The article considers digital human rights as a relatively new social-legal phenomenon which has recently become the focus of scientific discussions. Some scientists believe that digital rights have specific determinants which explain their character of sui generis , i.e., digital rights represent a new - fourth - generation of human rights. The author considers digital rights in their international-legal and social dimensions in order to clarify their nature and definitions, and argues that the scientific-expert community lacks a single understanding of digital rights; therefore, such rights should be named information-digital, which would reflect their information nature as a construct of reality (including virtual reality). The social dimension of digital rights is manifested in the unprecedented impact of the digitalization of social relations, which penetrates all spheres of contemporary society, determines various ethical and legal problems and becomes an issue of such philosophical concepts as transhumanism. In particular, transhumanism, supported by some leaders of the developed countries, implies negative consequences and challenges for traditional human rights since it insists on the transformation of human nature. The internationallegal dimension of digital law is expressed in the symbolic connection between ‘traditional’ and digital rights. When interpreting digital rights as information-digital, there are no differences between the above-mentioned types of rights, since they form an organic whole. Digital rights are a new type of the ‘traditional’ information rights, the provision and protection of which are sufficiently regulated (set) by the norms of the so-called Bill of Rights that includes the Universal Declaration of Human Rights (1948) and the International Covenants on Human Rights (1966). Certainly, for new types of digital rights, it is necessary to develop additional protocols for the International Treaties. However, already now we need to seriously consider the implementation mechanism for digital rights, for instance, such as specialized groups of experts (lawyers and specialists in digital technologies) in the UN. The author proposes to develop an International Information-Digital Code of Rights in order to ensure a comprehensive regulation of digital human rights and freedoms.
Статья посвящена цифровым правам человека, представляющим собой относительно новый социально-правовой феномен, который все чаще фигурирует в научном дискурсе как объект острых дискуссий. Среди ученых, занимающихся этой проблематикой, существует точка зрения, что цифровые права обладают специфическими детерминантами, придающими им характер sui generis (единственных в своем роде), что позволяет отнести их к новому - четвертому - поколению прав человека. Рассматривая цифровые права в контексте международно-правового и социального измерений, автор уточняет их сущность и природу, рассматривая ряд дефиниций в публикациях российских и зарубежных исследователей. Учитывая, что среди представителей научного и экспертного сообществ отсутствует единая и консолидированная точка зрения на данную проблему, автор приходит к выводу, что более корректно называть такие права информационно-цифровыми, поскольку они неразрывно связаны с информацией, являющейся конструктом реальности (в том числе виртуальной реальности) и выступающей в качестве одной из социальных ценностей. Социальное измерение цифровых прав наглядно проявляется в том беспрецедентном воздействии, которое оказывает цифровизация социальных отношений, проникающая во все сферы жизнедеятельности современного социума, порождающая различные этические и правовые проблемы и являющаяся объектом некоторых философских концепций, например, трансгуманизма. В частности, трансгуманизм, базовые постулаты которого взяли на вооружение некоторые лидеры развитых стран, несет в себе угрозы и вызовы для традиционных прав человека, поскольку нацелен на трансформацию человеческой природы. Международно-правовое измерение цифровых прав находит выражение в той символической связи, которая существует между «традиционными» и цифровыми правами. При трактовке рассматриваемых прав как информационно-цифровых не существует никаких различий между указанными ранее видами прав, поскольку они представляют собой органическое целое. Цифровые права - это новая разновидность «традиционных» информационных прав, обеспечение и защита которых в достаточной степени регламентированы (урегулированы) положениями и нормами соответствующих статей так называемого Билля о правах, включающего в себя Всеобщую декларацию прав человека (1948) и Международные пакты о правах человека (1966). Безусловно, когда будут появляться новые виды цифровых прав, то целесообразно предусмотреть разработку и принятие дополнительных протоколов к международным пактам. Однако уже сейчас надо серьезно думать о механизме контроля реализации цифровых прав, в частности в структуре ООН должны быть созданы профильные комитеты (из юристов и специалистов в области цифровых технологий). Автор предлагает разработать в рамках ООН Международный информационно-цифровой кодекс прав, призванный обеспечить всестороннее и комплексное регулирование цифровых прав и свобод человека.