Creationism - a Pseudoscience or Pseudoreligion

Full Text

Введение

Наука и религия являются важнейшими для человеческой цивилизации формами освоения мира. Дистанция между ними возникает и углубляется начиная с эпохи Просвещения. Различие науки и религии было наиболее просто и ясно сформулировано еще Гегелем — они различаются как по предмету, так и по методу. Поэтому сам факт вопрошания о научной религии или религиозной науке вызывает сомнение.

Однако с конца XIX в., по мере активного вторжения науки в области, традиционно остававшимися за религиозным мировоззрением — понимание взаимосвязанности живых организмов, а также природы человека — возникает ответная реакция религиозного мировоззрения в форме креационизма. Возобновление интереса к креационизму в начале XXI в. вызвано, по-видимому, двумя причинами. Во-первых, это возрождение общественного  интереса к внерациональным формам культуры, в том числе, религии, а в России — на фоне запроса на традиционные ценности. С другой — утверждение парадигмы глобального эволюционизма в науке. В конце XIX в., когда возникали первые формы «научного» креационизма, по сути, только две науки начали всерьез исследовать историческую изменчивость своего предмета — биология и геология; и их теории могли казаться лишь умозрительными  построениями, не имеющими отношения к практике. Сегодня, благодаря утверждению в научном сознании теории Большого Взрыва, все фундаментальные науки перешли к изучению не только законов своих предметных  областей, но и становления этих законов и форм движения материи. Отвергая эволюционизм сегодня, мы в принципе отвергаем всю современную науку.

Нашей целью исследования является продемонстрировать, что креационизм в равной степени далек как от научного, так и подлинно религиозного отношения к миру. Распространение таких учений является искусственной вставкой в христианскую веру, опирающуюся на идеи эллинистической философии, и характерной, прежде всего, для Западного пути рационализации  религии.

Понятийный аппарат

Креационизм (от лат. creatio — творение, сотворение мира) — учение о происхождении мира и человека, которое опирается на Библию, прежде всего Книгу Бытия, или другие священные тексты. Понятие «творение»  является одним из центральных элементов авраамических религий: иудаизма, христианства, ислама. Основное положение креационизма можно выразить тезисом: Бог-Творец сотворил мир из ничего и населил сотворенный им мир живыми существами, в том числе и человеком. Религиозное мировоззрение представляет собой последовательное развитие тезиса о сотворении мира  Богом-Творцом. Мир, человек, человеческий разум созданы Творцом.  Согласно книге Бытия, каждая тварь создана Творцом «по роду своему», и не «изменена в другую». Мир, и человек как часть мира, есть творение. Бог по отношению к сотворенному им миру является вечным настоящим. Таким  образом, религиозное мировоззрение достаточно последовательно воспроизводит представление, в котором сосуществуют два онтологических уровня: уровень Творца — идеальный и совершенный, и уровень творения — неидеальный и несовершенный. Между Творцом и творением всегда сохраняется связь, и всегда сохраняется дистанция.

Как мы покажем ниже, креационизм проявляет себя как псевдонаука или как псевдорелигия. Псевдонаука — учения, которые претендуют на статус научного, но не удовлетворяют критериям научности. Важнейшими из таких критериев представляется верифицируемость (возможность опытного подтверждения) и фальсифицируемость (возможность опытного опровержения)^[1].

Псевдорелигия — по аналогии с псевдонаукой — учение или доктрина, выдающая себя за религию, но не соответствующая ее понятию, либо имитирующая конкретную религию. Понятие религии может быть определено как система верований, обрядов, культовых действий, институтов, основанных на вере в сверхъестественное. Креационизм — это попытка прояснить некие  религиозные тезисы, основываясь на данных естественных наук. Поэтому учение, основывающееся на фактах, производимых наукой, фактах естественного мира, и использующее их для интерпретации неких сверхъестественных фактов или учений — псевдорелигия.

