БРИКС и трансформация глобального порядка: научные подходы и интерпретации

Полный текст

Введение

В последние годы объединению БРИКС уделяется все больше внимания в научной и аналитической литературе, особенно после начала специальной военной операции (СВО) России на Украине и последующего нарастания дискурса о развитии незападных финансовых, торгово-экономических и политических институтов. С 2023 по 2025 г. количество участников объединения выросло вдвое, составив 10 государств. В повестку его деятельности включаются новые вопросы: дедолларизации, формирования альтернативных платежных инструментов, безопасности и др. (Antony, 2023). Актуализируются новые сферы сотрудничества стран БРИКС (Стрельникова, Майоров, Попов, 2024). Развивается экономическая интеграция стран-членов, обсуждается возможность создания общей валюты (Nach & Ncwadi, 2024). Нарастает дискурсивная сила БРИКС, объединением разрабатываются собственные нормы и правила (Прохоренко, 2024).

В то же время для развития БРИКС существует целый ряд препятствий. Между странами-членами сохраняются противоречия, прежде всего это касается Индии и Китая (Хорос, Потапова, 2024). Заметны расхождения в отношении антизападной риторики: в частности, Индия и Бразилия выступают против антизападной позиции, Иран рассматривает БРИКС как платформу для обхода системы межбанковских платежей SWIFT и укрепления экономической устойчивости, Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ) стремятся нарастить присутствие на рынках БРИКС, не занимая при этом антизападной позиции^[1]. Созданию единой валюты препятствует неоднородность экономик стран БРИКС, политические расхождения и влияние третьих акторов (Nach & Ncwadi, 2024). Эксперты отмечают экономический застой стран-членов, отсутствие у них единства целей, а также доминирование Китая в двусторонней торговле внутри БРИКС (Смирнов, Пасько, 2023). При этом продолжающееся расширение БРИКС (по различным данным, во вступлении заинтересовано несколько десятков стран) усложняет выработку консенсуса в объединении (Carmody, 2024). Кроме того, важно отметить недоверие в отношении БРИКС со стороны западных стран.

Существует многообразие исследований, посвященных официальным позициям государств — членов БРИКС по вопросам развития объединения^[2]. В данном исследовании фокус смещен на изучение подходов представителей научного сообщества к проблематике БРИКС. Такой ракурс способствует более широкому взгляду на развитие объединения, его проблемы и перспективы, а также объективному анализу вопросов, возможно затушеванных идеологически или субъективно, в политических целях.

Автор рассматривает понятие дискурса в классической трактовке М. Фуко как «совокупность речевых актов, произведенных в соответствии с определенными правилами… совокупность актов формулировки, совокупность фраз, которые могли быть произнесены… совокупность практик, формирующих систематически объекты, о которых говорят» (Фуко, 1996, с. 63). Под научным дискурсом в данном исследовании понимается коммуникация внутри научного дискурсивного сообщества (Swales, 1990, рр. 24–27), определяемого общими целями, жанрами (например, статьи, монографии), научной лексикой и механизмами взаимодействия.

Изучение научного дискурса важно потому, что ученые оказывают влияние на внешнюю политику тремя способами.

Во-первых, одной из функций научного политологического дискурса является повествование о прошлом и будущем, создание теорий, нарративов, конструирующих внешнеполитическую идентичность. Теоретические построения ложатся в основу формирования политических убеждений, программ, идеологий (Алешин, 2022).

Во-вторых, научное сообщество оказывает непосредственное влияние на конкретные внешнеполитические решения путем предоставления аналитики органам государственной власти и участия в разработке национальных стратегий (Алешин, 2021).

В-третьих, ученые принимают непосредственное участие в дипломатии «второго трека», в научной дипломатии. Исследования научного дискурса широко представлены в академической литературе^[3].

Цель исследования — определение актуальных трендов в развитии БРИКС, отраженных в научном дискурсе. Задачи данного исследования: выявление основных тем и проблем БРИКС, которые интересуют исследователей, и анализ подходов различных исследователей и школ к развитию БРИКС в контексте трансформации миропорядка. Предполагается, что единого подхода исследователей к объяснению и оценке развития БРИКС не существует. Их видение заметно различается среди ученых из различных стран-членов.

