The characteristics of confucian in Vietnam from XVI to XVIII centuries

Cover Page

Abstract



История Вьетнама в период с XVI по XVIII вв. - время позднего средневековья. Это был период активизации развития традиционного Вьетнама во всех областях: экономике, политике, социальной жизни и культуре. Отличительной особенностью этого развития является его взаимосвязь с преодолением кризисов, застоя и упадка. Во времена династии Маков (1527-1677), хотя конфуцианство и продолжало считаться главной идеологией управления государством, однако у правящего класса, у многих ученых-конфуцианцев и у простого народа ослабла вера в него. Главной причиной явилась социально-политическая пассивность конфуцианства, выразившаяся в отсутствии стремления помочь императору в управлении государством и подданными, в забвении идеала порядка, при котором правитель - мудрый, а подданные - послушные. Зыонг Куок Куан отмечает: «С конца XVI до XVIII века вьетнамская феодальная система находилась в остром кризисе, двор распадался, государственный авторитет сильно упал в глазах народа из-за продожительной борьбы за власть между правящими домами Ле и Мак, князьями Чинь и Нгуен» [1. C. 125]. При династии Тэйшонов (1788-1802) конфуцианство несколько укрепило свои позиции: были реорганизованы пришедшие в упадок в предшествующий период система образования и система конфуцианских экзаменов. В то же время династия Тэйшонов широкую поддержку оказывала другим религиям: были восстановлены и отремонтированы пагоды, католические миссионеры получили возможность проповедовать. Постепенный выход конфуцианства из кризиса, тем не менее, не повлек за собой восстановление позиции единственно господствующей религии. А.В. Никитин отмечает: «Считается, например, что на ранних этапах истории вьетнамской мысли (X-XIV вв.) господствующие позиции занимал буддизм, который играл роль государственной религии и идеологии. Затем, в конце XIV - начале XV в., происходит якобы „смена религии“, и в качестве господствующего учения начинает выступать конфуцианство, которое бессменно играет эту роль до конца XIX в.» [8. C. 251]. Сомнения российского вьетнамоведа обоснованы, так как власть конфуцианства утвердилась еще раз только после того, как в начале XIX в. династия Нгуенов свергла династию Тэйшонов и установила свое господство во всем Вьетнаме. Процветание буддизма и даосизма во Вьетнаме в XVII в. свидетельствует о том, что конфуцианство в этот период имело слабые позиции и ограниченное распространение. Так, А.Б. Поляков отмечает, что «отсутствие конфуцианских институтов или формальное объявление об их создании отнюдь не означало отсутствие культуры в Дайвьет. Наоборот, в стране процветала высокоразвитая буддийская культура, непрерывно развивавшая со времен Северной зависимости, после освобождения от которой Дайвьет пошел по-своему, независимому пути развития» [11. C. 260]. Слабость конфуцианства во Вьетнаме в этот период выражалась прежде всего в его роли в обществе. Была подорвана вера правящего класса и многих ученых-конфуцианцев в ценности и действенность конфуцианства как доктрины управления государством и мировоззренческой основы: конфуцианство еще не могло способствовать прекращению смуты и установлению стабильности в обществе. Как мировоззренческая основа конфуцианство не смогло объяснить причины всех страданий в земной жизни и трагической судьбы человека. Говоря о XVIII в., когда вспыхнули крестьянские восстания, развивались торговля, экономика, рыночные отношения и расширялись города, ученый-конфуцианец Ле Кюи Дон (1726-1784) отмечал: «надо было гибко использовать конфуцианство, не цепляясь за отжившее и не действовать механически, в то же время нужно было умело сочетать его с другими учениями, и только тогда можно было бы разрешить сложные проблемы жизни общества» [3. С. 168]. Так, известный вьетнамский поэт Нгуен Зу (1766-1820) в «Поэме о Киеу» соединил конфуцианские воззрения о судьбе с буддийскими представлениями о