенным трехстрочным обозначением номинала и даты на аверсе^[12]. Этот монетный тип, надо полагать, выступил прообразом экстерьера медных петровских монеток 1700 г. выпуска. Трудно  с точностью назвать страну, монеты соответствующего типа которой оказали решающе воздействие на Петра Алексеевича, размышлявшего о внешнем виде своих будущих денег. Действие имперских монетных уставов позволяло присутствовать  в обращении одного немецкого государства аналогичным монетам одновременно нескольких эмитентов. Возможно, многочисленность сходных по дизайну разменных монет и привлекла внимание царя к этому монетному типу. Вероятнее все же, что Петр воспользовался образцами монет тех государств, в которых ему довелось задержаться дольше обычного, и с правителями которых царь имел более тесные  и заинтересованные контакты^[13]. Тем самым можно с известной долей осторожности утверждать, что общий внешний вид первых петровских медных монет был заимствован у мелких серебряных монет Германии второй половины XVII в.

Серебряные монеты

Первый выпуск российских серебряных монет состоялся в 1701 г. Его составили четыре номинала, которые в смысле экстерьера подразделяются на две группы. Первую из них представляют монеты достоинством десять денег и гривенник, вторую – полуполтинник и полтина. Различия во внешнем виде между группами существенны, в связи с чем следует рассматривать заимствования в них по отдельности.

Монеты первой группы отличает отсутствие круговой легенды и линейного ободка на обеих сторонах; вместо них применен круговой орнамент, чаще – в виде лиственного венка. Прочие основные элементы дизайна те же, что на медных монетах: двустрочное буквенное обозначение номинальной стоимости, дата под ним, двуглавый орел под большой короной и с символами верховной власти в лапах. Значительное внешнее сходство мелких серебряных денег с медными, позволяющее допустить, что заимствования для тех и других могли производиться из одно- го источника, не перевешивает, тем не менее, значимости факта замены принципиально важной детали экстерьера (круговой надписи, воспроизводившей имя и ти- тул царя) на второстепенную (стилизованный венок). За этим угадывается некая причина, установить которую не представляется возможным, но ее важность для Петра I не вызывает сомнения, в связи с чем понятно и обращение царя к соответствующим европейским образцам за неимением чего-то подобного в национальном российском денежном деле.

Растительный орнамент в форме гирлянды или венка, пущенного по краю монетного поля, обнаруживается на нескольких монетах ряда государств того времени. Подобным образом оформлялась лицевая сторона мелких (как правило, медных) номиналов провинциальных выпусков в Нидерландах^[14]. В немецких государственных образованиях, в отличие от Соединенных провинций, на упомянутых монетах которых венок обрамлял название территории-эмитента, путешественник встречал деньги, снабженные буквенным обозначением номинала и даты в окружении венка, – почти также, как это выполнено на первых русских монетах^[15]. Вообще, как выясняется, венок не был распространенным элементом украшения обычных (не коммеморативных или вотивных) монет в Европе, и перечень возможных образцов для заимствования данной детали оформления почти целиком ограничивается приведенными здесь.

На монетах второй группы венок (теперь только лавровый) переместился  с края монетного поля на голову монарха. На его прежнем месте оказалась круговая легенда с титулом и именем царя на реверсе и с обозначением номинала на лицевой стороне. Важнейшим элементом в легенде аверса полтины, а позднее и рубля стало словосочетание «манета добрая», долженствовавшее демонстрировать соответствие крупных русских номиналов европейским стандартам веса и пробы серебра (monetae novae argenteae). Ту же цель, вероятно, преследовало и заимствование этими российскими номиналами в качестве элемента художественного оформления погрудного портрета монарха. На европейских монетах того времени можно увидеть множество портретов. В оформлении полуполтинников и полтин 1701 г. оказался использованным вариант с поворотом бюста вправо и в венке с лентой. Кроме того, портрет царя украсило одеяние с широкими складками и примечательным украшением на плече, изображенным в виде продолговатых, вертикально расположенных и прижатых друг к другу пластинок (так называемые плечевые «крылышки»). Все эти детали имеют значение для более точного определения источников заимствования. Они тоже встречаются на европейских монетах нечасто. Полное же совпадение перечисленных характерных деталей (включая слово «монета» и дату в определенном месте круговой легенды аверса, а также изображение коронованного орла) художественного оформления полуполтинников и полтин первого выпуска удалось обнаружить только с серебряными номиналами средней стоимости, отчеканенными в 1650–1651 гг. в Польше^[16]. Монеты этой серии довольно редки, и в денежной массе конца XVII в. их можно было заметить только в ходе целенаправленного поиска некоего образца, удовлетворявшего вкусу Петра Алексеевича. Впрочем, указанные детали изображения по отдельности присутствуют на менее редких монетах разных стран, так что на русские монеты они могли попасть не из одного польского, а из нескольких источников заимствования^[17]. Таким образом, русские серебряные монеты первой эмиссии демонстрируют серьезное внимание тогдашней российской власти к дизайну новых денег, продуманность и, вероятно, некую смысловую нагрузку его деталей.

 Золотые монеты

Золотые монеты 1701 г. – червонец и двойной червонец выполнены в том же общем стиле первых пореформенных монет. И так же, как серебряный  и медный выпуски, золотой обладал в экстерьере некоторыми собственными отличительными деталями, позволяющими предполагать не только стилистически общие, но и определенные видовые заимствования в европейском материале. К таким характерным деталям первых червонцев Петра I относятся: на лицевой стороне – бюст царя в лавровом венке, развернутый в профиль вправо и разнимающий собою круговую надпись вверху и внизу монетного поля, одеяние двух типов в разновидностях: более простое и более пышное, торжественно-официальное; на гербовой стороне – также разделяющие круговую легенду большая корона над государственным гербом (двуглавым орлом) и дата под обрезом.

Поиск возможных источников заимствования, как и в случаях с медными  и серебряными монетами, охватывает, в первую очередь, те государства, с деньгами которых царь Петр имел возможность или желание познакомиться непосредственно. При этом в случае с золотыми монетами на Петра I не мог не оказывать влияние фактор давнего знакомства русских с так называемыми «угорскими» (венгерскими) дукатами, распространенными в Центральной и Восточной Европе  в XIV–XVI вв. На Руси их считали эталонными золотыми и в петровское время^[18]. Соответственно этому и страна, в которой они производились, считалась образцовой во всем, что относилось к финансам и внешней торговле. Так, вероятно и было до тех пор, пока Петр Алексеевич не открыл для себя торговую державу Нидерланды, также чеканившую дукаты, которые имели широкое хождение в Европе. Имея несколько образцов для подражания, царь рассчитал вес своего червонца (3,47 г) как средний показатель веса «голландского» (нидерландского) и «цесарского»  (австро-венгерского, бывшего «угорского») дукатов^[19].

Указанные образцы, однако, не оказали влияния на установление пробы петровского червонца. Во всех германских землях, в Польше и Соединенных Провинциях проба золота в дукате была одинаковой (986^о) и превышала пробу русской монеты (969^о) настолько, что последняя оказывалась ближе к стандарту, принятому в то время в Шведском королевстве^[20]. Более того, шведский и русский золотые торговые монеты 1701 г. выпуска близки друг другу и по внешнему виду^[21]. Но стал ли шведский золотой основным образцом при создании русского червонца?

Возможность этого исключительно теоретическая. Несмотря на соседство Швеции и России, а также проявлявшийся с 1700 г. интерес Петра I к северному соседу, Швеция была противником Российского государства, и у нее было гораздо меньше поводов предложить свои монеты русскому царю в качестве образца для подражания, чем у других европейских стран. Во многих из них, как и у Швеции, художественное оформление дукатов в общем виде напоминает русский вариант 1701 г.: бюст в венке вправо, большая корона над гербом, круговая легенда аверса  и реверса при почти аналогичных размере и весе. Так выглядят золотые монеты «дружественных» России Австрийской империи, герцогства Саксонского, объединенного с Польшей, и даже Великобритании^[22]. В то же время дукаты Нидерландов и большинства германских княжеств (то есть стран, бывших в разных смыслах примером для Петра I) имели с первыми русскими монетами ничтожное или весьма незначительное внешнее сходство.

Лишь Бранденбург в правление Фридриха-Вильгельма III выпустил в составе целой серии монет, объединяемых изображением эрцгерцога, полудукаты, совпадающие с русскими червонцами 1701 г. большинством конкретных деталей дизайна^[23]. Из перечисленных выше характерных деталей оформления первой разновидности червонца на нем отсутствуют круговая легенда реверса, что объясняется малыми размерами этой монеты, а также линия обреза над датой. Бранденбургский полудукат был отчеканен небольшим тиражом, но Петр Алексеевич, уже знакомый с этим герцогством, вполне мог более пристально всматриваться в данные образцы, отмечая привлекательные черты их внешнего вида, и делать русским резчикам штемпелей соответствующие указания. В таком случае решающим (хотя, вероятно, не единственным) фактором при выборе источника подражания вновь оказалось присутствие на «образцовой» монете таких деталей изображения, которые Петру I было угодно видеть и на своих монетах.

 Выводы

Петр I, проводя обширную государственную реформу денежного обращения, не мог не озаботиться внешним видом вновь выпускаемой монеты и потому в деталях представлял себе, как должны выглядеть все денежные номиналы. Можно согласиться с существующим мнением о том, что царь Петр I не стремился к полному подражанию наиболее авторитетным европейским образцам, несмотря на пиетет, который он испытывал к достижениям западной цивилизации. Копирования не случилось потому, что Петр I являлся государем суверенной страны, и его монарший лик, имя, титул и государственная символика были неповторимы. Менять же то, что не было защищено правом суверенитета (традиционные названия денежных единиц, ставших монетными номиналами, а также русский язык в надписях легенд и даты) было бы нецелесообразно для успеха реформы внутри России. Тем самым Петр Алексеевич разместил на своих монетах изображение в значительной степени российское по содержанию, но заимствованное по форме, в результате чего все  новые «круглые» деньги обрели европейский внешний вид. Петр I заимствовал из Европы форму монет, само слово «монета», перечень ключевых деталей изображения и их место в монетном поле, то есть фактически все, что должно быть изображено на деньгах.

Но поскольку монеты европейских государств в силу национальных особенностей различались деталями в обязательных изображениях, то у царя была возможность выбора таких же деталей для своих монет. Это были, как правило, различные украшения (в виде листиков, ободков, крестиков и т.п.), расположение  и размер основных элементов монетного изображения.

Сложно в точности ответить на вопрос о мотивах царского выбора. Они во многом субъективны и нигде в документах петровской эпохи не освещаются. Случайный характер заимствования исключается, даже если искомая деталь изображения была не подсмотрена самим Петром I, а предложена кем-либо из его окружения. Ограничителем при этом выборе следует признать исключительно доступность монетного материала.

С данным обстоятельством связан вопрос об объеме денежной массы, на который обратил внимание царь Петр I при обдумывании им дизайна первых монет. Полученные путем сравнения данные показывают, что царь-реформатор не ограничивался осмотром только тех монет, которые попадали ему в руки случайно во время пребывания за рубежом. Искомая деталь заимствования, не выявленная на ходячих монетах стран, через которые он проезжал, могла быть обнаружена на коллекционных экземплярах из частных минц-кабинетов, а также на монетах, проходивших через таможенные и меняльные структуры и доставлявшихся царю по специальному запросу.

Таким образом, факт значительных заимствований в дизайне российских монет, выпущенных в 1700–1701 гг., несомненен. Он, кроме всего прочего, является наилучшим визуальным подтверждением самой идеи глубокого реформирования системы денежного обращения в России, без которого ее успешная модернизация была невозможна. То обстоятельство, что Петр I не просто скопировал обязательные детали оформления внешнего вида денег, а дополнил и разнообразил их, подтверждает его заинтересованность в позитивных результатах данной денежной реформы.

 

_{¹ Устрялов Н. История царствования Петра Великого. СПб., 1858. Т. 3. С. 350.}

_{² Там же. С. 350; Schuyler E. Peter the Great Emperor of Russia. A study of historical biography. Vol. I. New York, 1884. P. 345–346; Спасский И.Г. Русская монетная система. Историко-нумизматический очерк. Л., 1970. С. 143–149.}

_{³ Щукина Е.С. Резчики монетных штемпелей второй половины XVII века Федор Байков  и Юрий Фробус // Труды Государственного исторического музея. Нумизматический сборник. 1955. Вып. XXV. Ч. 1. С. 128–131; Щукина Е.С. Медальерное искусство в России XVIII века. Л., 1962. С. 7, 14; Спасский. Русская монетная система… С. 142.}

_{⁴ Устрялов Н. История царствования Петра Великого… С. 99; Богословский М.М. Петр I. Материалы для биографии. М., 1941. Т. 2. С. 373; Schuyler E. Peter the Great Emperor of Russia… P. 308.}

_{⁵ Рзаев В.П. Загадки российской нумизматики. М., 2011. Т. 1. С. 56; Ширяков И.В. Немного  о зарубежных влияниях на развитие российской денежной системы в XVII в. // Нумизматические чтения ГИМ 2022 года. М., 2022. С. 231–236.}

_{⁶ Уздеников В.В. Монеты России XVIII–XX века. Очерки по нумизматике. Факты, предположения, реконструкции. М., 2004. С. 215; Мельникова А.С. О портретах на русских монетах XVII – начала XVIII в. // Нумизматика. № 4. 2009. С. 36–38.}

_{⁷ Ширяков И.В. Автор первых петровских червонцев – Жан Георг Бройер // XVIII Всероссийская нумизматическая конференция. Тезисы докладов и сообщений. М.; Коломна, 2015. С. 190–193.}

_{⁸ Просвиров Г.В. Работы Василия Андреева для монетных дворов петровского времени //  XXI Всероссийская нумизматическая конференция. Тезисы докладов и сообщений. Тверь, 2021.  С. 209–210.}

_{⁹ Юхт А.И. Русские деньги от Петра Великого до Александра I. М., 1994. С. 24.}

_{¹⁰ Семенов В.Е. Монетное дело Российской империи. СПб., 2010. С. 22. EDN: QPRYNT}

_{¹¹ Например, монеты в несколько геллеров и пфеннигов города Бохольт недалеко от Мюнстера, через который как будто проходил маршрут Великого посольства. На гербовой стороне их изображался символ города в обрамлении круговой легенды за сплошным ободком, на лицевой – номинал латинскими цифрами и такие же по форме ободок и круговая легенда (Standard Catalog of World Coins 1601–1700. 7th edition / Ed. by M. Thomas, T.L. Schmidt. Iola (Wi.): Krause Publications, 2018 (далее – Catalog). P. 314). Похожее оформление имели также пфенниги вестфальского города Дульмен (Ibid.  P. 479).}

_{¹² Например: бранденбургские монеты в три и шесть пфеннигов, чеканенные с 1653 по 1697 гг. (Catalog. P. 316–317); монеты в 1/12 талера курфюршества Саксонского (Ibid. P. 795); ганноверские мариенгрошены и фракции райхсорта 1660-х – 1670-х гг. (Ibid. P. 541); шестипфенниговые монеты Мюнстера, выпускавшиеся в 1652–1696 гг. (Ibid. P. 677), и тому подобные монеты, включая фракции бранденбургского талера.}

_{¹³ Так, в Бранденбурге Петр I пробыл несколько дней, осматривая укрепления и иные достопримечательности Кенигсберга и заключив с курфюрстом Фридрихом ряд договоренностей; проезд через Саксонию также занял несколько дней, а с курфюрстом саксонским (ставшим вскоре и польским королем) у Петра I завязалась дружба, подкрепленная их общими интересами. Тогда же проявился интерес российского царя и его соратников к модному в Европе коллекционированию монет  и медалей, что также могло дать образцы для экстерьерного заимствования. См.: Саверкина И.В. История частного коллекционирования в России. СПб., 2004. С. 17.}