Исследование опирается на методы количественного и качественного контент-анализа для изучения монографий и статей, опубликованных в научных рецензируемых журналах. Количественный контент-анализ был использован для выявления тематических корреляций в публикациях по ключевым словам и аннотациям, качественный — для изучения внутреннего содержания научных текстов, извлечения ключевых идей авторов в контексте трендов развития БРИКС.

Тематические корреляции научных публикаций

Для выявления основных тем и проблем БРИКС, которые интересуют исследователей, выбраны все статьи по международным отношениям на сайте научно-информационной социальной сети ResearchGate^[4], в названии которых присутствует слово «БРИКС», опубликованные с 1 января 2023 г. по 1 апреля 2025 г., процитированные не менее трех раз. Итоговая выборка составила 57 публикаций.

Нижняя граница хронологических рамок исследования обусловлена тем, что научные публикации о новом этапе трансформации миропорядка (с 2022 г.) массово появились в 2023 г. (учитывая сроки и количество итераций прохождения рукописей в рецензируемых научных журналах). Важно отметить, что научно-информационная социальная сеть ResearchGate не является библиографической базой данных, ее пользователи (включая редакции журналов) выкладывают свои статьи самостоятельно, в связи с чем в ней не присутствуют все статьи и монографии, опубликованные в мире в указанный период. Тем не менее она предоставляет существенную выборку публикаций, что позволяет выявить наиболее общие тематические тренды (рис. 1). Важно, что одна и та же публикация может содержать несколько тем.

Рис. 1. Наиболее популярные темы научных публикаций о БРИКС на сайте ResearchGate с 01.01.2023 по 01.04.2025 гг., количество статей
Источник: составлено А. А. Алешиным.

В публикациях из наиболее многочисленной группы «Расширение БРИКС и миропорядок» изучена динамика расширения группировки, трансформация глобального баланса сил в контексте развития БРИКС, роль БРИКС+ в международном правовом поле, отношение БРИКС к западным институтам, соответствующие трансформации глобальной финансовой архитектуры. Эта группа — крупнейшая по числу публикаций, что отражает высокий интерес к трансформации системы международных отношений, динамике глобальных центров силы, вопросам дедолларизации и разработке новых многосторонних механизмов международного сотрудничества.

В публикациях из группы «Финансы и дедолларизация» затрагиваются вопросы волатильности фондовых рынков, влияния макроэкономических и корпоративных факторов на финансовые показатели, дедолларизации, разработки альтернативных платежных систем. Авторы фокусируются на финансовых индикаторах и инструментах, применяя как классическую эконометрику, так и алгоритмы машинного обучения для анализа динамики обменных курсов, оценки рисков и оптимизации торговых стратегий стран БРИКС.

В статьях группы «Энергетика, экология и устойчивое развитие» изучены вопросы энергоэффективности, перехода на возобновляемые источники энергии и снижения выбросов, проблема углеродного следа и измерения экологической устойчивости, а также проведена оценка воздействия экономических процессов на окружающую среду. Исследованы как макроэкономические, так и технологические аспекты устойчивого развития в странах БРИКС. Многие работы используют эконометрические методы для анализа влияния энергетического перехода, национальных политик в области экологии, роли образования в продвижении «зеленого роста».

В группе «Цифровизация, инновационные технологии» рассмотрены концепции «Индустрия 4.0», цифрового суверенитета, цифровых валют, проблема применения искусственного интеллекта и анализа данных для оптимизации макроэкономических процессов для практического применения на различных направлениях экономической политики стран БРИКС и управления инновациями.

В статьях группы «Торговля, экономическая интеграция» исследованы торговые отношения стран БРИКС, их конкурентные преимущества, динамика экспорта и импорта, а также влияние БРИКС на глобальные цепочки поставок, интеграционные процессы между странами-членами.

В группу «Правовые и институциональные механизмы» вошли работы, посвященные созданию и реформированию инвестиционного арбитража, транснациональным правовым процессам и их роли в обеспечении устойчивого развития, процессу выработки новых правовых подходов для экономической интеграции и разрешения споров.

