Alkaios on the role of Mytilenian aristocracy in the economic life during stasis

Cover Page

Cite item

Abstract

The purpose of this paper is to analyze the evidence concerning different activities of aristocracy and if possible to define its role in the economic life during a very specific period in the history of archaic Mytilene, i.e. stasis. Alkaios’ poetry provides valuable information on the problem in question. Alkaios is one of the main witnesses and participants in the described events. Besides that, lyrics of Sappho, Alkaios’ contemporary, is used, her poems provide concrete examples which complete Alkaios’ evidence. The results of archaeological investigations corroborate the data of the written sources and shed light on those spheres of aristocracy activities that have not got evident representation in the authentic sources. We are talking about agriculture and the role of aristocracy in this economic sector and moreover about the land as a main source of material well-being of aristocracy. After all the land issue was always in the focus of poleis policy in time of peace as well as during turbulent political strife. Analyzed information from the set of available sources testifies to a very complicated role played by Mytilenian aristocracy in the economic life of Mytilene during stasis that is difficult to evaluate unambiguously. An important evaluation criterion of the role is possession of civil rights of which the losing party may be deprived during stasis while having to flee into exile. In the first case the role may be positive and in the second one negative.

Full Text

Введение Реконструкция социально-экономических отношений в архаической Греции и определение роли того или иного социального слоя общества в экономическом развитии полиса сопряжены со многими источниковедческими проблемами. В очень редких случаях в их распоряжении оказываются аутентичные письменные источники по интересующей проблеме, обычно же они датируются более поздним временем. Часто донесенные ими сведения отрывочны, мало информативны, субъективны, имеют косвенное отношение к изучаемой тематике. Кроме того, постоянно возникает вопрос о соотношении информации, донесенной разными видами источников. Выбранный для рассмотрения пример с митиленской аристократией является показательным с точки зрения обеспечения заявленной темы разного рода источниками, среди которых главную роль играют аутентичные. Речь идет о произведениях Алкея, написанных по самым разнообразным поводам и событиям. И хотя их данные очень тенденциозны, так как сохранившееся было традиционным продуктом очень узких социальных групп, но у них есть огромное преимущество, ведь избирательность, определившая их сохранность, это - избирательность того самого общества, которое ее и выработало, а не более позднего [1. P. 6]. Характерной чертой произведений Алкея является отсутствие объяснений исторического контекста, который в них отражен, так как, с одной стороны, они исполнялись перед аудиторией, уже знакомой с ситуацией, а с другой, все, что в них описано, воспринималось греческими элитами как нечто для них общее [2. P. 39-40]. Алкей воспевал не только винопитие и игру в коттаб во время симпосиев, но и политические раздоры в родном полисе, и борьбу своей гетерии против единоличных правителей. Песни Алкея, и отчасти Сапфо, содержат также ценную информацию о тех видах деятельности, к которым прибегали представители аристократии Митилены, когда находились по тем или иным причинам за пределами своего полиса, а точнее о наемничестве и морских торговых операциях. На основании этих данных можно проследить, какое влияние оказывали эти аристократы на экономическую жизнь, обратившись к подобным занятиям. Виды деятельности аристократиии ее роль в экономической жизни Стихотворение Алкея (фр. 350 Voigt) [3], в котором поэт приветствует возвращение старшего брата Антименида «от пределов земли», чаще всего рассматривается как основной источник для выводов об использовании наемников из Эгеиды восточными правителями, главным образом в египетской армии Саисской династии, а не в вавилонской, как предполагалось ранее [4. P. 90, 104, 108]. Служба Антименида наемником относится ко времени второго изгнания из Митилены проигравших в политической схватке аристократов. По инициативе победителя Питтака родину покинула не только гетерия Алкея и Антименида, главных его противников, но Клеанактиды, и клан, к которому принадлежала Сапфо, последная отправилась на Сицилию. В этот же период Алкей, оказавшись за пределами Лесбоса, побывал во многих странах, в том числе и в Египте (фр. 432 Voigt) [3; 5. P. XXIII]. Предположительно, Алкей тоже служил наемником в армии египетского фараона [6. P. 223, note 