Doktor Istoricheskikh Nauk [Dr. habil. hist.], Professor of the Russian Academy of Sciences, leading researcher
доктор исторических наук, профессор РАН, ведущий научный сотрудник центра методологии и историографии
Doktor Istoricheskikh Nauk [Dr. habil. hist.], Leading Researcher
доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник центра методологии и историографии
The article is devoted to a pioneer comparative study of the appearance and evolution of people’s houses in Western Europe and Russia in the second half of the XIX - early XX century. The institutional approach chosen by the authors is complemented by a historical and comparative method of studying the phenomenon of people’s houses. The goals of their creation and features of the activity, due to the political, economic and sociocultural historical realities of individual countries, are analyzed. Research revealed that people’s houses in Europe and in Russia were created at the same historical period - the modern era. A historiographical comparative study using new historical sources showed that in Western European countries and in the Russian Empire, the state did not play a major role in this matter, although some of the people's houses were opened by monarchs, and state policy (opposing promotion of cultural leisure to the alcoholization of the population) could contribute to the development of civil society initiatives. The performed study proves that for both European countries and Russia, private and public initiatives in establishing people's houses (primarily the cooperative movement) played a decisive role. In Russia, it is important to point out the sociocultural policy of the zemstvos, their financial support when building people's houses. The article shows the obvious differences in the history of people's houses in Western European countries and in Russia, due to the late formation of the party system in Imperial Russia. In Europe, one can meet many examples of the creation of people's houses by political parties and generally note the high level of politicization of these institutions. In Russian reality non-political nature of people's houses is obvious, they were mostly cultural and educational public institutions that were further subjected to the process of politicization (under revolutionary conditions). In conclusion, the authors acknowledge big historical significance of people's houses as civil society institutions in Russia and abroad, taking into account such principles of their functioning as independence, voluntariness, social activism and civic consciousness.
Статья впервые посвящена компаративному исследованию появления и эволюции народных домов в Западной Европе и России во второй половине XIX - начале ХХ в. Выбранный авторами институциональный подход дополняется историко-сравнительным методом исследования феномена народных домов. Показаны цели их создания и особенности деятельности, обусловленные политическими, экономическими, социокультурными историческими реалиями отдельных стран. Установлено, что народные дома в Европе и в России возникли в одно историческое время - эпоху модерна. Историографическое сравнительно-историческое исследование с привлечением новых исторических источников показало, что в западноевропейских странах и в Российской империи государство не играло главной роли в данном вопросе, хотя отдельные народные дома открывались монархами, а государственная политика (противопоставляющая алкоголизации населения пропаганду культурного досуга) могла способствовать развитию инициативы гражданского общества. Выявлено, что и в странах Западной Европы, и в России определяющую роль в создании народных домов играли частные инициативы и общественные движения (прежде всего кооперативное). В России важно отметить социокультурную политику земств, их финансовую поддержку при открытии народных домов. В статье показаны очевидные различия в истории народных домов в западноевропейских странах и в России, обусловленные поздним становлением партийной системы в позднеимперской России. Если в Европе можно встретить немало примеров создания народных домов политическими партиями и в целом отметить высокий уровень их политизации, то для российской действительности была типичнее неполитическая природа народных домов как культурно-просветительских общественных институтов, в дальнейшем подверженных процессу политизации (в революционных условиях). В заключении делается вывод о большом историческом значении народных домов как институтов гражданского общества в России и за рубежом, учитывая такие принципы их функционирования, как самостоятельность, добровольность, общественный активизм и гражданственность.