В группе «Другие» представлены публикации, посвященные вопросам образования и накопления человеческого капитала в странах БРИКС, а также взаимосвязи внутри государств объединения военных расходов и структурных экономических проблем, в частности неравенства доходов.

Страновые корреляции тем научных публикаций

Отдельным странам в приведенной выборке посвящено около четверти статей (рис. 2). Эти работы сосредоточены на конкретных государствах и их роли в БРИКС, торговых отношениях, экономических особенностях или уникальных страновых проблемах. Речь идет о Бразилии, Индии, Китае, России, Южно-Африканской Республике (ЮАР), а также Египте, государствах Ближнего Востока и Пакистане, не являющемся членом БРИКС. Рассмотрим их подробнее.

Португальские исследователи И. М. Геберт и Ф. де Мелло-Сампайо в своей статье пришли к выводу, что в периоды кризисов рынки Бразилии и ЮАР оказались наиболее уязвимыми в БРИКС, тогда как в Китае наблюдалась быстрая стабилизация (Gebert & de Mello-Sampayo, 2025). Подчеркнута важность координации макроэкономических политик стран БРИКС для защиты от глобальных финансовых потрясений.

В публикациях об Индии рассматривались как политические, так и экономические вопросы. Ученый из Китая Р. Верма пришел к выводу, что нейтралитет Индии в российско-украинском конфликте не связан с ее стремлением к укреплению своего статуса в БРИКС, поскольку двусторонние отношения с Россией не влияют на функционирование группы: БРИКС устроен так, чтобы избегать обсуждения спорных вопросов (Verma, 2024).

Рис. 2. Доля интереса исследователей к общим и страновым проблемам БРИКС, %
Источник: рассчитано А. А. Алешиным.

Мд. Моминур Рахман с соавторами (Бангладеш) изучили влияние на экологическую устойчивость прямых иностранных инвестиций в Индию из стран БРИКС и провели градацию инвестиций в зависимости от их корреляции со снижением выбросов CO₂ (Mominur Rahman, Golam Faruque & Emran Hossain, 2024).

Влияние Китая на развитие БРИКС в контексте его конфликта с США изучено С. Р. Бухари с соавторами (Пакистан): путем исследования рыночных механизмов в Китае авторы обосновывают точку зрения, согласно которой Пекин использует БРИКС для продвижения альтернативной модели экономического развития (Bukhari, Malik & Mahmood, 2024). Обратное воздействие БРИКС на китайскую экономику, а именно на аграрную сферу, проанализировано в статье турецкого ученого Р. Баки (Baki, 2024): автор приходит к выводу, что уровень торговой интеграции с другими странами объединения остается низким из-за разницы в экономических системах.

П. Мозиас (Национальный исследовательский университет «Высшая школа экономики») поднял вопрос идентификации России как развивающейся экономики и предложил странам БРИКС сочетать рыночные реформы и государственное регулирование (Mozias, 2023). В свою очередь группа китайских исследователей показала, что Россия и Китай имеют наибольший потенциал для торговли сельхозпродукцией внутри БРИКС, но торговая интеграция в этой области сталкивается с логистическими и нормативными барьерами (Xin, Khan & Ling, 2024).

А. А. Уфимцев (Институт Африки РАН) выявил мотивы Египта при вступлении в БРИКС: доступ к финансированию через Новый банк развития, расширение торговли с членами объединения и снижение зависимости от доллара (Уфимцев, 2024).

Последствия вступления в БРИКС сразу трех государств — экспортеров нефти с Ближнего Востока, а именно Ирана, ОАЭ и Саудовской Аравии (последняя позднее не подтвердила вступление. — А. А.) исследованы в статьях международной группы ученых (И. Ахмада с соавторами) (Ahmad, Haider & Afzal, 2024) и бразильских исследователей А. Казелко с Ю. С. Семенини (Kazelko, Semeghini, 2024). Отмечается, что такое расширение объединения усилило его влияние в энергетической сфере, что может ускорить процессы дедолларизации в торговле энергоносителями. Однако для этого, как подчеркивается в статьях, необходимо разработать механизмы координации интересов и политики новых членов для эффективного экономического сотрудничества.

