In recent years, domestic violence has become one of the most discussed social problems. In the Russian public space, there are heated debates about the necessity of an additional law on the prevention of domestic violence, the limits of state and public organizations’ intervention in family affairs, and the value content of the concept “strong family”. At the same time, there are debates about the importance of criminalizing or decriminalizing domestic violence in the field of political struggle between liberal and conservative forces. Despite such a broad public interest and high-profile cases of domestic violence covered in the media, this issue is poorly represented in the Russian scientific research. The article outlines the possibilities of sociological monitoring of public opinion on this problem. The authors compare indicators of the all-Russian surveys conducted in 2019 and 2024 and analyze official statistics on domestic violence from 2015 to 2023 to make conclusions about the Russians’ perception of domestic violence, their personal experience, value orientations and social attitudes when facing such a situation. Domestic violence is perceived by most respondents as a significant social problem, complex in nature and implying not only physical and sexual violence against a family member but also psychological and economic violence; therefore, the role of the psychological factor in the family increases. In general, domestic violence is largely hidden in nature, so, to assess its scale, the authors suggest to use a combination of indirect factors such as the share of withdrawn statements of victims, people’s assessment of the prevalence of domestic violence in their immediate environment (among neighbors, friends and relatives).
В последние годы домашнее насилие стало одной из наиболее обсуждаемых социальных проблем. В российском публичном пространстве идут жаркие споры о том, необходим или нет дополнительный закон о профилактике домашнего насилия, о границах вмешательства государства и общественных организаций в дела семьи, о ценностном содержании понятия «крепкая семья». При этом споры о важности криминализации или декриминализации семейного насилия проникают и в политическую плоскость борьбы либеральных и консервативных сил. Несмотря на столь широкий общественный интерес и резонансные случаи домашнего насилия, освещенные в СМИ, эта проблематика крайне скупо представлена в российском научно-исследовательском поле. В статье обозначены возможности социологического мониторинга общественного мнения по данной проблеме. Сравниваются показатели всероссийских опросов, проведенных авторами в 2019 и 2024 годы, анализируются данные официальной статистики семейного насилия за период 2015-2023 годов. Делаются выводы о характере восприятия россиянами домашнего насилия, их личном опыте, ценностных ориентациях и социальных установках при столкновении с подобной ситуацией. Домашнее насилие воспринимается большинством опрошенных как значимая социальная проблема, комплексная по характеру. Россияне относят к нему не только физическое и сексуальное насилие в отношении члена семьи, но также психологическое и экономическое насилие, причем роль психологического фактора в семье возрастает. В целом домашнее насилие носит во многом скрытый характер, поэтому оценка его масштабов требует учета косвенных факторов его появления, таких как доля отозванных заявлений потерпевших, оценка распространенности домашнего насилия в ближнем окружении (среди соседей, друзей и родственников).