душе, предопределении и карме. В этой поэме автор утверждает: «Если у тебя плохая карма, То не надо упрекать в этом ни своих ближних, ни далекое небо» [6. С. 217]. По признанию самих ученых-конфуцианцев XVIII в., конфуцианство в то время не было самой распространенной религией. Популярной была тенденция к сочетанию конфуцианства с другими религиями и учениями. В своем научном труде «Три учения и монизм» Чинь Туэ (XVIII в.) пишет: «Три учения (конфуцианство, буддизм и даосизм) все же представляют собой одну дисциплину, три идейных течения все же являются одной теорией, про них нельзя сказать, что это есть вода - огонь, черное - белое, сладкое - горькое, они не носят противопоставительного характера» [2. С. 214]. Таким образом, развитие буддизма, даосизма и других религий свидетельствовало, что роль конфуцианства снизилась. Однако это не привело к тому, что оно потеряло позиции руководящей доктрины, которая лежала в основе организации государства, управления обществом и функционирования административного аппарата. В период с XVI по XVIII вв. конфуцианство по-прежнему господствовало в таких сферах, как образование и система конкурсных экзаменов. Непрерывно пополнялись ряды ученых-конфуцианцев, что способствовало укреплению конфуцианства. В предыдущие столетия изучение классических книг конфуцианского канона, хотя и происходило, но было отрывочным, нерегулярным, не представляло собой важного направления в деятельности ученых-конфуцианцев. В XVIII в. появился ряд произведений, посвященных книгам конфуцианского канона. Это - «Толкование конфуцианских книг», «Изложение „Весны и Осени“», «Разъяснение Четверокнижия», «Общие рассуждения о Книге Перемен» Ле Кюи Дона, «Толкование «Весны и Осени» Нго Тхи Няма (1746-1803), «Разъяснение «Суждений и бесед» Фам Нгуен Зу (1739-1786), «Трактат о высшей истине» Фам Хюи Оаня (1722-1789). Эти труды имели своей целью пояснять и толковать содержание конфуцианских книг, сопоставлять друг с другом канонические труды конфуцианства, коротко излагать на ханване (1) и тьыноме (2) содержание этих книг для лучшего понимания и запоминания и даже делать переложение канонических текстов стихотворным размером лукбат (3). Можно утверждать, что изучение вьетнамскими учеными-конфуцианцами канонических текстов и редакторская работа с ними в период с XVI по XVIII вв. было явлением новым, носившим активный характер, но по существу было малорезультативным и не спасло конфуцианство от того, что начиная с XVI в. его влияние во Вьетнаме стало ослабевать. Войны и насилие стали для феодальных кланов распространенными средствами взаимной расправы и борьбы за господство. Поэтому стремление народа к мирной и стабильной жизни также нашло отражение во взглядах конфуцианцев того времени, это касается в первую очередь представлений о нравственных ценностях и гуманизме. В книге «Пространные записи рассказов об удивительном» Нгуен Зы пишет: «Тот, кто является императором, должен взять за основу добродетель. Добродетель должны вобрать в себя и весь императорский двор, и чиновников, и народ» [5. С. 89]. А Фук Кхак Кхоан (1528-1613) отмечал: «Распри и борьба за власть не прекращаются, но все знают великую волю наших конфуцианцев. Образованный человек презирает взаимную борьбу», «если говорить о пути спасения страны и спасения народа, то позволил бы себе дать лишь один совет императору - придерживаться гуманности и справедливости» [4. С. 180]. Однако в те времена, для которых войны и насилие стали привычным делом, голоса о нравственности и гуманизме звучали очень слабо, не было больше такой силы, с какой раздавались призы конфунцианцев к нравственности и гуманизму при династии Чан (1225-1400) и при династии Ранних Ле (1428-1527). Вьетнамские ученые того времени вели серьезное обсуждение таких философских категорий конфуцианства эпохи Сун (960-1279), как «разум», «жизненная сила», «высшее начало». В XVI в. Нгуен Бинь Кхием лишь в общих чертах говорил о таких конфуцианских понятиях, как «путь», «высшее начало», «разум», «судьба». Но он не изложил четко, что означают эти понятия, главное - он не разработал такие понятия, как «разум» и «жизненная сила», которые являются основными и неразрывными категориями в кофуцианской теории эпохи Сун. Такие ученые-конфуцианцы XVIII в., как, например, Ле Кюи Дон, Ле Хыу Чак (1720-1791), Буй Зыонг Ликь (1757-1828) взялись за обсуждение категорий «разума», «жизненной силы» и «высшего начала» с теоретической и практической точек зрения. Ле Кюи Дон в своем труде «Записки из нетленного книгохранилища» много страниц отводил обсуждению этих понятий. Хотя в своих разъяснениях он не смог избежать мистицизма, тем не менее в целом придерживался материалистических позиций. Сказалось то, что он во многом находится под влиянием Чжан Цзай (1020-1077) (4) и был далек от идеалистических взглядов Чэн И (1033-1107) (5) и Чжу Си (1130-1200) (6). Так, он считал, что «„разум“ - это свойство „жизненной силы“, „разум“ находится в ней. „Жизненная сила“ привела к рождению Луны, Солнца, звезд, космоса, грома, молнии и т.д. Космос наполнен „жизненной энергией“. А „разум“ - это реальное существование, которое само по себе бесследно; оно приводит в движение „жизненную силу“» [7. С. 325]. Вьетнамские конфуцианцы также много обсуждали «Книгу Перемен», учения об «инь - ян», «пяти элементах» космоса и о судьбе. В научном труде «Чжоуские перемены» у Данг Тхай Фыонга (XVII в.) есть следующий отрывок: «В пятикнижии никакая другая Книга не сравнится с книгой Перемен. Если говорить теоретически, то будет достаточно инь-ян, четных и нечетных чисел, а можно рассуждать шире, охватывая всю природу и человека; если просто рассуждать, то достаточно придумать пустые слова, а можно проникнуть в смысл каждой вещи, разобраться в метаморфозах множества явлений» [9. С. 52]. Ле Кюи Дон отмечал: «Шестикнижие - это сборник, который учит постигать сущность вещей и явлений, быть искренним и честным, стремиться к самосовершенствованию, блюсти порядок в доме, управлять страной и поддерживать спокойствие среди людей. Но что касается правил для природы и человека, то вполне достаточно Книги Перемен» [10. С. 53]. Знаменитый врач Ле Хыу Чак (1720-1791) считал, что учение о ян и инь - это закон природы, и поэтому медицина не может выйти за пределы действия этого закона. Он также широко использовал понятия конфуцианства эпохи Сун для того, чтобы аргументировать и объяснить проблемы медицины. Ле Хыу Чак считал, что если понять отношения между природой и человеком исходя из положений конфуцианства, то можно будет разобраться и в медицине: «Нельзя говорить о конфуцианстве, если не разобрался в природе и человеке. Если не разобрался в природе и человеке, то не стоит даже говорить, как приготовить лекарство»; «Изучи сначала Книгу Перемен, а потом уже говори о лекарствах» [12. С. 217]. С приходом XVIII в. начинается серьезное обсуждение Книги Перемен, воззрений на судьбу, разум, а также закон противоположности пяти элементов в космогонии. Впоследствии ученые используют это для того, чтобы объяснить не только социальные процессы, но и природные явления, в том числе те или иные случаи в физиологии и патологии. При этом теологические представления конфуцианства о божественном характере судьбы были упрощенными, не приносили человеку облегчения в жизни, не отвечали его религиозным запросам. Поэтому немалое место в сознании значительной части народа и определенного количества ученых-конфуцианцев занимали буддизм и даосизм. Говоря о конфуцианстве во Вьетнаме XVIII в., невозможно не отметить яркие достижения в области литературы, где авторами произведений были конфуцианцы. Конфуцианство высоко несло лозунг «у литературы должны быть мораль и идея», но в ту историческую эпоху мораль и идеи уже не были чисто конфуцианскими, так как сливались в сознании простого народа с буддизмом и даосизмом. Наиболее ярко гуманизм проявился в таких выдающихся литературных произведениях того времени, как «Поэма о Киеу», «Жалобы королевской наложницы», «Жалобы жены воина, ушедшего в дальний поход» и других. Конфуцианцы также создали такие значимые исторические труды, как «Заметки о вехах истории Вьетнама» Нго Тхой Ши (1726-1780), «История Дайвьета» Ле Кюи Дона, «Подробное рассмотрение истории Вьета» Нгуен Нгиема (1708-1776). Эти исторические труды имеют большую ценность с точки зрения уточнения исторических фактов, наличия первоисточников и изложения событий. ПРИМЕЧАНИЯ (1) Ханван - это вьетнамский язык в китайских иероглифах. Возник во Вьетнаме приблизительно в 1 в. до н.