 Виды креационизма

Для детального анализа мы выделим несколько определяющих видов креационизма, с которыми можно столкнуться сегодня:

• Библейский креационизм
• Научный креационизм
• Теологический эволюционизм
• Телеологический креационизм
• Альтеризм
• Миссионерский креационизм

Библейский креационизм

Библейский креационизм сформировался в патристический период развития средневековой философии. Размышления на тему шести дней творения породили целое литературное направление — «шестоднев». Наиболее авторитетными являются шестоднев Василия Великого и Григория  Нисского [1]. Наиболее ярким и последовательным представителем  Библейского креационизма во второй половине XX в. был Серафим Роуз (1934—1982) [2], среди современных последователей этого направления можно, пожалуй, выделить прот. Константина Буфеева [3], прот. Даниила Сысоева [4], прот. Тимофея Алферова [5]. Библейский креационизм, и его современные варианты — неокреационизм, выстраивает учение о происхождении и мира и человека, полностью опираясь на Библию и Принцип «согласия отцов» (Consensus patrum) [6. С. 21—23]. Для библейского креационизма характерным является установка на то, что Библия, или точнее первая глава книги Бытия — «шестоднев», не является учебным пособием по природоведению; шестоднев — это богословие и, одновременно, космология и антропология.

Согласно библейскому креационизму, мир был создан за шесть суток и все ныне живущие народы являются потомками Ноя. Святоотеческое учение ясно говорит, что Бог создает мир стадиями с возрастанием совершенства. Каждая стадия соответствует библейскому дню творения [7. С. 473].  Св. Ефрем Сирин и Иоанн Златоуст в своих комментариях на Книгу Бытия рассматривают Божие творение как работу шести обычных дней (продолжительностью 24 часа), каждый из которых Бог создает «немедленно» и «мгновенно». Также считает Григорий Богослов и Василий Великий, когда говорят, о едином дне. Св. Отцы понимали текст Священного писания, «как написано», и они не позволяют толковать его «свободно» или аллегорически.

Одним из значимых аспектов креационизма является учение о творении человека. Поэтичный текст Библии, несмотря на свою лаконичность, породил огромное количество толкований. Святоотеческая антропология учит, что природа человеческая едина, — та, которую сотворил Бог. У человека нет «животной» природы и никогда не было. Важно отметить, что концепция библейского человека как образа Божия радикально отличается от концепции человека как микрокосмоса, характерного для античной философии (Анаксимен, Пифагор, Гераклит, Эмпедокл, Сократ, Платон и др.) [8]. Образ Божий относится ко всей природе человек, единой и цельной, и не является  чем-то добавленным извне. Человек не вполне утратил образ Бога, а лишь  повредил его.

Итак, библейский креационизм — форма религиозного сознания, которое само по себе является необходимой и гармоничной частью религиозной картины мира. Однако будучи сопоставлен и противопоставлен научной картине мира, он неизбежно вступает с ней в противоречие, и также неизбежно становится псевдонаукой. Любое утверждение о фактах науки (будь это утверждение или отрицание), не основанное на научном методе, — есть псевдонаука.

Научный креационизм

Научный креационизм опирается на положение, суть которого в том, что все ответы на вопросы относительно происхождения мира и человека выходят за рамки познавательных способностей человека. Ответы необходимо искать в богооткровенных текстах, а не в научных наблюдениях,  экспериментах и обобщениях. Научный креационизм ищет научные свидетельства в пользу библейского повествования, и одновременно, собирает факты, показывающие то, что научный эволюционизм, биологическая  теория естественного отбора Ч. Дарвина — это либо ложные учения, либо учения, обоснованные не убедительно. В самом радикальном варианте научного креационизма предпринимаются попытки свести эволюционизм к разновидности мифологического мышления^[2].

Научно-креационистское учение возникло сравнительно недавно. Его развивают, как правило, ученые, которые пытаются совместить свои религиозные убеждения с научными знаниями. Характерной чертой научного креационизма является стремление его членов к созданию специальных социальных институтов. В 1932 г. в Великобритании было основано «Движение протеста против эволюции», к 1970 г. количество его членов достигло 850 человек. Так в 1963 г. в США было основано Креационистское  научно-исследовательское общество, в 1970 г. — Креационистский научно-исследовательский институт, в 1972 г. в Великобритании — Научное  объединение имени Ньютона.

