PhD in History, Associate Professor, Head of the Department of Communication Technologies
кандидат исторических наук, доцент, и.о. заведующего кафедрой коммуникационных технологий
The article analyzes the patterns and technologies of organizing political protest in Russia in the period 2017-2021. The author concludes that the start of the protests in March 2017 was aimed at influencing the presidential elections in March 2018, in addition, the “protests of schoolchildren” were to launch the pattern of “chain reaction” in rising of protest actions. The author states that in this new wave of protests, there is a change of “face of protest”: that is an attempt to remove one of the main problems of Russian political protest - a large number of opinion leaders, each of whom has an extremely low rating, and the absence of single ideological orientation of the protest. Protest organization technologies share patterns with the radical mass forms of social protest known as the “color revolutions” and events of the Arab Spring. Political protests of 2017-2021 again showed the operability of simple slogans, but the impossibility of a long-term alliance in the ranks of protesters. The lack of a strong ideology makes these protests swift: explosive and rapidly fading, unable to mobilize new supporters.
В статье анализируются закономерности и технологии организации политического протеста в России в период 2017-2021 гг. Автор приходит к выводу, что старт протестов в марте 2017 г. имел целью воздействия на выборы президента РФ в марте 2018 г., кроме того, «протесты школьников» должны были запустить характерную для протестов закономерность «цепной реакции». В статье утверждается, что технологии организации протеста имеют общие закономерности с радикальными массовыми формами социального протеста, известными в цветных революциях и событиях арабской весны.