In explanatory dictionaries, “post” is interpreted either as a prefix that has the same meaning as the word “after” (the most obvious and well-known examples from the social sphere are post-imperialist or post-colonial (world), post-Soviet (period), post-socialist (countries), etc.), or as the first part of compound words, denoting what exists/happens based on the second part of the word (post-impressionism, postmodernism, post-industrial, etc.) [see, e.g.: 4]. On aggregator websites of definitions from different dictionaries [see, e.g.: 13], “post” is interpreted mainly as a prefix denoting something that occurs after something, but in relation to philosophical trends of the end of the 20th century (postmodernism, postpositivism, poststructuralism, etc.), it is not only about “after”, but also about a kind of (not dialectical or negative) denial of immediate predecessors - as changing (or destroying) the accepted ideas about the hierarchy of attitudes and methods, which can be applied to human activities beyond philosophy (post-capitalism, postcommunism, post-Fordism, etc.) [see, e.g.: 15]. The lexical and research legitimacy of the prefix “post” has not been questioned for a long time, it is taken for granted in scientific and official discourses; however, the question is whether this “tool” of analytical conceptualization is universal or it has a distorting effect on research “optics” and “rhetoric” and, accordingly, a discriminatory effect on the corresponding objective realities, given the heterogeneity of most contemporary social-economic and other processes. In particular, whether we can use concepts with the prefix “post” to assess the state and prospects of the so-called “human capital”, considering its variability on the conditional but already traditional “rural-urban continuum”. The article presents an attempt to provide a preliminary assessment of the universality (or limitations) of the concepts with the prefix “post” in the study of the rural “cluster” of human capital.
В толковых словарях русского языка «пост» интерпретируется либо как приставка, имеющая то же значение, что и слово «после» (самые очевидные примеры из социальной сферы - постимпериалистическ ий или постколониальный (мир), постсоветский (период), постсоциалистические (страны) и т.д.), либо как первая часть сложных слов, обозначающая то, что существует/происходит на фундаменте того, что указано во второй части слова (постимпрессионизм, постмодернизм, постиндустриальный и т.д.) [см., напр.: 4]. На сайтах-агрегаторах определений из разных по тематикам словарей [см., напр.: 13] «пост» трактуется преимущественно как приставка, обозначающая нечто, возникающее вслед за чем-либо или после чего-либо, а применительно к философским направлениям конца ХХ века (постмодернизм, постпозитивизм, постструктурализм и др.) речь идет и о своеобразном (не диалектическом или негативном) отрицании предшественников - меняющем (или разрушающем) представления об иерархии установок и методов, что применимо и к деятельности за пределами философии (посткапитализм, посткоммунизм, постфордизм и т.д.) [см., напр.: 15]. Лексическая и научно-исследовательская легитимность приставки «пост» давно не ставится под сомнение, она воспринимается как сама собой разумеющаяся в научном и официальном дискурсе. Однако возникает вопрос, насколько данный «инструмент» аналитической концептуализации универсален, не оказывает ли он искажающий эффект на исследовательскую «оптику» и, соответственно, дискриминирующее воздействие на те объективные реалии, которые мы «через» него рассматриваем, учитывая неоднородность современных социально-экономических и иных процессов? В частности, можем ли мы, применяя понятия с приставкой «пост», оценивать состояние и перспективы «человеческого капитала», принимая во внимание его вариативность на традиционном для социальных наук «сельско-городском континууме»? В статье представлена попытка дать предварительную оценку применимости концептуального аппарата с приставкой «пост» для характеристики сельского «кластера» человеческого капитала.