PhD in History, Chief Researcher
канд. истор. наук, главный научный сотрудник
The article examines the issue of how the Baltic territory was included in the Russian Empire during the Great Northern War. This process turned out to be very difficult in several aspects - military, diplomatic and managerial. In the first years of the war, Peter I did not at all consider the Baltic as a territory that could become part of Russia; the Russian troops devastated the territory; and ahead of the Swedish offensive in 1708, the occupied cities were ruined. After the victory at Poltava, in 1710, the situation changed; the entire Baltic region was occupied, and the Russian leadership began to establish relations with the local population. On this territory, the elements of local self-government were preserved, freedom of religion was proclaimed; in Riga, Revel and Pernau there were small garrisons with artillery weapons, which were under the jurisdiction of the local authorities. At the same time, a diplomatic struggle was waged for the inclusion of the Baltic in Russia. On the one hand, Sweden did not want to leave these territories at all. On the other hand, before the beginning of the Great Northern War, Peter I and Saxon Elector August II (who was also the king of Poland) reached an agreement that the territory of the Baltic States would be given to him. But as the Russian troops succeeded, Peter I began to gradually strive for the Baltic lands’ transferring to Russia. For a decade, diplomats had to maneuver, and in the end, they were able to achieve success - following the results of the Treaty of Nystad of 1721, the territory of the Baltic States (as well as Ingria) was included in the Russian Empire not only de facto, but also de jure. After that, it took several more years to resolve the situation related to landed estates.
Рассматривается вопрос о том, как в годы Северной войны проходило включение территории Прибалтики в состав Российской империи. Этот процесс оказался очень непростым, причем сразу в нескольких аспектах - военном, дипломатическом и управленческом. В первые годы войны Петр I вообще не рассматривал Прибалтику как территорию, которая может стать частью России, и российские войска производили там опустошения, а в преддверии наступления шведов в 1708 г. были разорены уже занятые города. После победы под Полтавой в 1710 г. ситуация изменилась, была занята вся Прибалтика, и российское руководство стало налаживать отношения с местным населением. На этой территории были сохранены элементы местного самоуправления, лютеранское вероисповедание, а в Риге, Ревеле и Пернове оставались небольшие гарнизоны с артиллерийским вооружением, которые находились в ведении местных властей. В то же время за включение Прибалтики в состав России пришлось вести и дипломатическую борьбу. С одной стороны, Швеция не хотела вообще оставлять эти территории. С другой стороны, еще перед началом Северной войны между Петром I и саксонским курфюрстом Августом II (который также являлся королем Речи Посполитой) была достигнута договоренность о том, что территория Прибалтики будет отдана ему. Но по мере успехов российских войск Петр I стал постепенно добиваться того, чтобы прибалтийские земли были переданы России. Дипломатам в течение десятилетия пришлось лавировать, и в конце концов они смогли добиться успеха - по итогам Ништадского мирного договора 1721 г. территория Прибалтики (как и Ингерманландии) была включена в состав Российской империи не только фактически, но и юридически. После этого потребовалось еще несколько лет на то, чтобы урегулировать ситуацию, связанную с земельными владениями.