2; 7. P. 136]. Оценить роль представителей элиты, пребывавших в изгнании и одновременно служивших наемниками в армиях восточных правителей, в развитии экономики можно двояко: с точки зрения выгоды/ущерба для родного полиса и для иностранного, на правителя которого они служили. Выступая в роли наемников, греческие аристократы способствовали проведению политики восточных правителей, в том числе и продвижению их экономических интересов, которые порой могли противоречить таковым их родных полисов. С другой стороны, долговременное отсутствие представителей аристократической элиты (в изгнании иногда отправлялись целыми родами), чьим основным источником богатства были земельные владения, сказывалось отрицательно на экономическом развитии их родной Митилены, так как они (аристократы) не вносили никакого вклада в общую прибыль полиса путем производства необходимого продукта и на рынок, а скорее наоборот, уменьшали объем валового внутреннего продукта [9. P. 187 - о роли Архилоха-наемника, с которым можно сравнить Алкея]. О более раннем эпизоде наемничества, на сей раз самого поэта свидетельствует стихотворение (фр. 428 Voigt) [3], в котором Алкей рассказал о своем участии в афино-митиленском конфликте из-за Сигея. Последний пример наемничества отличается от упомянутых первых двух тем, что Алкей во время Сигейской войны был еще полноправным гражданином Митилены, защищавшим интересы родного полиса, в том числе и экономические. Ведь после победы над предводителем афинян Питтаку, командующему митиленянами, была предложена от имени сограждан половина той земли, за которую он вступил в единоборство. Питтак, однако, предложил разделить ее на равные участки и по жребию наделить митиленян (Diod. Sic. IX.12.1) [8]. Вклад аристократов-наемников, воевавших за приобретение новых или за возвращение прежних колоний, в экономическое развитие своего полиса был и иного рода: они обеспечивали экономическую безопасность для своих собратьев-аристократов, оставшихся дома и продолжавших заниматься традиционной деятельностью. Кроме того, пока такие представители аристократической элиты, как Алкей и его брат, находились не в изгнании, а в родном полисе, у них была постоянная доля в постепенно прирастающей прибыли, поступающей с земельных владений в город, которым они же и управляли, занимая высшие магистратуры, места в совете и т.д. [9. P. 183, 187]. Еще один вид деятельности, к которому часто обращались митиленские аристократы, в период стасиса, это морская торговля. В двух стихотворениях Алкея (фр. 208a, 6 Voigt) [3], которые еще с древности стали понимать аллегорически, рассматривая образ корабля то как символ государства, то как гетерии, что характерно для трактовки в настоящее время [10. S. 126-134], встречается значительное число терминов, связанных с мореплаванием. Присутствие специализированной лексики и способ ее употребления выдают не только хорошее знакомство Алкея с морем, но и обладание немалым опытом в морским деле [9. P. 192-193]. Стоит вспомнить и Алкеевский гимн Диоскурам (фр. 34 Voigt) [3], покровителям мореплавателей и путешественников. Данные Алкея об участии аристократов в заморских торговых операциях находят подтверждение в стихотворениях его современницы Сапфо (фр. 5, 15) [6], («Песня братьям») [11. P. 25, 32], посвященных старшему брату Хараксу. В более поздних источниках также содержится информация о Хараксе как о торговце митиленским вином в Навкратисе (Herod. II.135) [12], (Strabo. XVII.1.33) [13]. В противоположность давно бытующему представлению о Хараксе как торговце было выдвинуто соображение, что Харакс - путешественник и искатель приключений, который на вырученные от продажи вина деньги жил в Египте или странствовал. Однако эта идея не получила поддержки и была подвергнута критике [9. P. 188]. В одном из поздних источников есть упоминания о муже Сапфо, который, находясь в изгнании, также обратился к морской торговле, обосновавшись на о. Андрос (Suda s.v. Σαπφώ) [14]. Высказывалось предположение о существовании торговых отношений между Лесбосом и Навкратисом, ведь постоянный спрос в Египте на качественное вино, подобное лесбосскому, способствовал рождению предложения на Лесбосе, где местные аристократы-землевладельцы приспосабливались к складывавшимся условиям: одни стали больше производить вина, на которое был спрос, другие - занялись его поставками [7. P. 138]. Археология подтверждает существование подобных отношений: в Навкратисе были найдены лесбосские транспортные амфоры для вина, сосуды для питья в стиле лесбосского «буккеро» [15. P. 156-163]. Следует сказать, что на части таких сосудов, которые были вотивными, обнаружены граффити, датируемые второй четвертью VI в. до н.