Основные аргументы научных креационистов^[3]:

• Факт «рождения» вселенной во времени. Инфляционная теория расширения вселенной, принятая в настоящее время всем научным сообществом, утверждает, что мир начал свое существование из абсолютной пустоты (ложного квантового вакуума). Фундаментальная физика утверждает, что основные категории окружающего нас мира (пространство, время, и материя) появились одновременно и практически мгновенно, взаимообусловлены  и не могут существовать независимо. Как возник изначальный вакуум физика не объясняет.
• Согласованность фундаментальных физических законов. Антропный принцип — законы мира таковы, чтобы дать возможность возникновения биологическим существам. До «рождения» вселенной как бы существовал план ее строения, в котором заранее было предусмотрено появление жизни^[4].
• Применение методов теории вероятности позволило подсчитать, что уже самопроизвольное появление бактерии является невероятным событием.
• Несовершенность «радиоуглеродного метода» и других систем датировки, доказывающих длительность естественной эволюции.
• Противоречивость эволюционной гипотезы. Происхождение, например, генетической информации, которая помогает выжить биологическим организмам в современном быстроменяющемся мире остается загадкой.
• Археологических подтверждений относительно существования «недостающего звена» между человеком и обезьяной нет. Все ископаемые люди отличаются от современного человека не более, чем современные люди различаются между собой, т.е. это вариации в пределах одного вида.

Научный креационизм является наиболее явной и рельефной формой псевдонауки. Его представители выбирают из множества научный теорий только те, которые соответствуют их мировоззрению и вольно их интерпретируют [12]. Конечно, такой подход не пройдет проверку критерием фальсифицируемости. Если в тех теориях, на которые опираются научные креационисты, появятся элементы (факты, законы, гипотезы), не устраивающие  креационистов, они легко избавятся от этих теорий и будут искать новые.

Теологический эволюционизм

Основная полемика по вопросу о происхождении мира и человека ведется между эволюционистами и креационистами. И если эволюционисты чаще всего уклоняются от дискуссии, так как свидетельства креационистов не соответствуют научным критериям, например, проверяемости, то креационисты непременно указывают на слабые, недостаточно проработанные  места эволюционистов. И эволюционистам, и креационистам следует сознавать, что и творение, и эволюция не могут быть предметом непосредственного наблюдения; исходные посылки как эволюционизма, так и креационизма относятся к области так называемых «философских оснований» [13.  С. 244—247]. При всей разности исходных посылок и мировоззренческих выводов современный эволюционизм и креационизм имеют ряд общих положений [10], на основании которых уже с XIX в. предпринимаются попытки разработать гибридное учение в духе конкордизма (от лат. сoncordia — согласие), определяющим подходом которого является «творение через эволюцию». Теологическая теория эволюции признаёт Бога Творцом исходного  состояния космоса и также считает, что Он допустил (или даже сотворил)  эволюцию как метод, которым реализовался весь нынешний мир из предположенного исходного состояния [14. С. 37—56]. Основной смысл теологического эволюционизма можно свести к следующим положениям:

• Бог представляет собой активную силу^[5], действующую как естественным, так и сверхъестественным образом. Бог — единственный творец мира, при этом Он мог действовать посредством мутаций или естественного отбора — так как ему было на то угодно.
• В Библии сказано, что люди созданы особым образом — «по образу Божьему». Образ Божий по-разному понимается религиозными мыслителями, так как прямого указания, что есть Образ Божий в Библии нет. Однако религиозное сознание включает в себя конкретную установку, что именно духовное начало — душа («по образу Божьему») отличает человека от других живых существ и связывает с Богом.
• Люди, созданные «по образу Божьему», могут утратить это особое состояние. Это положение снимает одно из противоречий между христианством и эволюционной теорией: предположение о том, что люди могут видоизменяться.

Огромное значение в теологическом эволюционизме имеет вопрос так называемого «грехопадения»^[6] и связанный с ним вопрос смерти. Для религиозного мировоззрения чрезвычайно важно понимание того, какое отношение имеет Бог к происхождению смерти. Грехопадение — это  событие историческое, внеисторическое или символическое? В зависимости от интерпретации грехопадения формируются различные теологические модели эволюционизма: прогрессивный креационизм, эволюционный креационизм, эволюционный теизм, теистический эволюционизм, рассмотренные подробно Дж. Шлоссом [15].

Стремление адаптировать религиозные убеждения под современный уровень научного знания вынуждает клерикалов вводить излишне натуралистические толкования библейских символов. В теологическом эволюционизме, по выражению современного исследователя Александра Храмова, «Адам превращается в питекантропа» [14. С. 71]. При этом вероучение отрывается от догматических основ. Исследователи отмечают, что эта линия берет начало уже в богословии Августина Блаженного (354—430) [16], и в явном виде наблюдается у представителей католицизма и протестантизма [14. С. 70].