э. В течение тысячи лет, с 1 в. до н.э. по 938 г., вьетнамский язык находился под сильным влиянием китайских символов. (2) Тьыном (вьетн. chữ nôm) - вьетнамская система письма на основе китайской иероглифики, которая использовалась для записи вьетнамской речи. Тьыном родился около Х в., когда Вьетнам освободился от тысячелетнего вторжения Китая в результате победы Нго Куэна в 938 г. (3) Лукбат - это вьетнамский тип стихотворенния с рифмой в конце стихов. Каждая пара стихов имеет один стих, который включает в состав шесть слов (стих Лук) и один стих, который состоит из восьми слов (стих Бат). Обычно стихотворение начинается стихом Лук и кончается стихом Бат. (4) Чжан Цзай (кит. 张载 - Zhāng Zǎi, 1020-1077) - китайский философ, один из основоположников неоконфуцианской школы («учение о принципе»). (5) Чэн И (кит. 程颐 - Chéng Yí, 1033-1107) - китайский философ, педагог, один из основоположников неоконфуцианской школы. (6) Чжу Си (кит. 朱熹 - Zhū Xī, 1130-1200) - главный представитель неоконфуцианства, придавший этому учению универсальную и систематизированную форму, в которой оно обрело статус ортодоксальной идеологии в Китае и ряде сопредельных стран, особенно в Японии и Корее. REFERENCES [1] Duong Quoc Quan. Extension of Confucianism in medieval Vietnam. M.: RUDN, 2014. [2] Le Anh Dung. Vietnam three religions. Ho Chi Minh City: “Ho Chi Minh” Publisher, 1994 (Lê Anh Dũng. Con đường tam giáo Việt Nam. Tp HCM: Nhà xuất bản thành phố Hồ Chí Minh, 1994). [3] Nguyen Duc Su. Confucianism and its religious aspects. Hanoi: “Culture - Information” Publisher, 2011 (Nguyễn Đức Sự. Nho giáo và các khía cạnh tôn giáo của Nho giáo. Hà Nội: Nxb Văn hóa - Thông tin, 2011). [4] Nguyen Duc Su. Confucianism and its religious aspects. Hanoi: “Culture - Information” Publisher, 2011 (Nguyễn Đức Sự. Nho giáo và các khía cạnh tôn giáo của Nho giáo. Hà Nội: Nxb Văn hóa - Thông tin, 2011). [5] Nguyen Du. Collection of strange tales (translated Ngo Van Trien). Ho Chi Minh City: “Children” Publisher, 1988 (Nguyễn Dữ. Truyền kỳ mạn lục (Ngô Văn Triện dịch). TP.HCM: Nxb Trẻ, 1988). [6] Nguyen Du. The tale of Kieu. Hanoi: Published “World”, 2015 (Nguyễn Du. Truyện Kiều. Hà nội: Nhà xuất bản thế giới, 2015). [7] Nguyen Hung Hau. General History of the Vietnamese philosophy. Hanoi: “National Political” Publisher, 2010 (Nguyễn Hùng Hậu. Đại cương lịch sử triết học Việt Nam, Hà Nội: Nxb Chính trị quốc gia, 2010). [8] Nikitin A.V. Universal characteristics of traditional Vietnamese thought. In: Universals eastern cultures. M.: RAN, 2001. [9] The full chronicle of dynasties. Volume 4. Hanoi: “History” Publisher, 1962 (Lịch triều hiến chương loại chí. Tập 4. Hà Nội: Nxb Sử học, 1962). [10] The full chronicle of dynasties. Volume 4. Hanoi: “History” Publisher, 1962 (Lịch triều hiến chương loại chí. Tập 4. Hà Nội: Nxb Sử học, 1962). [11] Poliakov A.B. On the problem of the beginning of the spread of Confucianism in Daiviet. Vietnamese studies. Issue 3. M.: RAN IDV, 2013. [12] Hai Thuong Lan Ong Le Huu Trac. Hanoi: “Medicine” Publisher, 2008 (Hải Thượng Lãn Ông Lê Hữu Trác. Hà Nội: Nxb Y học, 2008).

- Nguyen Van Duong

Peoples’ Friendship University of Russia

Email: hphilosophy@mail.ru
Miklukho-Maklay st., 10/2, 117198 Moscow, Russia

Views

Abstract - 92

PDF (Russian) - 631


Copyright (c) 2016 Нгуен Ван Зыонг -.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.