Doctor of Science in Philosophy, Professor, Head of the Department of Theory and Philosophy of Politics, Faculty of Political Science
доктор философских наук, профессор, заведующий кафедрой теории и философии политики факультета политологии
Doctor of Science in Political Sciences, Professor, Head of the Department of History of Social and Political Doctrines of the Faculty of Political Science
доктор политических наук, профессор, заведующий кафедрой истории социально-политических учений факультета политологии
PhD in Political Science, Associate Professor of the Department of Comparative Politics
кандидат политических наук, доцент кафедры сравнительной политологии
The concept of consent is essential for every society society, affecting almost all its spheres - from everyday life to socio-political bases. Therefore, it cannot be considered accidental that both the idea itself and the diverse directions of its interpretation, dating back to the era of early modernity, today constitute one of the most priorities, intellectually saturated segments in modern socio-political theory. It is impossible to deny the appeal of the doctrine of personal consent (and the parallel thesis that no government is legitimate unless it acts without the consent of the governed). It has had a great influence on the political institutions of many modern states and has been a major factor in the direction that political theory has taken since 1600. In the second half of the 20th century, two approaches prevailed in political theory, within the framework of which the process of formation of the consensus tradition: personal and historical ones. The most impact to the theory is made by criticism of the unilinear model of consent analysis in the works of George Klosko, analysis by R.D. Bernstein of the problem of consent in the form of critical remarks on the philosophical position of R. Rorty, the concept of socialist “consent strategy” developed in the 1980s by E. Laclau and Sh. Mouffe, the controversy of the Canadian political philosopher James Tully with neo-Marxist theorists, the philosophical interpretation of consent by Jürgen Habermas as part of his analysis of the “rationalization paradox” etc. This theoretical and methodological frame becomes a basis for the thematic volume, where the articles on the history of socio-political thought are followed by the chapter devoted to the problems of Russia between cleavages and social harmony. Russian problems are blended with an international context, and the issue ends with an attempt to understand the ideological attitudes of modern youth.
Понятие согласия играет важную роль в любом обществе, затрагивая практически все ее сферы - от повседневной до социально-политической. Поэтому нельзя считать случайным тот факт, что и сама идея, и многообразные направления её интерпретации, восходящие к эпохе раннего модерна, и сегодня составляют один из наиболее приоритетных, интеллектуально насыщенных сегментов в современной социально-политической теории. Невозможно отрицать привлекательность учения о личном согласии (и параллельного тезиса о том, что ни одно правительство не является легитимным, если оно действует без согласия управляемых). Оно оказало большое влияние на политические институты многих современных государств и было главным фактором того направления, которое приняла политическая теория начиная с 1600 г. Во второй половине ХХ в. в политической теории превалировали два подхода, в рамках которых анализировался процесс формирования «традиции согласия»: «личного» и «исторического». Наиболее актуальные на данный момент подходы к интерпретации теории общественного согласия в современной политической теории: критика однолинейной модели анализа согласия в работах Джорджа Клоско, анализ Р.Д. Бернстейном проблемы согласия в форме критических замечаний к философской позиции Р. Рорти, концепция социалистической «стратегии согласия», разработанная в 1980-е годы Э. Лакло и Ш. Муфф, полемика канадского политического философа Джеймса Талли с неомарксистскими теоретиками, философская интерпретация согласия Юргеном Хабермасом в рамках анализа «парадокса рационализации» и др. Эта теоретико-методологическая рамка является основой представляемого номера, в котором работы по истории социально-политической мысли получают свое продолжение в блоке, который посвящен проблемам России между разделением и общественным согласием. Российская проблематика сменяется международным контекстом, а завершает этот номер попытка разобраться в идейных установках современной молодежи.