Наиболее показательным среди всех вариантов теологического эволюционизма является теярдизм, — учение, возникшее под влиянием идей Пьера Тейяр де Шардена (1881—1955). Для Тейяра де Шардена «эволюция — это в первую очередь психическая трансформация» [17. С. 173]. Он полагал, что христианство и эволюция не являются непримиримыми способами восприятия мира, это две перспективы, дополняющие друг друга. Эволюционной  процесс как синтез Христа и вселенной приходит к тому, что Тело Христово обретает форму «Сверх-Христос». Высший синтез, вершина эволюционно-духовного процесса, является точкой Омега.

В целом, философско-мистическое учение Тейяра де Шардена, опираясь на целый ряд позитивистских утверждений и гипотез, сформулированных на высоком профессиональном уровне, без сомнения, искажает христианство как религию личного спасения, превращает его в псевдорелигию мировой эволюции человечества по законам природных процессов в направлении мистической точки Омега. Ее псевдохарактер обусловлен опорой на некие данные науки, которые получают мистическую трактовку. Таким образом, теологический эволюционизм проявляется и псевдонаука, и псевдорелигия.

Телеологический креационизм

В конце XX в. среди представителей научного сообщества выделилась группа ученых, которые под влиянием своих религиозных убеждений спровоцировали волну публикаций, подрывающих доверие к теории биологической эволюции. Научные открытия и эмпирические данные естественных наук указывают на чрезвычайную сложность природы вообще и биологических организмов в частности. По мнению этих исследователей такая  сложность не могла сформироваться естественным отбором. Живая Вселенная существует и развивается в соответствии с единым планом творения — Разумным Замыслом, раскрытие которого и является конечной целью научного знания. Теория Разумного Замысла (Intelligent Design или ID) [18—20], получила широкую поддержку у христиан-евангелистов и у высшего  руководства США, она представляет собой нечто среднее между научным креационизмом и теологическим эволюционизмом.

На фоне многочисленных креационистских учений сторонников телеологического креационизма отличает, во-первых, относительное равнодушие к библейскому буквализму. Во-вторых, энергичные попытки ввести в научную терминологию ряд принципов: «Разумный замысел» (Intelligent Design или ID), принцип несводимой сложности (irreducible complexity), принцип сложной конкретизированной информации (complex specified information), и ряд других. В-третьих, отрицание естественного отбора как основного фактора эволюционного развития, и утверждение факта существования изначального Разумного замысла как активной цели развития мира и человека, и, наконец, социальная активность, направленная на формирование общественного  сознания, учитывающего представление о Разумном замысле.

Между тем, Разумный замысел оказался неспособен создать программу научных исследований, что неизбежно увеличивает разрыв между ним и устоявшимися научными нормами. Сторонники Разумного замысла ограничились громкими заявлениями идеологического характера и юридическими процессами, оспаривающими безальтернативное доминирование эволюции в школьных учебных программах. С философской точки зрения концепция разумного замысла ничего не добавляет к Феноменологии Духа Г. Гегеля. С научной точки зрения критика естественного отбора сторонниками Разумного  Замысла является вторичной после фундаментальных работ таких выдающихся биологов как Н.Я. Данилевский (1822—1885) [21] и В.И. Назаров (1933—2009) [22].

Телеологический креационизм превращает библейского Бога-Творца из трансцендентного сверхъестественного начала в некий каузальный принцип, осуществляющий физическую связь природных явлений. В силу натурализации основных религиозных понятий креационистская концепция Разумный замысел представляет собой угрозу больше для религии, чем для науки, —  к такому выводу приходит священник Русской православной церкви Сергий Кривовичев [23. С. 364—367].

Альтеризм

«Природа первозданного мира была иной», — это ключевой тезис философско-богословского направления, которое сформировалось в XX в.,  и получило название Альтеризм (от лат. Alter — иной, переменившийся) или «Учение о двух этапах» [23. С. 359—360]. Положение о том, что «созданный Богом мир был другим» важно прежде всего потому, что снимает ответственность с Бога за события, которые мы сейчас наблюдаем в мире. Тот мир,  в котором живем мы, это уже сильно деформированный от своего изначального состояния мир. Сотворенный Богом мир по природе своей отличен от того, в котором мы живем сейчас. Св. Отцы настаивают на важности понимания того, что происходило в эти Шесть Дней, какова была природа этого первосотворенного мира. Согласно св. Отцам, нам возможно знать кое-что о том первозданном мире, но это знание недоступно естественным наукам. Недоступно уже в силу их естественности, опоры на натуральное ведение,  знание. Описание райского состояния мира можно найти у таких мистиков как Григорий Синаит^[7] или в беседах Серафима Саровского с Мотовиловым^[8].

