Doktor Istoricheskikh Nauk [Dr. habil. hist.], Professor, Head of the Center for Gender Studies
доктор исторических наук, профессор, главный научный сотрудник и руководитель
graduate student
аспирант
The article discusses the rise and changes of scholarly interest in urban women's everyday life in the USSR of the mid-twentieth century. By studying the Soviet and post-Soviet historiography of women's everyday life during Khrushchev’s Thaw, the authors explain that at first this subject was treated in analogy to the customary celebration of Soviet achievements: also, the “women’s question” would eventually be “resolved”. With rising doubts about the “resolvability” of the complex problems related to gender relations came a paradigm shift towards reflections on the difficulties and contradictions in the lifestyle of urban women. At the center of debate were now the necessity for shortening the working day and for additional vacation days, as well as the “double bondage” of women who had to combine a professional workload with heavy family obligations. The authors argue that in the 1990s (a period now often called “the new thaw,” and “the nineties of the gender debates”), the political aspects of female life in the 1950s and 1960s became marginal in scholarship. The main attention was now focused on the home and family spheres, on problems of corporeality and fashion, and on the “woman's voice” in literature, cinema and media. In consequence, some aspects of women's everyday life during the Thaw years remained unexplored. Finally, there are no generalizing works that would compare women's everyday life on the levels of the USSR, Russia, or Russia’s regions, and little work has been done on ethnocultural characteristics of women's life in the post-war USSR.
Анализируются причины и следствия актуализации научного интереса к проблемам женской повседневности в пространстве советского города середины прошлого века. Проследив историю изучения женской повседневности в СССР периода политической оттепели (1950-1960-х гг.), авторы выяснили, что сначала эта проблема рассматривалась в парадигме апологии достижений советской власти в решении «женского вопроса». Смену парадигм характеризуют сомнения в его «решенности», перенос фокуса внимания с истории побед на сложности и противоречия в образе жизни горожанок (проблема сокращенного рабочего дня, дополнительных дней отпуска при огромной домашней загруженности, «двойной связанности» профессиональными и семейными обязательствами). Доказано также, что в 1990-е гг., которые ныне часто называют «новой оттепелью» и «гендерными 90-ми», изучение политических аспектов жизни женщин 1950-1960-е гг. отошло на второй план. Главное же внимание оказалось сфокусировано на домашней, семейной сфере, проблемах телесности и моды, «женском голосе» в литературе, кино и СМИ. Часть аспектов проблемы женской повседневности в годы оттепели так и осталась неизученной. Нет обобщающих работ по женской теме, в которых бы сопоставлялась женская повседневность в союзном, российском и региональном масштабах, мало изучаются этнокультурные особенности женского быта в послевоенном СССР.