Цифровизация Каспийского региона: современные тенденции и новые возможности

Полный текст

Введение

Целью исследования является выявление фундаментальных причин, которые привели к утверждению в Каспийском регионе процесса цифровизации, а также определение текущего состояния и потенциальных изменений в субрегионе. В рамках этого проблемного поля предстоит решить ряд исследовательских вопросов, связанных с текущим состоянием цифровизации в Каспийском регионе и направлениями ее развития в перспективе. Под цифровизацией понимается комплексный процесс внедрения цифровых технологий во все сферы жизни общества и экономики прикаспийских государств, направленный на повышение эффективности, создание новых бизнес-моделей, улучшение качества жизни граждан и развитие человеческого капитала. При этом речь идет не только и не столько об оснащении инфраструктуры, но и о трансформации менталитета населения, проживающего в прикаспийских странах, о формировании новой цифровой культуры и внедрении нормативно-правовой базы, соответствующей современным политическим и экономическим реалиям. Исходя из этого, автор исследования поставил амбициозную задачу найти ответ на фундаментальный вопрос, почему цифровизация стала стремительно развиваться в странах Каспийского региона, и выявить долгосрочные тренды подобных изменений.

Часто вместе с термином «цифровизация» используется понятие «цифровая трансформация» и «цифровая экономика». Однако понятия цифровизации и цифровой трансформации различаются по своему содержанию. Цифровизация связана прежде всего с активным внедрением современных технологий и их использованием в рамках цифровой экономики. В свою очередь цифровая трансформация представляет собой более комплексный и многоуровневый процесс: она предполагает не только технологические изменения, но и переосмысление институционального устройства государства, принципов его функционирования, а также оценку имеющихся ресурсов и механизмов, обеспечивающих устойчивость преобразований (Савзиханова, Бучаев, 2021, с. 808).

Актуальность исследования определяется новыми процессами, которые происходят в Каспийском регионе. Исторически сформировавшиеся и сохраняющиеся тенденции сотрудничества стран, сложившаяся субрегиональная система международных отношений подвергается все более сильному влиянию новых факторов, одним из которых является цифровизация. Соответственно, предметным полем данного исследования выступает цифровизация, которая набирает силу и развивается в последние годы.

Основными методами, применяемыми в ходе исследования, являются историко-аналитический метод, метод сравнения, метод социально-политических аналогий и метод политического анализа. Опираясь на системный подход, автор рассматривает Каспийский регион в качестве структуры, в которой устанавливаются новые связи между отдельными ее составляющими — прикаспийскими государствами. Ценность данного подхода состоит в возможности изучить исторические факторы развития цифровизации и составить целостное представление о том, как это скажется на развитии Каспийского региона в будущем.

В методологическом плане применена теория рационального выбора, при помощи которой выявлены факторы, которые оказали влияние на решения прикаспийских государств усилить внимание к цифровизации, отражающей фундаментальные изменения в Каспийском регионе.

Проблема цифровизации активно изучается исследователями прикаспийских государств. Следует обратить внимание на работы, в которых дана оценка фундаментальным изменениям в жизни общества, в том числе в международных отношениях, в связи с развитием технологий. На этом еще в начале XXI в. акцентировали свое внимание такие американские исследователи, как М. Роко и У. Бейнбридж (Roco & Bainbridge, 2002). В свою очередь российский исследователь Н.И. Быстрицкий отмечает фундаментальные изменения, связанные с внедрением информационных технологий, которые в конечном итоге окажут влияние и на международные отношения (Быстрицкий, 2023).

Интерес представляет работа российских исследователей М.Р. Ильясова и М.В. Когана, в которой выявлена роль цифровизации в реализации международных транспортных проектов в Каспийском регионе (Ильясов, Коган, 2024).

Большинство работ, связанных с цифровизацией в Каспийском регионе, отличает узкая направленность. Такие российские исследователи, как С.В. Агафонова, Н.Г. Брюхова, Б.В. Кайгородов и Ю.В. Кузнецова фокусируют свое внимание на вопросах, связанных с цифровой трансформацией образования в Каспийском регионе (Agafonova et al., 2022).

В других российских исследованиях делается акцент на роли цифровизации в развитии молодежной среды. Например, С.В. Тетерский, А.И. Измаилов, Е.Р. Дахина и  С.В. Илясова выделяют данный аспект в вопросах цифровизации в странах Каспийского региона (Teterskiy et al., 2022).

Российский ученый В.В. Овсянникова исследовала вопросы цифровизации через призму развития сельскохозяйственной отрасли, выявив современные тенденции формирования и влияния цифровизации на эту сферу в контексте экономической безопасности (Овсянникова, 2023).

Исследователи Н.А. Шутов и А.А. Волков рассматривают цифровизацию Каспийского региона через призму транспортно-логистической сферы, изменения в которой окажут влияние на эффективность грузоперевозок (Шутов, Волков, 2025). Часть российских ученых сконцентрировали внимание на вопросах цифровизации, рассматривая законодательную базу и экономические аспекты этого процесса (Айтпаева, Петелина, Бисалиев, 2021).

Ряд российских исследователей рассматривает проблему цифровизации в политической сфере. В частности, в работе Е.В. Кудряшовой представлен анализ многоаспектного влияния искусственного интеллекта на избирательные процессы и государственное управление (Кудряшова, 2025).

В отличие от российских исследователей, которые в своих работах делали попытки рассмотреть проблему цифровизации применительно к Каспийскому региону, ученые прикаспийских государств в большей степени ориентируются на особенности развития национальных экономик. Например, проблеме цифровизации уделяют большое внимание туркменские ученые. В частности, Ч. Ходжаммедов выявляет влияние цифровизации на различные секторы туркменской экономики (Ходжаммедов, 2025). Роль цифровизации подчеркивают туркменские исследователи Ш. Италмазова, С. Муханова и Б. Гурдова, отмечая, что она приобрела для экономики страны особое значение. При этом акцент делается на цифровизацию образования и создание новых возможностей для молодежи (Италмазова, Муханова, Гурдова, 2025, с. 518).

Азербайджанский исследователь З.Ф. Мамедов рассматривает цифровые технологии как важный стратегический вектор в национальной политике по диверсификации экономики (Мамедов, 2024).

Иранский исследователь Р. Махдавие, выделяя значение цифровизации, подчеркивает важность решения финансовых вопросов (Mahdavieh, 2022, p. 17), другие исследователи  отмечают ключевые последствия цифровой трансформации в шельфовой нефтегазовой отрасли на организационном уровне (Noadoust & Ranjbar, 2024). К аналогичным выводам пришел российский автор О.И. Рещиков, акцентируя внимание на том, что правительство Ирана рассматривает цифровую трансформацию в качестве фактора будущего экономического благосостояния населения страны (Рещиков, 2022, с. 32).

Внимания заслуживают работы казахстанских исследователей. В частности, К.О. Шаяхметова и И.М. Кабдулин рассматривают развитие экономики в условиях цифровизации через призму финансового сектора (Шаяхметова, Кабдулин, 2021). Исследователи Т.И. Какижанова, С.Ы. Умирзаков и У.А. Болатбек делают акцент на выявлении взаимозависимости развития экономики от уровня цифровизации (Kakizhanova, Umirzakov & Bolatbek, 2025). Аналогичные оценки дают А.А. Лучанинова, А.М. Баймухамедова, М.Ф. Баймухамедов и Н.Н.  Исаева, которые приходят к выводу, что ключевым фактором развития казахстанской экономики является цифровая трансформация производственных предприятий, использование цифровых информационно-коммуникационных технологий для перестройки бизнеса (Luchaninova et al., 2023, p. 119). Этот тезис раскрывается и в других исследованиях казахстанских авторов. Так, С.Т. Каргабаева, С. Болаткызы, К.М. Камали и К.И. Ахметова обращают внимание на оценку уровня влияния цифровизации на развитие электронной торговли в Казахстане и ее взаимосвязь с макроэкономическими показателями (Kargabayeva et al., 2025, p. 58).

Таким образом, несмотря на значительное количество работ о цифровизации в странах Каспийского региона, следует сделать вывод, что эта проблематика пока изучена достаточно слабо и фрагментарно. Исследования носят страновую направленность, в них акцентируется внимание преимущественно на приоритетных секторах экономики.