Законы природы первозданного мира были иными. Инаковость первозданного мира и человека можно выразить тремя тезисами:

• Природа животных и человека была нетленна, потому что не было смерти.
• Не было борьбы за существования. Животные не пожирали друг друга. Все питались зеленью (Быт. 1, 29—30).
• Человеку дана была полная власть над животными. Человек не ведал страха. Человек понимал язык зверей. (Быт. 2, 19).

Собственно «эволюция» как процесс становления и развития, предполагающий формирование качеств, которые некогда были утеряны, как духовное возрастание и совершенствование человека разворачивается после грехопадения, на «втором этапе».

Альтеризм получил развитие не только среди православных богословов XX в. [24—26], к нему можно отнести влиятельного протестантского  богослова Карла Барта [27], и представителей русской религиозной философии Евгения Трубецкого [28], Николая Бердяева [29]. Для сторонников  альтеризма характерно негативное, либо скептическое отношение к прогрессу, и эсхатологическое мировосприятие.

Альтеризм снимает напряжение между фактами, изучаемыми современной наукой, и описанием Библией шести дней творения мира. Однако если мы прочитаем Писание чуть дальше, чем первая книга Бытия, то снова столкнемся с многими явлениями, которые не соответствуют научной картине мира (потоп и последующее расселение животных и людей, хронология развития цивилизаций и др.), и явно произошли в уже «искаженном грехом» мире. Здесь аргумент альтеризма не работает; такая версия креационизма представляется принципиально неполной.

Миссионерский креационизм

Совершенно очевидно, что ни креационизм, ни теологический эволюционизм не мог удовлетворить запрос на сближение науки и религии. Креационизм в силу своей радикальной консервативности, теологический эволюционизм в силу своей псевдорелигиозности. Возможна ли гибридная форма мировоззрения, в которой в равной мере будут соединяться научные знания и религиозные убеждения? Может ли ученый сохранить свои религиозные убеждения? Как христианину принимать современные научные знания?  «Может ли православный быть эволюционистом?» [30]. Эти и другие, похожие на них вопросы, дали толчок к развитию оригинальной формы креационизма. В силу того, что представители данного направления ставят перед собой задачи миссионерского характера, несут библейскую весть людям со сформированным научным мировоззрением, мы предлагаем называть его миссионерский креационизм [30—35]. Для этого типа креационизма характерна открытая позиция по отношению к науке вообще, которую можно  выразить в нескольких тезисах:

1. Плюрализм является характерной чертой христианского богословия: «Православная традиция настолько богата и жива, что в ней допустимо несогласие даже святых между собою» [30. С. 24];
2. «В православии нет ни текстуального, ни доктринального основания для отторжения эволюционизма» [30. С. 14];
3. «Спокойное отношение к эволюционизму — это традиция православного академического богословия» [30. С. 16]; 
4. Библейский текст содержит в свернутом виде несколько идей, которые активно эксплуатируются современными эволюционистами;
5. Ограниченное использование эволюционного толкования Библии необходимо в миссионерских целях: «Если концепция эволюции помогает нам решать многочисленные миссионерские проблемы, то это является достаточным поводом для ее использования» [30. С. 5].

Напряжение между наукой и религией в вопросе о происхождении мира и человека снимается через четкое понимание того, что «научная картина мира и Библия — «это разные ответы на разные вопросы» [30. С. 7].  Центральным вопросом религии является вопрос отношения человека и Бога. «Как долго и каким путем земля порождала жизнь — Библия не говорит. Она настаивает на одном: вся жизнь — из рук Единого Творца, и по Его повелению... Но именно ими и занимается наука, тем самым как раз, не входя в противоречие с Библией, но поясняя ее» [30. С. 8].