Исследование С. Ахмада (КНР) с соавторами (Малайзия, Бангладеш) показало, что кандидат в члены БРИКС Пакистан во внешней торговле в основном ориентируется на Китай, тогда как его связи с другими странами БРИКС слабее. Торговля с Индией в последние годы значительно сократилась из-за политических факторов (Ahmad, Raihan & Ridwan, 2024).

Таким образом, страновые исследования показывают различия в мотивах участия в объединении, структуре экономики и внешнеполитических интересах государств — членов БРИКС. Некоторые страны видят в БРИКС инструмент ускорения собственного экономического роста (Египет, Пакистан), другие — способ усилить свою глобальную роль (Китай, Россия). Кроме того, многие исследователи указывают, что БРИКС нуждается в большем институциональном развитии для преодоления внутренних противоречий и укрепления экономической координации.

Тематика наиболее цитируемых публикаций

Отдельно рассмотрим некоторые публикации с 10 и более цитированиями.

В статье Б. Т. Ф. Ли (КНР) и Х. П. Симса (Чили) «Расширение БРИКС +, динамика мировой торговли и феномен дедолларизации» (Lee & Sims, 2024) в контексте расширения объединения выделены следующие проблемы: существование различий в экономических моделях, внешнеполитических интересах и уровне развития между странами-членами, их зависимость от доллара, отсутствие единой институциональной структуры БРИКС. Авторы приходят к выводу, что «расширение БРИКС — это не количественный рост, а качественный шаг к перестройке глобальной экономики. Блок способен стать катализатором дедолларизации, используя альтернативные валюты, цифровые технологии и региональные союзы, чтобы создать более сбалансированную и устойчивую мировую экономическую систему» (Lee & Sims, 2024, р. 27).

В статье палестинского ученого М. Саида «БРИКС плюс: дедолларизация и глобальные изменения в расстановке сил в новых экономических условиях» (Saaida, 2024) проанализированы последствия дедолларизации для международной финансовой системы и глобального баланса сил. Автор приходит к выводу, что дедолларизация одновременно способствует и усилению финансовой независимости стран БРИКС, и пересмотру глобального соотношения сил, а также создает серьезные вызовы, требующие скоординированных дипломатических и стратегических усилий как со стороны БРИКС+, так и США.

В статье группы исследователей из США «Ускорение экономического роста стран БРИКС: аналитика данных на основе искусственного интеллекта для обоснованной политики и принятия решений» (Abir et al., 2024) авторы отмечают неэффективность методов принятия решений в странах БРИКС в контексте решения таких проблем, как неравномерное распределение доходов, необходимость индустриальной трансформации, дефицит инфраструктуры. Акцентируется внимание на усилиях стран БРИКС в интеграции аналитики данных на основе искусственного интеллекта и отмечается, что это помогло им оптимизировать распределение ресурсов, устранить неэффективные направления торговли и сгладить неравенство на рынке труда.

Ученый из США А. Валамонтес в статье «Новая платежная система БРИКС: вызов доминированию доллара США» (Valamontes, 2024) проанализировал уязвимость стран БРИКС в западноцентричной глобальной финансовой архитектуре и предложил использовать технологии блокчейна и распределенного реестра для роста доверия между участниками, оптимизации потоков торговли и обхода западных санкций.

В уже упоминавшейся выше статье бразильских ученых А. Казелко с Ю. С. Семенини (Kazelko & Semeghini, 2024) отмечается, что существующая глобальная финансовая архитектура вынуждает страны БРИКС работать в условиях доминирования доллара, что ограничивает их возможности инвестирования в сферы энергетики и добычи минеральных ресурсов. После своего расширения БРИКС объединил государства с большими запасами минеральных ресурсов и ведущих производителей нефти со странами — быстрорастущими потребителями энергии. Как следствие, БРИКС может существенно изменить глобальные энергетические рынки, в рамках блока будет сконцентрировано до 72 % мировых запасов редкоземельных металлов (Kazelko & Semeghini, 2024, р. 65). Кроме того, за счет вступления Египта и Эфиопии в регулировании мировой торговли энергоресурсами возросла роль стран Глобального Юга.

Немецкий исследователь Э. Мох в статье «Экономическое и геополитическое значение стран БРИКС: сравнительный анализ их глобального влияния в XXI веке» (Moch, 2024) исследовал потенциал дальнейшей интеграции стран БРИКС в контексте существующего дисбаланса глобальной финансовой системы и выявил возможности ее углубления. Однако существуют препятствия, среди которых недостаточное влияние стран БРИКС в глобальных институтах, что ограничивает их роль в формировании глобального политического дискурса, а также различия в политических режимах, экономических моделях и стратегических приоритетах стран БРИКС. Это сказывается на возможностях выработки направлений для коллективных действий на международной арене.

В 2024 г. вышла коллективная монография Российского национального комитета по исследованию БРИКС совместно с МГИМО МИД России и Университетом мировых цивилизаций под названием «БРИКС в мировых финансах и экономике». В ней представлено 35 глав на многообразные темы за авторством ученых из России и стран — участниц объединения. Большинством экспертов отмечен переход от традиционного доминирования западноцентричных институтов к более сбалансированной и инклюзивной глобальной архитектуре, где страны БРИКС стремятся играть ведущую роль в формировании альтернативных центров влияния. Многие отметили связку прогресса в области инноваций и технологий и устойчивого развития. Заметное внимание в монографии уделено проблеме реформирования институтов глобального регулирования в контексте трансформации повестки БРИКС. Выделены особенности экономической траектории каждой из стран блока и одновременно проблемы согласования позиций государств с различными политическими системами, культурой, традициями и управленческими моделями. Отмечено, что наиболее актуальной является проблема необходимости поддержки баланса между коллективными действиями участников БРИКС и сохранением их независимой внешней политики (БРИКС в мировых финансах и экономике, 2024).

Примечательна также монография немецких исследователей Дж. Петри и А. Нёльке «БРИКС и мировой финансовый порядок: либерализм оспорен?» (Petry & Nölke, 2024). В ней авторы исследовали влияние развития БРИКС на динамику глобальной финансовой архитектуры. Прежде всего, речь идет о политике дедолларизации, которая осуществляется четырьмя путями, такими как:

1. создание странами-членами суверенных финансовых структур, национальных рейтинговых агентств и банков развития;
2. внедрение практик финансового протекционизма, ограничения мобильности капитала и контроля над трансграничными инвестициями;
3. интенсификация использования национальных валют в международных расчетах;
4. попытки сформировать альтернативные международные финансовые структуры, например Новый банк развития или контингентные резервные соглашения.

Авторы монографии полагают, что страны БРИКС не отвергают глобальный финансовый порядок, а, сочетая в своей экономической политике элементы либерализма и государственного капитализма, формируют параллельные финансовые механизмы. Лидером в трансформации международных финансовых структур выступает Китай. В то же время Индия и Россия играют важную роль в сфере энергетики и стимуляции торговых расчетов в национальных валютах. Расширение БРИКС 2024 г. стало важным этапом для укрепления глобальной роли блока.

Заключение

Таким образом, в научной литературе о БРИКС с 2023 г. представлены различные публикации, причем преимущественно подготовленные учеными из незападных стран. Единого подхода исследователей к объяснению и оценке развития БРИКС не сложилось. Их видение заметно различается исходя из географической принадлежности авторов (ученые из государств — участников БРИКС, из третьих или западных стран). Ракурс исследований также опосредован выбором предмета исследования — той или иной особенностью национальной политики страны-объекта, моделью ее политического и экономического развития, материального, институционального и репутационного потенциалов внешней политики. В то же время большинство ученых сходятся в основных параметрах наиболее общих трендов развития БРИКС в контексте трансформации миропорядка и в обозначении основных проблем объединения в целом.

Среди трех направлений сотрудничества в рамках БРИКС: политика и безопасность, экономика и финансы, культурные и гуманитарные связи^[5] — наиболее востребованным для исследователей является второе: воздействие расширения БРИКС на трансформацию мирового экономического порядка, глобальной финансовой системы. Скорее всего, это связано с тем, что именно в этом направлении наблюдаются наибольшие успехи объединения. По этой же причине среди публикаций ученых из западных стран наблюдается больший акцент на противоречиях между членами БРИКС и ограничениях, которые существуют в потенциале БРИКС повлиять на изменение мировой экономики.

