DSc in Philosophy, Professor of the Department of Philosophy of Education, Faculty of Philosophy
доктор философских наук, профессор кафедры философии образования философского факультета
The proposed research examines one of the less known receptions of Kantian thought in Russian philosophy: the ideas about the figure of “monstrous Kant” in the works of Ya.E. Golosovker. The relevance of this study is linked not only to the lack of accessibility and poor research of the latter’s legacy, but also to the originality of his interpretation of Kant’s philosophy and its concordance with the general understanding of Kant’s foundations in Russian thought. The goal is to fill a gap in studies of Kantology devoted to Russian receptions of Kant’s philosophy, while explaining some aspects of how appropriate it is to interpret the image of Kant as proposed by Ya.E. Golosovker. The proposed image reflects those features and aspects of Kantian philosophy that are most essential for Russian religious philosophers. The image of Kant as a “caricature philosopher” differs fundamentally from the true Kant, and has important methodological significance in understanding the connection between epistemology and ethics in Russian philosophy.
В предлагаемом исследовании рассматривается одна из наименее известных рецепций кантовской мысли в русской философии: представления о фигуре «монструозного Канта» в работах Я.Э. Голосовкера. Актуальность данного исследования связана не только с малой доступностью и слабой исследованностью наследия последнего, но и с одновременным своеобразием его трактовки философии Канта и созвучностью этой трактовки общему пониманию оснований философии Канта в русской религиозной философии. Задачей статьи является восполнение пробела в кантоведческих исследованиях, посвященных русским рецепциям кантианства и одновременно прояснение вопроса об адекватности предложенной Я.Э. Голосовкером трактовки образа Канта наиболее известным из этих рецепций и самому кантовскому наследию. Выдвигается общий тезис о том, что несмотря на схематичность и даже «карикатурность» (по выражению самого Я.Э. Голосовкера) предложенного образа, он отражает те черты и аспекты кантовской философии, которые оказываются наиболее существенными для русских религиозных философов. Подчеркивается, что образ Канта-чёрта с его «карикатурной философией» принципиально отличается Я.Э. Голосовкером от Канта-софиста (истинного Канта) и имеет важное методологическое значение при прояснении связи гносеологических и этических оснований русской религиозной философии и ее специфического онтологизма.