Известный миссионер XX века Антоний митрополит Сурожский  (1914—2003) [31] несколько иначе снимает напряжение между креационизмом и эволюционизмом. Опираясь на богословскую традицию библейской символики «Дерево жизни», «Дерево познания добра и зла», берущей начало от Иринея Лионского (130—202), митрополит Антоний указывает на существование двух путей исполнения человеком своего предназначения —  к тому, чтобы человек вырос в полную меру. Один путь «Дерево жизни»,  состоит в том, чтобы непосредственно приобщиться к Богу, и обрести то, что апостол Павел называет ум Христов (1 Кор. 2:16). Другой путь, символом  которого является «Древо познания добра и зла» — это путь познания Бога через Его творение. Этот путь представляется проблематичным, потому что познаваемый человеком мир поврежден, равно как и повреждена природа  человека; он требует труда, борений и страданий. Познание материального мира — это мир знаний, мир науки — может привести нас к Богу, говорит Антоний Сурожский [31. С. 93—96].

Таким образом, «Ученый может быть верующим…, но он находится в отчаянном поиске, и все это позволяет надеяться на то, что мир открывается не только подвижникам и святым и что все дороги могут привести ко встрече с Богом» [31. С. 96—97], — делает окончательный вывод митрополит Антоний.

Миссионерский креационизм опирается на убеждение, что сам текст Библии задает вектор познания, следуя которому формируются научные  методологии и концепции. Андрей Кураев⁹ выделяет целый комплекс таких методов, идей и принципов: метод сепарации (разделения) и идею сегрегационизма, принцип избыточности, самоорганизации и развития, принцип  диалогичности Творца и творения, принцип постепенности творения, идею свободы человека и творчества [30. С. 4].

Ключевыми понятиями миссионерского креационизма являются «кеносис»^[10] и «агапэ»^[11]. Иначе выражаясь, религия удовлетворяет потребность в возрастании человека к высшим идеалам и представляет собой ценностный сегмент культуры. Наука удовлетворяет когнитивные потребности человека, и представляет собой когнитивный сегмент культуры.

Целью миссионерского креационизма является интерпретация Библии с точки зрения понятий и концепций современной науки. Это должно приблизить человека со сформированной научной картиной мира к вере. Здесь происходит герменевтика Библии из предпосылок научной картины мира. Таким образом, миссионерский креационизм — форма псевдорелигии, так как он  исходит из посылок не сверхъестественного, а естественного.

Мы можем заключить, что все рассмотренные формы креационизма очевидно проявляют свой «псевдо», т.е. характер некоторой подделки, имитации. За креационистскими построениями кроется желание человека добавить что-то от себя (человеческое) к существующему священному откровению Бога. Поэтому креационизм не соединяет человека с Богом, а разъединяет. Но столько широкое и укоренившееся в культуре распространение подобных учений заставляет поставить следующий вопрос: в чем же глубинная причина их возникновения?

Корни креационизма

Представление о том, что Библия формулирует некие истины относительного устройства природного мира, тем более попытки развить это учение, возможны только в свете неоплатонистической трактовки Писания.

Идея о том, что Бог творит мир по неким принципам, воплощаясь  (эманируя) через эти принципы, а человек может и должен их познавать, чтобы подойти к познанию Бога и его воли; и что Бог присутствует в мире через эти принципы, — безусловно восходит к неоплатонизму.

Бог открывает себя человеку двояко: с одной стороны — в Откровении, с другой — в Творении природы и человека. Если человек, следуя идеям неоплатонизма, не желает ждать Откровения Бога о самом себе, и желает сам обрести знание Бога, то за не имением перед собой объекта своего познания, он познает Творение Бога. Так получается классическая наука (П.П. Гайденко). Если же человек, следуя идеям неоплатонизма, находит через знание о мире (Творении) откровение бога, то получается креационизм, то есть и не наука и не религия.

Влияние неоплатонизма на становление христианской мысли, прежде всего, в отношении философии природы, подробно проанализировано в работе А. Камю «Христианская метафизика и неоплатонизм» [37]. Камю ставит целью провести различие между мыслью раннего христианства и более поздней греческой философии (главным образом неоплатонизма) как двумя  способами мыслить свою конечность, свою встроенность в природу и свои отношения с Богом. Рациональное знание греков и религиозная вера христиан были двумя конкурирующими способами познания мира. Неоплатонизм стремился примирить прежде всего противоположность между этими идеями  философской логики и веры, стал «постоянной попыткой примирить противоречивые идеи с помощью принципа соучастия» [37. P. 139].