Многие ученые проявляют интерес не к политическим вопросам достижения консенсуса и институционализации объединения, а к практическим механизмам ускорения процесса дедолларизации и экономического роста, в том числе за счет новых технологий. Отдельно важно отметить серию публикаций об усилении роли БРИКС на мировых энергетических рынках после расширения объединения. При этом подавляющее большинство ученых отмечают в качестве ключевых проблем БРИКС именно политические: наличие конфликтов между странами-членами, расхождения национальных интересов, различия в национальных политических и экономических моделях, различные внешнеполитические потенциалы стран-членов в связи с экономическим и технологическим неравенством между ними.

На основании проведенного исследования можно выделить позитивные и негативные тренды в развитии БРИКС.

К первым относятся:

• расширение состава участников объединения;
• укрепление его статуса, авторитета и глобальной роли;
• рост его влияния за счет включения государств с различными экономическими особенностями и преимуществами;
• расширение тематической повестки объединения, прежде всего за счет вопросов развития технологий.

Главный тренд в этой группе — рост ожиданий от деятельности БРИКС и его влияния на трансформацию мировой экономики, глобальной финансовой системы и международного права.

Среди негативных трендов можно выделить:

• размывание общности целей объединения за счет включения в него стран с различными национальными интересами;
• вызванный трансформацией миропорядка рост конфликтности как между некоторыми членами БРИКС, так и между ними и третьими странами;
• усиливающийся разрыв в уровнях экономического развития наиболее и наименее влиятельных государств-членов;
• все более выраженные различия между национальными политическими и социально-экономическими моделями стран БРИКС;
• рост негативного влияния политики ведущих стран за пределами БРИКС по отношению к его членам, прежде всего в сфере санкций и протекционизма;
• сохраняющаяся недостаточная эффективность финансовой и инвестиционной политики БРИКС.

Как можно заметить, многие тренды являются гранями одних и тех же процессов и представлены в группе позитивных или негативных, что нередко зависит от контекста. То есть одни и те же процессы оказывают двойственное влияние на развитие БРИКС, и глубина и степень их воздействия в будущем будет зависеть от множества факторов — связанных как с успехами интеграции БРИКС, так и с общими тенденциями в мировой экономике и международных отношениях.

Представляется, что ключевой вопрос о будущем развитии БРИКС можно сформулировать следующим образом: «Какова консенсусно достижимая глубина интеграции стран БРИКС?» На основании анализа научной литературы представляется, что именно параметры этой интеграции определят степень трансформации системы международных отношений, прежде всего в финансовой сфере, в долгосрочной перспективе.

 

^{1 Муратбекова А. Оценка итогов саммита БРИКС 2024 // Eurasian Research Institute. URL: https://www.eurasian-research.org/publication/evaluating-the-2024-brics-summit-outcomes/?lang=ru (дата обращения: 04.05.2025).}

^{2 См., например: Lissovolik Y. BRICS Plus after the 2023 “Expansion Summit” // Russian International Affairs Council. January 17, 2024. URL: https://russiancouncil.ru/en/analytics-and-comments/analytics/brics-plus-after-the-2023-expansion-summit/ (accessed: 13.05.2025).}

^{3 См., например: (Истомин, 2016; Прохоренко, 2019; Дегтерев, 2021).}

^{4 ResearchGate. URL: https://www.researchgate.net/ (accessed: 03.05.2025).}

^{5 См.: XVI Саммит БРИКС. Казанская декларация «Укрепление многосторонности для справедливого глобального развития и безопасности». Казань, Российская Федерация. 23 октября 2024 года // Президент России. URL: http://static.kremlin.ru/media/events/files/ru/MUCfWDg0QRs3xfMUiCAmF3LEh02OL3Hk.pdf (дата обращения: 07.05.2025).}

Об авторах

Александр Андреевич Алешин

Национальный исследовательский институт мировой экономики и международных отношений им. Е. М. Примакова Российской академии наук (ИМЭМО РАН)

Автор, ответственный за переписку.
Email: aleshin.a@imemo.ru
ORCID iD: 0000-0002-7872-3298
SPIN-код: 5114-9932

кандидат политических наук, старший научный сотрудник

Российская Федерация, 117997, г. Москва, Профсоюзная ул., д. 23

Список литературы

Дополнительные файлы