Dr.Sc. (Philology), Professor at the General and Russian Linguistics Department, Faculty of Philology
доктор филологических наук, профессор кафедры общего и русского языкознания
PhD student at the General and Russian Linguistics Department, Faculty of Philology
аспирант кафедры общего и русского языкознания филологического факультета
The authors examine Constantine Balmont’s translation (1911) of Edgar Allan Poe’s short story “The Murders in the Rue Morgue”. The research aims to identify the translator’s main strategies and to interpret this work through the lens of the translingual paradigm. The analysis focuses on linguistic, cultural, aesthetic and functional aspects of the source text, as well as their rendering in the Russian version. A comparative perspective demonstrates that Balmont sought to preserve Poe’s idiosyncratic style and the cognitive and cultural structure of the narrative, while providing explanatory notes where necessary for early twentieth-century Russian readers. The study suggests that Balmont’s translation can be regarded as an early instance of translingual practice, long before the term was introduced in contemporary linguistics. The observations made here do not claim to be exhaustive but indicate new perspectives for further research on Balmont’s role in the Russian reception of Poe and on the potential relevance of the translingual framework for the study of literary translation.
Рассмотрен перевод рассказа Эдгара По «The Murders in the Rue Morgue», выполненный Константином Бальмонтом и опубликованный в 1911 г. Цель исследования заключается в выявлении особенностей переводческой стратегии Бальмонта и в попытке интерпретации его работы через призму транслингвальной парадигмы. В центре внимания находятся лингвостилистический, культурологический, идейно-эстетический и функциональный аспекты оригинального текста, а также их отражение в переводе. Сравнительный анализ позволил установить, что Бальмонт стремился к точности воспроизведения идиостиля По и сохранению когнитивной и культурной структуры произведения, дополняя текст комментариями и пояснениями там, где это было необходимо для русской аудитории начала XX в. Показано, что подход Бальмонта можно рассматривать как пример транслингвальной практики задолго до появления термина translanguaging. Сделанные наблюдения открывают перспективу для дальнейшего изучения роли Бальмонта в истории русской рецепции Эдгара По, а также для осмысления продуктивности транслингвального подхода в исследовании художественного перевода.