Камю выделяет четыре этапа эволюции мысли раннего христианства: Евангелие, гностицизм, неоплатонизм и августиновская мысль. Гностические учения рассматривают природу как абсолютное зло, от которого должен убежать человек. Августин же, преобразуя неоплатонизм в христианство, адаптирует плотиновскую мысль как учение об эманации Слова в мире. Таким образом, природа оказалась (наряду с заповедями Моисея и Христа) одним из способов явления Бога и его Слова. Для самого же Камю знаковым оказалось осмысление разрыва этих способов воплощения, понимание значимости, но и абсурдности, чувственного телесного опыта, которые окажутся знаковыми для его последующего творчества. Высказывается даже мнение, что Камю «пытается создать дехристианизированную версию теорий Воплощения  и Искупления» [38. P. 60].

Снятие проблемы креационизма

Как показано в постпозитивизме, наука не может претендовать на истину как таковую. Наука может лишь предлагать модели, которые объясняют определенные существующие факты и могут предсказать новые. Признано, что многие объекты современной науки, несмотря на их практическое освоение, являются моделями, теоретическими объектами (классический пример — электрон). Принятие фундаментальных концептуальных моделей происходит, в основном, внерациональным путем в научном сообществе.

С другой стороны, целью религии не является производство истин о природе. Религия имеет практический характер, формирует прежде всего ценностное сознание, направленность жизни человека. Картина природного мира имеет в ней вторичное значение. Столкновение между ними происходит на почве мировоззрения, т.е. борьбы за целостное влияние на сознание человека и на его деятельность.

Наши знания есть часть культуры. Знания выражены в словах, в которых заключены культурные коды. Абсолютного знания, существующего вне  культуры, для человека не существует.

Говоря религиозным языком, изучая природу, мы изучаем законы творения. Как именно в творении выражена воля Творца, мы не знаем, так как не имеем прямого доступа к знанию о Творце. Противоречие может возникнуть, только в случае практического отношения, требования конкретных практических действий, противоречащих религии или науке. Это может относится  к проведению бесчеловечных экспериментов, технологий, воздействующих на человечность и пр.

Разрешение проблемы креационизма в трансценденталистском ключе

Мир как такой и его генезис не доступен нашему знанию непосредственно: будь то научная теория или богословский трактат. Мир как мир  феноменов, как картина мира активно и самостоятельно продуцируется субъектом с помощью форм его активности, регулируемых его познавательными целями.

Наука порождает теории, которые нацелены на их практическое подтверждение в сегодняшнем мире, иное не является научной теорией (принцип фальсификационизма). Богословие должно рассматривать любой вопрос  с точки зрения влияния на спасение души. Две эти картины могут различаться, могут совпадать; но ни то, ни другое не может свидетельствовать подтверждению какой-бы то ни было картины мира.

Каждая из этих картин мира как попытка говорить о мире самом по себе внутренне противоречива, т.к. они впадают в антиномию чистого разума, в разные ее проявления. Научная картина — из-за утверждения космологической идеи о совершении всех событий по законам природы (антитезис  3-го противоречия трансцендентальных идей) [39. С. 254]. Богословская — из-за утверждения существования необходимой сущности как причины мира, т.е. отрицания принципиальной случайности всех событий (тезис 4-го противоречия трансцендентальных идей) [39. С. 258].

Антиномичны эти идеи в их конститутивном значении, как попытка навязать миру самому по себе то или иное объяснение. Так они противоречивы внутренне и, конечно, противоречат друг другу. Регулятивное же использование научного принципа причинности, а также богословского принципа «человекоразмерности», нацеленности на спасение души, вполне применимо и не приводит к противоречию, будучи даже применённым к одну и тому же ряду событий.

Заключение

Несмотря на определяющие значение научных достижений для современного общества, религия продолжает быть востребованной формой современной культуры. Большая часть населения современной России идентифицирует себя с той или иной конфессией^[12], религиозные основы государственного единства закреплены в Конституции РФ^[13] и определяют государственную политику по сохранению и укреплению традиционных ценностей^[14].  Как сообщает Стивен Пинкер, большая часть американского общества (более 76 %) верят в библейский акт творения, и только 15% доверяет научной версии происхождения человека, связанной с теорией естественного отбора Ч. Дарвина [40. С. 16]. Учитывая огромное значение религиозного фактора в современной культуре^[15], даже скептически настроенные по отношению  к религии ученые склонны полагать, что «религия — это больше, чем просто поклонение сверхъестественному» [41. С. 274].