_{¹⁴ Например, дуиты провинции Гельдерланд (Catalog. P. 1395, № 47) и провинции Голландия     Республики Соединенных Провинций (Catalog. P. 1408, № 13), где Петр I жил продолжительное время, дуит города Девентер (Catalog. P. 1419, № 47b).}

_{¹⁵ Например, на разменных монетах герцогства Саксен-Гота-Альтенбург в Тюригнии, через которую царь проехал по пути в Вену: на геллере (Catalog. P. 874, № 147) и доппельгрошене  (ibid. № 32); на крейцерах Густава, графа Сайн-Витгенштейн (Catalog. P. 888. № 108, 112), связанного с Бранденбургом; на пфеннигах архиепископства Трира (Catalog. P. 989. № 126) – города, покровителем которого считался св. Петр, тезка Петра I.}

_{¹⁶ Например, на тымфах (=18 грошей) (Catalog. P. 1462, № 88). Их вес (ок. 7 г) соотносится  с весом российского полуполтинника 1701 г. (7 г).}

_{¹⁷ К примеру, на серии саксонских серебряных номиналов 1660-х – 1670-х гг. (Catalog. P. 805–806, № 525.1, 526) присутствуют бюст герцога вправо (без венка), складки одежды и приметное плечевое украшение одежды, а также словосочетание «moneta argentea» в круговой легенде аверса.}

_{¹⁸ С этими «угорскими» сравнивались все прочие золотые монеты, поступавшие в российскую торговлю. См.: Сборник указов по монетному и медальному делу в России, помещенных в полном собрании законов с 1649 по 1881 г. Вып. I. СПб., 1887. С. 31, № 1795 («Статьи о сборе таможенных пошлин»).}

_{¹⁹ Полное собрание законов Российской империи. Выпуск Первый. СПб., 1830. Т. IV. № 2473. С. 786–787. Это сенатский указ от 25 января 1712 г., в котором говорится, что «червонные де золотые в прошлых годах на монетном дворе пробою и весом деланы против голландских и цесарских золотых», и указывается весовой ремедиум этих дукатов – 3,44–3,47 г у австрийского и 3,47–3,5 г – у нидерландского. Промежуточная величина (3,47) и была взята за ориентир при определении веса русского червонца.}

_{²⁰ Для шведского дуката она составляла в 1677–1697 гг. 972о, а с 1697 г. – 976о (Catalog.  P. 1559, № 293, 318).}

_{²¹ На шведских дукатах 1660-х – 1690-х гг. присутствуют детали оформления, отмеченные нами как характерные у русского червонца: большая корона над гербом, разделяющая круговую надпись, дата под гербом, отсутствие обозначения номинальной стоимости, портрет короля (без венка), повернутый вправо и занимающий поле монеты сверху донизу.}

_{²² Catalog. P. 61. № 1325 (австрийский дукат 1683–1697 гг.). P. 831, № 709 (саксонский дукат 1698–1699 гг.). P. 1062, № 488, 498 (гинеи 1695–1697 гг.).}

_{²³ Catalog. P. 339, № 629. Предложенная И.В. Ширяковым версия о «брауншвейгских» прототипах первых российских червонцев представляется перспективной, однако она касается только портрета и не объясняет отсутствия на золотом червонце других элементов дизайна брауншвейгских серебряных монет. Возможно, Ж.Г. Бройер принял участие в разработке композиционного построения монетного пространства червонцев 1701 г., но явно не главное, и итоговое дизайнерское решение оказалось комплексным.}

Об авторах

Вадим Валентинович Серов

Алтайский государственный университет; Барнаульская духовная семинария

Автор, ответственный за переписку.
Email: wseroff@yandex.ru
ORCID iD: 0000-0003-0348-5499
SPIN-код: 9919-0216

доктор исторических наук, профессор кафедры регионоведения России, национальных и государственно-конфессиональных отношений, Алтайский государственный университет; профессор кафедры общегуманитарных дисциплин, Барнаульская духовная семинария

656099, Барнаул, проспект Ленина, 61; 656008, Россия, Барнаул, пер. Ядринцева, 66

Список литературы

Дополнительные файлы