э. и представляющие собой посвящения митиленцев, а не «лесбосцев» или «эолийцев» [16. P. 359-362]. Отличительные особенности архаической Митилены, обусловившие выбор занятий аристократией Рассматривая археологические свидетельства и информацию более поздних, чем синхронные письменные источники, в которых может быть отражено так или иначе социально-экономическое развитие Митилены, можно заметить следующее. Об архаической Митилене достоверно известно, что она была одним из шести независимых лесбосских полисов архаической эпохи (Herod. I.151) [12], однако существенно отличилась от них: сфера ее интересов не была ограничена только островными, а была больше ориентирована на внешний мир [17. P. 75, 78, 81]. В некоторых сообщениях Геродота четко просматриваются эти отличия. Так, в рассказе об основании знаменитого общеэллинского святилища в Навкратисе Геродот, перечисляя по отдельности ионийские и дорийские полисы, принявшие участие в этом мероприятии, подчеркивает, что из эолийских полисов только одна Митилена была среди основателей (Herod. II.178) [12]. Ориентацией этого полиса на внешний мир объясняется и ее колонизационная деятельность, наиболее ярким эпизодом которой была упомянутая выше борьба с Афинами за Сигей, расположенный в Троаде. Активное участие Лесбоса, и в первую очередь Митилены, в колонизации Троады было обусловлено стремлением знати расширить земельные владения, ведь именно земля была источником их богатства и политического господства [18. С. 14; 2. P. 38; об аграрном характере лесбосской колонизации: 19. С. 28]. Об остроте земельного вопроса для лесбосских полисов свидетельствуют разного рода источники. Так, Геродот в рассказе о лесбосских полисах сообщает, что в какой-то момент Метимна присоединила Арисбу (Herod. I.151) [12]. Выбор пал на Арисбу, потому, что ей принадлежала самая большая пахотная равнина острова [17. Fig. 4.1 on p. 69, 70; 2. P. 37]. Материальные свидетельства, выявленные в результате археологического обследования, также говорят о традиционном интересе к земельному вопросу. Обнаруженные в ходе изучения острова монументальные сооружения представляют собой девятнадцать комплексов, состоящих из каменных башен с оградами полигональной кладки. Они размещены на видных участках сельской местности в центральной и западной части острова. Располагаясь на окраине полисных владений, а не в центре поселения, эти сооружения, наряду с культовыми, очерчивали границы хоры полисов [17. P. 72-73]. Попытки более четкого определения сельских территорий каждого полиса свидетельствуют о существовании конфликтов из-за земельного вопроса [17. P. 73; 2. P. 38]. Эти многофункциональные сооружения имели еще и символическое значение: они были построены элитами лесбосских полисов в качестве статусных символов (престижная демонстрация потребляемого богатства), маркирующих их социальное отличие от других граждан полиса. Для Митилены не характерно наличие подобных башен с оградами на ее хоре, что отчасти можно объяснить ее географическим положением: нагорье Олимпа отделяет Митилену от других полисов Лесбоса, поэтому не ощущалось необходимости в оборонительных сооружениях на внешних границах полиса [17. P. 75]. В самой Митилене также отмечается отсутствие искусных архитектурных сооружений, которые играли роль в утверждении статуса элит в полисе, что дает возможность предположить наличие у митиленской элиты альтернативных источников престижа, а именно - доступа к восточным предметам роскоши посредством торговли [17. P. 70, 73, 79; 2. P. 39]. Митиленская аристократия предпочитала делать вложения не в строительство храмов или общественных зданий в родном городе или в монументальные сооружения на его окраине, а в предприятия за пределами острова: заморскую торговлю, основание колоний. Последствия такого предпочтения митиленской элиты и ее открытости идеям и влияниям других культур очевидны: они ускорили процессы, приведшие к глубокому социальному кризису и длительной нестабильности политического порядка [17. P. 79-80; 7. P. 135, 139]. Заключение Анализ информации, донесенной разного рода источниками, показывает, что особенности социально-экономического развития Митилены во многом определили выбор аристократией видов деятельности. При этом, отдавая предпочтение тому или иному занятию, аристократия в свою очередь влияла на формирование упомянутых особенностей Митилены. Рассмотренные данные свидетельствуют о неоднозначности роли аристократии в экономической жизни Митилены. Важным критерием оценки этой роли является наличие гражданства, которое может быть утрачено в период стасиса проигравшей стороной, отправившейся в изгнание. В первом случае роль оценивается положительно, а во втором отрицательно, несмотря на то, сами виды деятельности аристократии были одинаковы.