Современное состояние цифровизации в Каспийском регионе

Современный этап цифровизации в Каспийском регионе характеризуется выраженной неоднородностью. Данное обстоятельство обусловлено структурными факторами, включая различия в уровне социально-экономического развития государств и их инвестиционной привлекательности. Несмотря на наличие общей тенденции к внедрению цифровых технологий, степень их распространения, характер воздействия и эффективность использования существенно варьируются между прикаспийскими странами.

Ответ на ключевой вопрос: почему цифровизация стала стремительно развиваться в последнее время в Каспийском регионе — дает теория рационального выбора. Через цифровизацию прикаспийские государства рассчитывают значительно повысить эффективность своих экономик, тем самым укрепив свои позиции в регионе.

По уровню развития цифровых технологий в Каспийском регионе Россия занимает лидирующие позиции. Страна реализует национальные программы, такие как «Цифровая экономика Российской Федерации»^[1], направленные на развитие цифровой инфраструктуры, подготовку кадров, внедрение цифровых технологий в ключевые отрасли экономики и государственное управление. Внедряются технологии «умного города»^[2] и электронного документооборота. Цифровизация активно развивается в финансовом секторе (финтех), ритейле, промышленности (индустрия 4.0) и логистике. В некоторых отраслях компании находятся на переходном этапе к следующему витку развития — «индустрии 5.0»^[3]. Развиваются облачные технологии, большие данные, внедряется искусственный интеллект (ИИ), формируются технопарки, венчурные фонды, поддерживающие IT-стартапы.

Республика Казахстан также демонстрирует высокие темпы цифровизации. Значительное внимание в стране уделяют развитию «электронного правительства» и цифровой трансформации бизнеса^[4]. Развиваются сети мобильной связи и проекты по внедрению цифровых технологий в государственном управлении. Особое внимание уделяется «цифровизации добывающей промышленности, сельского хозяйства, транспорта и логистики, развиваются FinTech-сервисы»^[5].

Повышенное внимание развитию цифровой инфраструктуры и внедрению электронных услуг уделяет Азербайджан, рассматривая цифровизацию как драйвер экономического роста, особенно в условиях диверсификации экономики и ухода от нефтегазовой зависимости. В последние годы «инновационный сектор стал восприниматься как неотъемлемый компонент долгосрочных целей социально-экономического развития страны»^[6]. Значительная часть новых инвестиционных проектов в стране сосредоточена в таких секторах, как финансовые/бизнес-услуги, программное обеспечение и IT-услуги, а также производство промышленного оборудования^[7]. Цифровизация направлена на нефтегазовый сектор, транспорт, а порт Баку развивается как цифровой хаб.

Региональная специфика цифровизации заключается в том, что, в отличие от России, Казахстана и Азербайджана, цифровизация в Иране проходит в условиях «специфического политического и экономического контекста, включая санкционные ограничения» (Андреев, 2025). Тем не менее страна активно развивает национальные IT-ресурсы и стремится к самодостаточности в этой сфере. Вместе с тем важно отметить, что в Иране скорость Интернета и доступ к некоторым зарубежным ресурсам могут быть ограничены. Кроме того, Иран имеет одну из самых строгих в мире систем интернет-цензуры.

Из всех прикаспийских государств Туркменистан наиболее жестко регулирует цифровизацию. Государство контролирует развитие IT-сектора, уделяя основное внимание обеспечению национальной безопасности и стабильности. И хотя национальные сети связи развиваются и внедряются современные стандарты цифровизации, «доступ к глобальному Интернету для широкой публики ограничен и контролируется»^[8]. Цифровизация ориентирована прежде всего на стратегические отрасли, такие как добыча углеводородов, энергетика и транспорт.

Таким образом, несмотря на существенные различия в подходах, все прикаспийские государства рассматривают цифровизацию через призму будущего развития государства. Происходит постепенное внедрение цифровых технологий, хотя скорость и глубина этого внедрения зависят от внутренних факторов и внешних условий.

Правовые аспекты цифровизации в Каспийском регионе

Регулирование цифровой сферы в Каспийском регионе находится на стадии формирования и сталкивается с рядом вызовов. Каждое из пяти прикаспийских государств — Азербайджан, Иран, Казахстан, Россия и Туркменистан — разрабатывает собственные подходы к цифровизации, исходя из своих национальных приоритетов и экономических возможностей. Страны региона объединяет осознание необходимости перехода к цифровой экономике и информационному обществу. При этом в каждом из государств присутствует своя специфика.