Поэтому вопросы о соотношении науки и религии как форм культуры не теряют свою актуальность. Однако попытки прямого их сопоставления и сращивания, предпринимаемые в учениях креационизма, могут привести лишь к неверным интерпретациям, затуманиванию проблемы, и, в конечном счете, подчинения одной из выше названных форм культуры другой. Единственным полем, где возможно плодотворное взаимодействие элементов научного и религиозного познания, является философия как интегратор форм духовной культуры.

 

^{1 Наука и квазинаука / под ред. В.М. Найдыша. М. : Альфа-М, 2008. С. 113–119.}

^{2 Наука и квазинаука / под ред. В.М. Найдыша. М. : Альфа-М, 2008. С. 45–47; 65–79.}

^{3 Полный перечень аргументов можно найти в книге Александра Соколова «Мифы об эволюции человека» [9], а также в статье В.С. Ольховского «Как соотносятся постулаты веры эволюционизма и креационизма между собой и современными научными данными» [10].}

^{4 Более подробно Антропный принцип и его влияние на богословие см.: А.Н. Павленко. Антропный принцип: истоки и следствия в европейской научной рациональности [11].}

^{5 Активность Бога в делах творения подчеркивается представителями теистического варианта теологического эволюционизма. Деистический эволюционизм указывает на активность Бога только в момент творения мира, и Его пассивность во времени после творения.}

^{6 Понятие, общее для всех авраамических религий, связано с событиями, описанными в 3-й главе книги Бытия. Согласно описанию, вследствие этих событий природа человека (образ Божий) и природа мира сильно изменились.}

^{7 Цит. по: Добротолюбие: в русском переводе: [в 5 т.]. Изд. 4-е. М. : Изд-во Сретенского монастыря, 2010. Т. 5. Гл. 12 (10).}

^{8 Беседа преподобного Серафима с Н. А. Мотовиловым о цели христианской жизни. Режим доступа: https://azbyka.ru/otechnik/Serafim_Sarovskij/beseda-prepodobnogo-serafima-s-n-a-motovilovym/#0_1 (дата обращения: 21.09.2023).}

^{9 На основании решения Минюста РФ от 22.12.2023 г. признан иностранным агентом.}

^{10 Ке́нозис (греч. κένωσις — опустошение, истощение) — христианский богословский термин, означающий Божественное самоуничижение Христа через вочеловечение вплоть до вольного принятия Им крестного страдания и смерти. Термин взят из Фил.2:7.}

^{11 Христианская концепция любви, более подробно об агапэ, и различии агапэ и гуманизма см. С.А. Лохов Христианская этика любви (взгляд сквозь призму философской антропологии) [40].}

^{12 Религия в России. Режим доступа: https://ru.wikipedia.org/wiki/Религия_в_России(дата обращения: 18.09.2023).}

^{13 Конституция Российской Федерации (принята всенародным голосованием 12.12.1993 с изменениями, одобренными в ходе общероссийского голосования 01.07.2020) ст. 67.1, п. 2}

^{14 Основы государственной политики по сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей (утверждены Указом Президента Российской Федерации от 9 ноября 2022 г. N 809), ч. I, п. 6.}

^{15 «Традиционные научные методы редукции и анализа могут объяснить религию, но не могут уменьшить ее значимость» [42. С. 249].}

About the authors

Sergei A. Lokhov

RUDN University

Author for correspondence.
Email: lokhov-sa@rudn.ru
ORCID iD: 0000-0002-9046-601X

PhD in Philosophy, Associate Professor, Department of Ontology and Epistemology, Faculty of Humanities and Social Sciences

6 Miklukho-Maklaya St., 117198, Moscow, Russian Federation

Dmitrii V. Mamchenkov

RUDN University

Email: mamchenkov-dv@rudn.ru
ORCID iD: 0000-0003-0484-2232

PhD in Philosophy, Associate Professor, Department of Ontology and Epistemology, Faculty of Humanities and Social Sciences

6 Miklukho-Maklaya St., 117198, Moscow, Russian Federation

References

Supplementary files