Dr. Habil. Hist., Leading Researcher
д-р истор. наук, ведущий научный сотрудник
PhD in History, Researcher at the Institute of History, Siberian Branch of the Russian Academy of Sciences; Senior Lecturer of the Department of Theory and History of State and Law, Novosibirsk State University of Economics and Management
канд. истор. наук, научный сотрудник, Институт истории, Сибирское отделение Российской академии наук; старший преподаватель кафедры теории и истории государства и права, Новосибирский государственный университет экономики и управления
The authors analyze the dynamics of repressions in the 1920-1930s towards Chinese people permanently residing on the territory of the USSR. There is illustrated the interdependence of the naturalization of the Chinese and the punitive policy. It is shown that in the period of 1929-1936 there were several anti-Chinese campaigns in the Far East and Siberia, and there is given an assessment of their consequences. The authors refute the hypothesis of conducting a special “Chinese” operation in the USSR during the Great Terror of 1937-1938. Based on the materials of extrajudicial bodies and reporting statistics of the NKVD, it is concluded that this category of the population was referred to two “national” categories, namely, “Harbin” and “mixed.” It is proved that from February 1938 terror against the Chinese was escalated, but only in September 1938 did an independent “Chinese” category appear in the statistics of the NKVD; in total, during the years of the Great Terror, about 18,000 Chinese underwent “national” punitive actions. Repressions against them were justified by a single logic implemented in relation to foreign nationals, which nevertheless allowed some regions to intensify repressions against certain ethnic groups. It is well documented that the expulsions of Chinese outside the country were widely used; they were organized repressive campaigns. It is concluded that the political repressions and state actions in the field of naturalization led to the reduction in the size of the Chinese diaspora and changed the geography of its settlement.
Исследуется репрессивная политика в отношении постоянно проживавшего на территории СССР китайского населения. Цель исследования состоит в соотнесении массовых репрессий с внешнеполитической ситуацией и внутренней политикой, выявлении причин репрессий в отношении отдельных этнических групп и иностранцев. В этой связи показано, что в период с 1929 по 1938 г. имели место несколько антикитайских репрессивных кампаний, дана оценка их последствий. Авторы опровергают мнение о проведении в СССР в период Большого террора самостоятельной «китайской» операции. На материалах протоколов внесудебных инстанций 1937-1938 гг. показано, что данная категория населения подверглась репрессиям в ходе двух «национальных» операций НКВД СССР, а именно «харбинской» и «смешанной». Доказано, что с февраля 1938 г. происходит усиление репрессий в отношении китайского населения, но соответствующая этническая линия оформляется только на заключительном этапе массовых репрессий в сентябре 1938 г. На данный момент есть основания утверждать, что в период Большого террора жертвами «национальных» операций НКВД стало 18 тыс. этнических китайцев, что составило 5 % от общей численности репрессированных по ним. Депортации китайцев в отдаленные районы страны и за ее пределы были самостоятельными кампаниями, но применялись как вид наказания также при реализации «национальных» операций. Делается вывод, что в 1930-е гг. политические репрессии и действия государства в области натурализации привели к сокращению численности китайской диаспоры и изменили географию ее расселения.