Polylinguality and Transcultural PracticesPolylinguality and Transcultural PracticesПолилингвиальность и транскультурные практики2618-897X2618-8988Peoples’ Friendship University of Russia named after Patrice Lumumba (RUDN University)2090EDITORIALРедакционная статьяResearch ArticleThe Russian Linguistic Personality under Conditions of Intercultural Society: Balance of Receptivity and ResistanceРусская языковая личность в условиях инокультурного социума: баланс рецептивности и резистентностиMlechkoT PМлечкоТатьяна ПетровнаSlavonic UniversityКафедра славянской филологии-Chisinau, Republic of MoldovaСлавянский университет, Республика Молдова150420134NO4 (2013)№4 (2013)132205092016Copyright ©; 2013, Mlechko T.P.Copyright ©; 2013, Млечко Т.П.2013Mlechko T.P.Млечко Т.П.https://creativecommons.org/licenses/by-nc/4.0https://journals.rudn.ru/polylinguality/article/view/2090The article is devoted to identification of the characteristics of the Russian linguistic personality in the near abroad. It discusses the factors that have foreordained its increased receptivity to the influence of foreign cultural environment, as well as potential and mechanisms of resistance that should be taken into account in the formation of linguistic personality in a multilingual environment.Статья посвящена проблеме формирования русской языковой личности ближнего зарубежья. В ней рассматриваются факторы, предопределяющие её повышенную рецептивность к влиянию инокультурной среды, а также потенциал и механизмы резистентности, которые должны быть учтены при выработке лингводидактических стратегий в условиях многоязычия.linguistic personalitynear abroadbilingualismlinguistic identityreceptivityresistanceязыковая личностьближнее зарубежьебилигвизмязыковая идентичностьрецептивностьрезистентность1.Авина Н.Ю. Язык русской диаспоры в современной Литве // Отечественные записки. — 2005. — № 2. — С. 259—270.2.Алферова Ю.И. Профессионально маркированные компоненты языкового сознания, репрезентированные единицами родного и изучаемого языков: Дисс.. канд. филол. наук. — Омск, 2005.3.Богданович Г.Ю. Русский язык в полилингвокультурной ситуации Крыма // Сб. Русский язык: исторические судьбы и современность: I Международный конгресс исследователей русского языка. — МГУ, 13—16 марта 2001. — Москва. — С. 298.4.Голубева-Монаткина Н.И. Русская эмигрантская речь в Канаде конца XX века. — М.: УРСС, 2010. — С. 3.5.Жданова В.В. Роль социокультурных установок говорящего при переключении или смешивании языкового кода (на материале русского языка немецкой диаспоры). [Электронный ресурс] // Русская социолингвистика. — URL: http://www.gumer.info/bibliotek_Buks/ Linguist/russlin/01.php — С. 302.6.Журавлева Е.А. Русский язык в межкультурной среде Казахстана // Мир русского слова и русское слово в мире: Материалы ХI Конгресса МАПРЯЛ. Варна 17—23 сентября 2007 г. — SOFIA: NERON PRESS, 2007. — С. 514.7.Земская Е.А. Специфика речи русской диаспоры на рубеже XX—XXI века // Slavica Helsingiensia 24: Русский человек в иноязычном окружении / Под ред. А. Мустайоки и Е. Протасовой. — Хельсинки, 2004. — С. 23.8.Клюев Е.В. «Вавилонизм» как признак языковой личности // Русский язык за рубежом. — 2008. — № 4. — С. 85.9.Лихачева А.Б. В поисках родного языка: к определению понятия (По данным диаспоры) // Русское слово в мировой культуре: Сб. материалов Х Конгресса МАПРЯЛ. — СПб., 2003. — С. 115.10.Млечко Т.П. Индивидуальное когнитивное пространство русской языковой личности в новом зарубежье // Русский язык за рубежом. — 2012. — № 1. — С. 58—64.11.Мустайоки А., Протасова Е. Быть русским и говорить по-русски // Slavica Helsingiensia 24: Русский человек в иноязычном окружении / Под ред. А. Мустайоки и Е. Протасовой. — Хельсинки, 2004. — С. 10.12.Найдич Л. Выбор языка, переключение кода, лексические заимствования: русский язык эмигрантов последней волны в Израиле // Slavica Helsingiensia 24: Русский человек в иноязычном окружении / Под ред. А. Мустайоки и Е. Протасовой. — Хельсинки, 2004. — С. 115.13.Нерознак В.П. Лингвокультурология и лингвоперсонология // Вавилонская башня. Слово. Текст. Культура. Евразия на перекрестке языков и культур. — М., 2003. — С. 15.14.Оглезнева Е.А. Русский язык в восточном зарубежье (на материале русской речи в Харбине): Автореф. дисс.. докт. филол. наук / Е.А. Оглезнева. — Томск, 2009. — С. 38.15.Пивовар Е.И. Российское зарубежье. Социально-исторический феномен, роль и место в культурно-историческом наследии. — М., 2008. — С. 452.16.Пфандль Г. Русскоязычный эмигрант третьей и четвертой волны: несколько размышлений // Русский язык за рубежом. — 1994. — № 5—6. — С. 101—108.17.Синочкина Б.М. Судьба «великого и могучего» в постсоветской Литве // Диаспоры. — 2003. — № 1. — С. 21.18.Трубецкой Н.С. К проблеме русского самопознания // Вавилонская башня. Слово. Текст. Культура. Евразия на перекрестке языков и культур. — М., 2003.– С. 7—8.19.Шаховский В.И. Влияют ли американизмы на историческую судьбу России и русского языка? // Русский язык: ист. судьбы и современность, Москва, МГУ, 13—16 марта 2001: Сб. тезисов междунар. конгресс. — М., 2001. — С. 319.20.Энциклопедия: Русский язык: 2-е изд., перераб. и доп. — М.: БРЭ, 1997. — С. 671.21.Pfandl H. Sprachwahl als Verfahren und Sprache in der Identitätskonstruktion // Stadler W., Binder E. & Kalb H. (Hg.), Junge Slawistik in Österreich. — Innsbruck, 2000. — P. 165—166.