В Казахстане одним из основных документов является Государственная программа «Цифровой Казахстан»^[9]. Документ направлен на ускоренное развитие цифровой экономики, создание благоприятной цифровой экосистемы и формирование «умного» общества. В тексте программы отмечается, что «цифровизация является мощным импульсом для повышения конкурентоспособности экономики, создания новых рабочих мест и улучшения качества жизни населения»^[10].

Российская Федерация реализует национальную программу «Цифровая экономика Российской Федерации»^[11], которая трансформировалась в национальный проект,  охватывающий широкий спектр направлений — от нормативного регулирования и развития информационной инфраструктуры до цифрового образования и кибербезопасности. Документ предусматривает существенное увеличение доли цифровой экономики в валовом внутреннем продукте (ВВП) страны и широкое внедрение цифровых технологий во всех отраслях. В паспорте национального проекта «Цифровая экономика» указывается, что его целью является «обеспечение ускоренного внедрения цифровых технологий в экономике и социальной сфере»^[12]. Акцент сделан на развитии отечественных технологий и платформ, что является ответом на геополитические вызовы и стремление к технологическому суверенитету.

В свою очередь в Азербайджане цифровые инициативы интегрированы в стратегические документы, среди которых выделяется «Стратегическая дорожная карта по развитию телекоммуникационной и информационных технологий в Азербайджанской Республике»^[13]. Цифровизация поддерживается в рамках концепции «Азербайджан 2030: Национальные приоритеты социально-экономического развития». Документы направлены на создание развитой инфраструктуры информационно-коммуникационных технологий (ИКТ), совершенствование электронного правительства, поддержку инноваций и развитие человеческого капитала. В частности, «Стратегическая дорожная карта» подчеркивает необходимость «трансформации Азербайджана в региональный цифровой хаб» и наращивания экспортного потенциала в сфере ИКТ^[14]. В конце 2025 г. президент И.Г. Алиев утвердил «Стратегию развития цифровой экономики на 2026–2029 годы», согласно которой ставится задача развития механизмов поддержки цифровой трансформации экономической деятельности частного сектора^[15].

Исламская Республика Иран, несмотря на санкции, развивает свою цифровую инфраструктуру и электронное правительство в рамках «Национальной информационной сети» (National Information Network, NIN)^[16] и «20-летнего перспективного плана Ирана в сфере ИКТ»^[17]. NIN позволяет выборочно отключать ресурсы: государство может блокировать международные платформы (например, WhatsApp и Instagram^[18]), сохраняя при этом полноценную работоспособность местных сервисов (государственных СМИ, банковских приложений). Помимо этой системы реализован проект «великого иранского файрволла» (Iranian Great Firewall, IRGFW), который создан по аналогии с китайской системой Great Firewall (GFW), но с «более строгим принуждением и централизованным контролем, этот экран фильтрует, блокирует и отслеживает трафик по всей стране»^[19]. Иранские власти неоднократно заявляли о стремлении к «цифровому самообеспечению», что отражено в многочисленных правительственных документах, регулирующих сферу ИКТ.

В стороне от мировых тенденций не остается и Туркменистан.  «Концепция развития цифровой экономики в Туркменистане на 2019–2025 годы»^[20], утвержденная указом президента Туркменистана от 3 сентября 2019 г., является основным документом, определяющим стратегические направления цифровизации. В документе ставятся задачи по развитию цифровой инфраструктуры, внедрению электронного документооборота и электронного правительства, поскольку «цифровизация призвана стать одним из ключевых драйверов устойчивого экономического роста и социального прогресса страны» (Атаева, 2024, с. 266).

Туркменистан активно внедряет цифровые технологии в различные области экономики. Их применение в различных сферах позволяет более эффективно решать стоящие перед страной задачи. В государстве уже внедрено «электронное правительство»: правовой основой для этого послужил принятый в 2022 г. Закон Туркменистана «Об электронном правительстве»^[21], устанавливающий порядок деятельности электронного правительства и регулирующий отношения, возникающие в этой сфере. В 2025 г. также была утверждена «Концепция развития цифровой экономики в Туркменистане на 2026–2028 годы»^[22].