×

About the authors

Yelena Ivanovna Solomatina

Institute of World History Russian Academy of Sciences

Author for correspondence.
Email: Solomatina_elena@yahoo.com

Research Fellow Detachment for Comparative Studies of the Ancient Civilizations

32A, Leninsky pr-t, Moscow, Russian Federation, 119334

References

  1. Osborne R. Greece in the Making, 1200–479 BC. London: Routledge, 1996.
  2. Forsdyke S. Exile, Ostracism, and Democracy. The Politics of Expulsion in Ancient Greece. Princeton & Oxford: Princeton University Press, 2005.
  3. Sappho et Alcaeus. Fragmenta. Ed. E.-M. Voigt. Amsterdam: Polak & van Gennep, 1971.
  4. Fantalkin A., Lytle E. Alcaeus and Antimenidas: Reassessing the Evidance for Greek Mercenaries in the Neo-Babylonian Army. Klio. 2016;98(1):90–117.
  5. Alcée. Fragments. Texte établi, traduit et annoté par G. Liberman. T. 1−2. Paris: Les Belles Lettres, 1999.
  6. Page DL. Sappho and Alcaeus. An Introduction to the Study of Ancient Lesbian Poetry. Oxford: Clarendon Press, 1955.
  7. Raaflaub KA. The Newest Sappho and Archaic Greek-Near Eastern Interactions. In: The Newest Sappho: P. Sapph. Obbink and P. GC inv. 105, frs. 1–4): Studies in Archaic and Classical Greek Song, vol. 2 (Mnemosyne Supplements 392). Ed. by A. Bierl, A. Lardinois. Leiden, Boston: Brill, 2016. P. 127–147.
  8. Diodorus of Sicily. The Library of History. With an English translation by C.H. Oldfather. In 12 volumes. Vol. IV: Books IX–XII (Loeb Classical Library). London: William Heinemann LTD, 1956 (reprint).
  9. Tandy D. Trade and Commerce in Archilochos, Sappho, and Alkaios. In: R. Rollinger and Ch. Ulf, eds., Commerce and Monetary Systems in the Ancient World: Means of Transmission and Cultural Interaction. Stuttgart: Fritz Steiner Verlag, 2004. P. 183–194.
  10. Rösler W. Dichter und Gruppe. Eine Untersuchung zu den Bedingungen und zur historischen Funktion früher griechischer Lyrik am Beispiel Alkaios. München: W. Fink, 1980.
  11. Obbink D. The Newest Sappho: Text, Apparatus Criticus, and Translation. In: The Newest Sappho: P. Sapph. Obbink and P. GC inv. 105, frs. 1–4): Studies in Archaic and Classical Greek Song, vol. 2 (Mnemosyne Supplements 392). Ed. by A. Bierl, A. Lardinois. Leiden, Boston: Brill, 2016. P. 13–33.
  12. Herodotus. The Persian Wars. Translated by A.D. Godley. In 4 volumes. Vol. I (Loeb Classical Library). Cambridge, MA: Harvard University Press, 1920.
  13. Strabo. Geography. With an English Translation by H.L. Jones. In 8 volumes. Vol. VIII (Loeb Classical Library). London: William Heinemann LTD, 1967.
  14. Suidae Lexicon. Ed. A. Adler. In 5 volumes. Leipzig: B.G. Teubner, 1967. Vol. IV: Π–Ψ. Leipzig: B.G. Teubner, 1971.
  15. Dupont P. Archaic East Greek Trade Amphoras. In: R.M. Cook and P. Dupont, eds., East Greek Pottery. London: Routledge, 1998. P. 142–191.
  16. Jeffery LH. The Local Scripts of Archaic Greece. A Study of the Origin of the Greek Alphabet and its Development from the Eighth to the Fifth Centuries B.C. Oxford: Oxford University Press, 1961.
  17. Spencer N. Exchange and Stasis in Archaic Mytilene. Alternatives to Athens: Varieties of Political Organization and Community in Ancient Greece. Ed. by R. Brock & S. Hodkinson. Oxford: Oxford University Press, 2000. P. 68−81.
  18. Myakin TG. Stanovlenie polisnogo stroja na Lesbose v VII–VI vv. do n.je. (jetnosocial’nyj aspekt) [The formation of the polis system in Lesbos in VII–VI cent. BC (ethno-social aspect)]. In: A.P. Derevyanko, ed., History and Sociology of the State. Novosibirsk: Novosibirsk State University Press, 2003. P. 5-12. (In Russ.).
  19. Surikov IE. Nekotorye problemy istorii drevnegrecheskih gorodov v regione chernomorskih prolivov [On Some Problems of History of Ancient Greek Cities in the Region of the Black Sea Straits]. Ancient World and Archaeology. Saratov: Saratov State University Press. 2013;(16):24-38.

Copyright (c) 2021 Solomatina Y.I.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies