Doctor of Political Sciences, Professor, Head of the Department of Comparative Political Science, RUDN university; Chief Researcher at the Center for Comprehensive Social Research of the Federal Center of Theoretical and Applied Sociology of the Russian Academy of Sciences
доктор политических наук, профессор, заведующая кафедрой сравнительной политологии, Российский университет дружбы народов; главный научный сотрудник Центра комплексных социальных исследований Федерального научно-исследовательского социологического центра Российской академии наук
assistant professor Department of Comparative Politics
ассистент кафедры сравнительной политологии факультета гуманитарных и социальных наук
The instrumentalization of the Islamic factor during the ideological and geopolitical confrontation between the USSR and Nazi Germany in World War II acquires new resonance amid the ongoing reconfiguration of the traditional political architecture of the world. History becomes not merely a political instrument but lays claim to the legitimizing status of political reality. Under conditions in which religion emerges as a defining variable of contemporary politics, the construction of a coherent past for a multinational country possessing civilizational status constitutes a task of national security. The theoretical and methodological foundation of this study draws upon both classical conceptions of the politics of memory (P. Nora and A. Assmann), wherein the latter is understood as a means of identity formation and the management of complex historical experience, and contemporary methodological approaches that conceptualize religious organizations as political actors aligned with the state and transmitting the state agenda. Accordingly, the construction of Soviet political reality as divided along confessional lines contradicts the image of the past currently elaborated by Russia’s official Muslim institutions. The article identifies mechanisms whereby contradictory historical experience is transformed into a consolidating state narrative, while drawing a principled analytical distinction between the properly confessional (Islamic) and ethnonational dimensions of identity-dimensions frequently conflated in the existing literature. The contemporary discourse of institutionalized Islamic organizations in Russia is predicated on a strategy of selective memory, wherein the heroization of participation in the Great Patriotic War serves as an instrument for the legitimation of confessional structures within the system of state-c onfessional relations.
Инструментализация исламского фактора в ходе идеологического и геополитического противостояния СССР и нацистской Германии в период Второй мировой войны приобретает новое звучание в условиях переформатирования традиционной политической архитектуры мира. История не только становится политическим инструментом, но и претендует на легитимирующий статус политической реальности. В условиях, когда религия становится определяющей переменной современной политики, создание непротиворечивого прошлого для многонациональной страны, обладающей цивилизационным статусом, представляется задачей национальной безопасности. В качестве теоретико-методологического фундамента работы выступают как классические идеи о политике памяти (П. Нора и А. Ассман), где последняя понимается как средство формирования идентичности и управления сложным историческим опытом, так и современные методологические подходы, трактующие религиозные организации субъектами политики, солидаризирующимися с государством и транслирующими государственную повестку. Соответственно, конструирование советской политической реальности как разделенной по религиозному принципу противоречит тому образу прошлого, который выстраивают сегодня государство и официальные религиозные, в том числе мусульманские институты России. Выявлены механизмы трансформации противоречивого исторического опыта в консолидирующий государственный нарратив; при этом проводится принципиальное аналитическое разграничение между собственно конфессиональным (исламским) и этнонациональным измерениями идентичности, которые в существующей литературе нередко смешиваются. Современный дискурс институционализированных исламских организаций в России базируется на героизации участия в Великой Отечественной войне и служит инструментом легитимации конфессиональных структур в системе государственно-конфессиональных отношений.