Doctor sciences of Philology, professor, Foreign philology and translation studies, Faculty of Philology and World Languages
доктор филологических наук, профессор кафедры иностранной филологии и переводческого дела факультета филологии и мировых языков
Ph.D.
Ph.D., Head of Department of Foreign philology and translation studies, Faculty of Philology and World Languages
Ph.D., зав.кафедрой иностранной филологии и переводческого дела факультета филологии и мировых языков
The criteria for pluricentric languages, generalized by the Working Group on NonDominant Varieties of Pluricentric Languages (WGNDV), as well as our earlier condition of tightness, opacity, incomprehensibility of Kazakh Russian were used to discuss the possibility of its gradual formation. Two main conclusions were made: a) the Russian language of the post-Soviet space currently meets the criteria for pluricentric languages; b) the Russian language in Kazakhstan is going through rapid and noticeable diversification processes. The arguments of Kazakhstani linguists who assert (B.Kh. Khasanov, E.A. Zhuravleva, D.D. Shaibakova, etc.) or deny (Z.K. Sabitova, A.K. Kazkenova, etc.) the qualifications of the Russian language as variant in Kazakhstan - a country of long-term and massive Kazakh-Russian bilingualism. Generations of Russian speakers (monolinguals - ethnic Russians, Koreans, Ukrainians and others and bilinguals - Kazakhs, Uzbeks, Uighurs and others) with a dominant Russian or a dominant ethnic language - are involved in the processes of Soviet Russification and modern Kazakhization with different effects. Nowadays the diversification of the Russian language in Kazakhstan is taking place against the background of a fundamental change in the status and functional state of the Kazakh and Russian languages; reducing the number of native Russian speakers; fundamental changes in Kazakh-Russian bilingualism, reflected in the crisis of the linguistic identity of a part of Kazakhstanis, in a linguistic shift towards the Russian language (Koreans, part of Kazakhs, Ukrainians, small ethnic groups, etc.) and a turn of the linguistic shift of Kazakhs; strengthening the position of the Kazakh language in business, culture, education, mass media, interethnic communication; the changed vector of influence of languages (Kazakh Russian) and the openness of the Russian language for oral and written borrowings, especially in media texts; finally, new communication needs of Kazakhstanis. The long-term linguistic and cultural borderland, which forms the internalized conceptual-mental picture of the world inherent in Kazakhstanis, has become a fundamental factor stimulating the diversification processes of the Russian language in Kazakhstan.
Критерии плюрицентрических языков, обобщенные «Рабочей группой по недоминантным разновидностям плюрицентрических языков» (WGNDV), а также ранее выдвинутое нами условие герметичности, непрозрачности, непонятности казахстанского русского были использованы для обсуждения возможности его постепенного образования. Сделаны два основных вывода: а) русский язык постсоветского пространства в настоящее время соответствует критериям плюрицентрических языков; б) русский язык в Казахстане переживает бурные и заметные по результатам диверсификационные процессы. Выделены аргументы казахстанских лингвистов, утверждающих (Б.Х. Хасанов, Е.А. Журавлева, Д.Д. Шайбакова и др.) или отрицающих (З.К. Сабитова, А.К. Казкенова и др.) квалификацию русского языка как варианта в Казахстане - стране долговременного и массового казахско-русского двуязычия. Поколения носителей русского языка (монолингвы - этнические русские, корейцы, украинцы и другие и билингвы - казахи, узбеки, уйгуры и другие) с доминирующим русским или доминирующим этническим языком - с разным эффектом вовлечены в процессы советской русификации и современной казахизации. Диверсификация русского языка в Казахстане сегодня происходит на фоне кардинального изменения статуса и функционального состояния казахского и русского языков; сокращения числа урожденных носителей русского языка; принципиальных перемен казахско-русского двуязычия, отражающегося в кризисе языковой идентичности части казахстанцев, в языковом сдвиге в сторону русского языка (корейцы, часть казахов, украинцы, малочисленные этносы и др.) и повороте языкового сдвига казахов; усиления позиций казахского языка в деловой сфере, культуре, образовании, масс-медиа, межэтническом общении; изменившегося вектора влияния языков (казахский русский) и открытости русского языка для устных и письменных заимствований, особенно в медиа текстах; наконец, новых коммуникативных потребностей казахстанцев. Длительное языковое и культурное пограничье, образующее присущую казахстанцам интериоризированную концептуально-ментальную картину мира, стало принципиальным фактором, стимулирующим диверсификационные процессы русского языка в Казахстане.