Общие черты и отличия цифровизации в прикаспийских государствах

Программы по развитию информационных технологий в странах Каспийского региона демонстрируют как схожие, так и уникальные черты. В частности, Казахстан инвестирует в создание центров обработки данных (ЦОД), развитие электронных платежных систем и цифровизацию государственных услуг через портал eGov.kz, который является одним из самых продвинутых в СНГ. Россия, в свою очередь, уделяет значительное внимание развитию отечественного программного обеспечения, созданию собственной экосистемы цифровых платформ и развитию технологий искусственного интеллекта. Азербайджан фокусируется на расширении широкополосного доступа в Интернет, в частности через проект «Азербайджанский оптический магистральный кабель» (Azerbaijan Digital Hub)^[23], который направлен на превращение страны в региональный центр данных и транзита интернет-трафика. Кроме того, активно развивается электронное правительство (ASAN Xidmət), предоставляющее гражданам интегрированные государственные услуги через «одно окно». Что касается Ирана, то он инвестирует в строительство волоконно-оптических сетей по всей стране, развитие местных Интернет-сервисов и создание национальных облачных платформ.

Однако наряду с амбициозными планами и проектами отдельных стран региона существуют и значительные проблемные области цифровизации, которые требуют дальнейшего регулирования. Одной из ключевых проблем является цифровое неравенство. Несмотря на усилия правительств, доступ к высокоскоростному Интернету и цифровым устройствам остается неравномерным, особенно между городскими и сельскими территориями. Это проявляется и в уровне цифровой грамотности населения.

По-разному складывается сотрудничество прикаспийских государств в области цифровизации. Одним из наиболее ярких примеров двустороннего сотрудничества в области развития трансграничной инфраструктуры и обмена данными является проект Транскаспийской волоконно-оптической линии связи (Trans-Caspian Fiber Optic Cable, TCFOC) между Казахстаном и Азербайджаном^[24]. Этот амбициозный проект, получивший поддержку на высоком межправительственном уровне, является частью инициативы «Цифрового Шелкового пути», соединяющего Европу и Азию через Каспий. В Меморандуме о взаимопонимании между «Казахтелеком» и AzerTelecom, подписанном в 2019 г., была закреплена готовность сторон к совместной реализации проекта^[25].

Помимо двусторонних усилий значительную роль в формировании цифровой повестки Каспийского региона играют региональные интеграционные объединения, например Евразийский экономический союз (ЕАЭС), в состав которого из числа прикаспийских стран входят Россия и Казахстан. Хотя в рамках ЕАЭС вопросы цифровизации не регулируются отдельным двусторонним соглашением между Россией и Казахстаном, тем не менее решения Евразийской экономической комиссии «закладывают основы для гармонизации законодательства в области цифровой экономики»^[26]. Схожая ситуация наблюдается и в рамках другой региональной платформы — Шанхайской организации сотрудничества (ШОС), членами которой также являются Россия и Казахстан. Здесь вопросы цифровой повестки сосредоточены главным образом на международной информационной безопасности.

Вместо заключения: перспективные направления цифровизации в Каспийском регионе

В развитии цифровизации в Каспийском регионе следует выделить как общие тенденции, так и специфические особенности. В концептуальном плане цифровизация в прикаспийских государствах рассматривается преимущественно как инструмент реализации национальной политики. В то же время различия в уровне развития информационно-технологической сферы и несовпадение приоритетных задач препятствуют формированию условий для многостороннего взаимодействия в области цифровизации.

Во всех странах Каспийского региона государство играет доминирующую или крайне значимую роль в финансировании и координации процесса цифровизации. Это связано со стратегическим характером цифровой трансформации, необходимостью масштабных инфраструктурных инвестиций, которые частный сектор не всегда готов взять на себя в полном объеме, а также с желанием государств сохранить контроль над критической цифровой инфраструктурой.

Для стран Каспийского региона, исторически зависимых от добычи и экспорта углеводородов, цифровизация предоставляет уникальный шанс диверсифицировать экономику, снизить углеродный след и перейти к более устойчивым моделям развития.

В этом контексте цифровизация открывает для прикаспийских государств новые возможности. Одним из перспективных направлений цифровизации может стать зеленая повестка. Прежде всего, это касается повышения энергоэффективности и интеграции возобновляемых источников энергии (ВИЭ). Технологии «умных» сетей позволят оптимизировать производство, распределить потребление энергии, снизить потери и повысить надежность электроснабжения.

Цифровизация может сыграть ключевую роль в устойчивом управлении природными ресурсами региона. В сельском хозяйстве, особенно в обширных аграрных регионах России и Казахстана, технологичное земледелие при внедрении цифровизации позволит оптимизировать использование воды, удобрений и пестицидов, что особенно актуально в условиях нарастания дефицита водных ресурсов. Датчики влажности почвы, дроны для мониторинга состояния посевов и ИИ-алгоритмы для анализа данных помогут оптимизировать использование ресурсов, сократить отходы и минимизировать негативное воздействие на окружающую среду.

Для Ирана и Туркменистана, сталкивающихся с острым дефицитом воды, цифровые решения в управлении водными ресурсами будут иметь критическое значение. Системы мониторинга уровня воды в водоемах, датчики утечек в ирригационных системах и «умные» системы орошения, управляемые ИИ, значительно повысят эффективность использования воды. Иран уже разрабатывает собственные цифровые платформы для управления водными ресурсами в условиях засухи.

Борьба с изменением климата и адаптация в Каспийском регионе получат новые инструменты благодаря цифровым технологиям. Большие данные и ИИ позволят создавать более точные климатические модели, прогнозировать экстремальные погодные явления (засухи, наводнения, ураганы) и оценивать их воздействие на различные секторы экономики и инфраструктуру. Это критически важно для Каспийского региона, который подвержен таким явлениям, как опустынивание (особенно в Казахстане, Туркменистане, Иране) и колебаниям уровня Каспийского моря.

Тем не менее нельзя игнорировать тот факт, что на пути цифровизации государств региона стоят определенные трудности. Прикаспийские государства, богатые углеводородными ресурсами, уже столкнулись с дилеммой: стремясь развивать цифровую экономику, они в то же время пока не могут преодолеть проблему выработки энергии за счет использования ископаемого топлива. В России, например, многие крупные дата-центры используют электроэнергию из традиционных источников. Казахстан активно развивает зеленую энергетику для собственных нужд, включая цифровые центры. Иран с его высокой энергоемкостью экономики и субсидированием топлива также стоит перед необходимостью обеспечения дата-центров более чистой энергией.

Одним из наиболее существенных вызовов является значительный цифровой разрыв как между странами региона, так и внутри отдельных государств. Высокоскоростной Интернет и современные цифровые сервисы, как правило, сконцентрированы в крупных городах и промышленных центрах, в то время как сельские и удаленные районы остаются недостаточно охваченными (Кирамов, 2025), что усиливает социальное и экономическое неравенство. Высокая стоимость доступа в Интернет и цифровых устройств для некоторых слоев населения, особенно в странах с более низким уровнем доходов, ограничивает возможности участия значительной доли общества государств региона в цифровой экономике. Недостаток квалифицированных IT-специалистов и низкий уровень цифровой грамотности населения в целом замедляют внедрение и эффективное использование новых технологий.

Несмотря на все трудности, цифровизация открывает значительные перспективы для экономического роста Каспийского региона, повышения эффективности управления, улучшения качества жизни населения и укрепления регионального сотрудничества. Россия как одна из крупнейших и наиболее развитых в технологическом плане стран региона играет ключевую роль в этом процессе, выступая как драйвер, партнер и центр притяжения для реализации совместных цифровых проектов.

Цифровизация Каспийского региона представляет собой многогранную задачу, которая способна трансформировать экономику, социальную сферу и систему управления государствами региона. Прежде всего, это касается необходимости преодоления цифрового разрыва, обеспечения надежной кибербезопасности, модернизации инфраструктуры, совершенствования регуляторной базы и укрепления доверия между партнерами. Цифровизация Каспийского региона — это не только технологический, но и геополитический проект, требующий политической воли, стратегического видения и совместных усилий всех прикаспийских государств. Россия, будучи одним из ключевых игроков, может внести существенный вклад в создание процветающего и безопасного цифрового будущего для этого стратегически важного региона. Несмотря на существующие вызовы, потенциал для развития сотрудничества в сфере цифровых технологий в Каспийском регионе огромен.

^{1 Национальная программа «Цифровая экономика Российской Федерации» // Минцифры. URL: https://digital.gov.ru/target/naczionalnaya-programma-czifrovaya-ekonomika-rossijskoj-federaczii (дата обращения: 21.12.2025).}

^{2 Рейтинг цифровизации и внедрения ИИ в регионах России (январь-апрель 2025 года) // Регионы России. 19.05.2025. URL: https://rrmag.ru/2025/05/19/rejting-czifrovizaczii-i-vnedreniya-ii-v-regionah-rossii-yanvar-aprel-2025-goda/ (дата обращения: 27.12.2025).}

^{3 Сухих Е. Революционный держите шаг // Ведомости. 02.06.2025. URL: https://www.vedomosti.ru/partner/articles/2025/06/02/1112459-revolyutsionnii-derzhite (дата обращения: 21.12.2025).}

^{4 Послание Президента 2024: как Казахстан формирует цифровую экосистему // Официальный информационный ресурс Премьер-министра Республики Казахстан. 04.09.2025. URL: https://primeminister.kz/ru/news/poslanie-prezidenta-2024-kak-kazaxstan-formiruet-cifrovuiu-ekosistemu-30474 (дата обращения: 22.12.2025).}

^{5 Ахметова Я. Финтех в Казахстане: динамика индустрии и компании, формирующие будущее // Forbes. 15.10.2024. URL: https://forbes.kz/articles/finteh-v-kazahstane-dinamika-industrii-i-kompanii-formiruyushie-budushee-1f6312?ysclid=mioysf89jg394291549 (дата обращения: 26.12.2025).}

^{6 Азербайджан в шаге от цифровой трансформации // Интернет-портал СНГ «Содружество интеграций». 15.06.2024. URL: https://web.archive.org/web/20240712100241/https://e-cis.info/news/567/118958/ (дата обращения: 29.12.2025).}

^{7 Утверждено Положение об Информационной системе электронного правительства. Что ожидается? // Министерство цифрового развития и транспорта Азербайджанской Республики. 18.08.2025. URL: https://mincom.gov.az/ru/media-ru/novosti/utverzdeno-polozenie-ob-informacionnoi-sisteme-elektronnogo-pravitelstva-cto-ozidaetsia (дата обращения: 28.12.2025).}

^{8 Волмамедова Г., Сони А., Иванов Л.П. Цифровая трансформация в Туркменистане: от стратегии к действию // News Central Asia. 25.11.2024. URL: https://www.newscentralasia.net/2024/11/25/tsifrovaya-transformatsiya-v-turkmenistane-ot-strategii-k-deystviyu/ (дата обращения: 30.12.2025).}

^{9 Цифровой Казахстан // Министерство искусственного интеллекта и цифрового развития Республики Казахстан. URL: https://www.gov.kz/memleket/entities/maidd/activities/14764  (дата обращения: 31.12.2025).}

^{10 Там же.}

^{11 Распоряжение Правительства России от 28 июля 2017 г. № 1632-р // Информационно-правовой портал «Гарант». 03.08.2017. URL: https://www.garant.ru/products/ipo/prime/doc/71634878/?ysclid=mj1vc7z1b8242606980 (дата обращения: 28.12.2025).}

^{12 Паспорт национального проекта Национальная программа Цифровая экономика Российской Федерации (утв. президиумом Совета при Президенте РФ по стратегическому развитию и национальным проектам, протокол от 04.06.2019 № 7) // Судебные и нормативные акты РФ. URL: https://sudact.ru/law/pasport-natsionalnogo-proekta-natsionalnaia-programma-tsifrovaia-ekonomika/pasport/6/?ysclid=mj1vf7ar9969567453 (дата обращения: 22.12.2025).}

^{13 Azerbaijan Declares Strategic Road Map for Development of Telecommunication and Information Technologies // Report. December 30, 2016. URL: https://report.az/en/ict/azerbaijan-revealed-strategic-road-map-for-development-of-telecommunication-and-information-technolo?ysclid=mj1vyti96j775328249 (accessed: 26.12.2025).}

^{14 Президент Ильхам Алиев утвердил приоритеты развития Азербайджана до 2030 года // Федеральная национально-культурная автономия азербайджанцев России. 05.02.2021. URL: https://fnkaa.ru/prezident-ilham-aliev-utverdil-prioritety-razvitiya-azerbajdzhana-do-2030-goda/?ysclid=mj1w0licuu188155511 (дата обращения: 27.12.2025).}

^{15 Садыгов К. В Азербайджане будет разработана «Программа поддержки развития цифровой экономики» // Report. 10.12.2025. URL: https://report.az/ru/ikt/v-azerbajdzhane-budet-razrabotana-programma-podderzhki-razvitiya-cifrovoj-ekonomiki?ysclid=mj1w38xf46759230467 (дата обращения: 30.12.2025).}

^{16 Технический взгляд на отключения Интернета в Иране // Хабр. 18.07.2025. URL: https://habr.com/ru/companies/ruvds/articles/928124/ (дата обращения: 28.12.2025).}

^{17 Лаврова Д. Ландшафт киберугроз в Иране: H2 2024 — H1 2025 // Группа международной аналитики PT Cyber Analytics. 25.09.2025. URL: https://ptsecurity.com/research/analytics/cybersecurity-threatscape-iran-h2-2024-h1-2025/ (дата обращения: 19.12.2025).}

^{18 Социальные сети WhatsApp и Instagram (входят в группу компаний Meta) запрещены в Российской Федерации. Компания Meta признана экстремистской организацией на территории Российской Федерации (Прим. ред.).}

^{19 Хетагуров А. Кибермощь Ирана. Киберстражи Исламской Революции // Российский совет по международным делам. URL: https://russiancouncil.ru/cyberiran/?ysclid=mj1whkigrp431303967 (дата обращения: 22.12.2025).}

^{20 Концепция развития цифровой экономики в Туркменистане на 2019–2025 годы // Министерство здравоохранения и медицинской промышленности Туркменистана. URL: https://www.saglykhm.gov.tm/ru/dowlet-maksatnamalary-we-strategiyalary/turkmenistanda-2019-2025-nji-yyllarda-sanly-ykdysadyyeti-osdurmegin-konsepsiyasy (дата обращения: 19.12.2025).}

^{21 «Об электронном правительстве». Закон Туркменистана (Ведомости Милли Генгеша Туркменистана, 2022 г., № 3, ст. 71) // Меджлис Туркменистана. URL: https://mejlis.gov.tm/single-law/17?lang=ru (дата обращения: 23.12.2025).}

^{22 Утверждена Концепция развития цифровой экономики в Туркменистане на 2026–2028 годы // Государственное информационное агентство Туркменистана «Туркменистан сегодня». 08.10.2025. URL: https://tdh.gov.tm/ru/post/46454/utverzhdena-koncepciya-razvitiya-cifrovoj-ekonomiki-v-turkmenistane-na-2026-2028-gody (дата обращения: 22.12.2025).}

^{23 AzerTelecom представляет программу Azerbaijan Digital Hub на выставке BakuTel // ABC.az. 04.12.2019. URL: https://abc.az/az/news/37321 (дата обращения: 12.12.2025).}

^{24 Azerbaijan, Kazakhstan to Start Laying Trans-Caspian Fiber-Optic Cable Line // Report. July 25, 2024. URL: https://report.az/en/infrastructure/azerbaijan-kazakhstan-to-start- laying-trans-caspian-fiber-optic-cable-line?ysclid=mj2hq5hmwh998822277 (accessed: 23.12.2025).}

^{25 Казахстан и Азербайджан проложат линию связи по дну Каспийского моря // Tengrinews.kz. 31.12.2022. URL: https://tengrinews.kz/internet/kazahstan-azerbaydjan-prolojat-liniyu-svyazi-dnu-kaspiyskogo-478996/ (дата обращения: 24.12.2025).}

^{26 «Договор о Евразийском экономическом союзе» (Подписан в г. Астане 29.05.2014) (ред. от 25.05.2023) (с изм. и доп., вступ. в силу с 24.06.2024) // КонсультантПлюс. URL: https://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_163855/ (дата обращения: 25.12.2025).}

Об авторах

Сергей Сергеевич Жильцов

Автор, ответственный за переписку.
Email: serg.serg56@mail.ru
ORCID iD: 0000-0002-4898-2627
SPIN-код: 4297-7880

доктор политических наук, заведующий кафедрой политической теории

Список литературы

Дополнительные файлы