PhD in Philology, Assistant Professor, Institute of Media, Faculty of Creative Industries
кандидат филологических наук, доцент, Институт медиа, факультет креативных индустрий
This article examines the social dimension of technology adoption and development. Based on Russian media coverage of one of the stages in the adoption of the EU AI Act in June 2023, it analyzes the interpretive flexibility of technology - a situation in which a technology has not yet acquired a fixed evaluation, and this evaluation is being shaped through negotiations. The theoretical framework is the social construction of technology (SCOT), while the analysis of empirical material draws on the discourse theory of E. Laclau and Ch. Mouffe. The analysis shows that this particular stage of adopting AI regulation in the Europe reveals the heterogeneity of positions within the Union: the stance of the governing bodies (the European Commission, which approved this stage) - protecting end-users from potential risks of the new technology; the stance of business - advocating for freer development of AI systems; and the deep involvement of American technology corporations in the negotiation process. The Russian position is presented as more homogeneous; nevertheless, there is a call to accelerate the implementation of Russia’s own regulatory system, with particular attention to the development of material infrastructure.
Исследуется социальное измерение процессов принятия и развития технологий. На материале освещения в российских СМИ одного из этапов принятия EU AI Act в июне 2023 г. анализируется интерпретивная гибкость технологии. Речь о ситуации, когда технология еще не получила однозначной оценки, и эта оценка вырабатывается в ходе переговоров. Теоретической рамкой выступает социальное конструирование технологий (SCOT), анализ эмпирического материала опирается на теорию дискурса Э. Лакло и Ш. Муфф. Показано, что рассмотренный этап принятия регулирования ИИ в Европе обнаруживает неоднородность позиций внутри Союза. Выявлена позиция органов управления (Европейская комиссия, утвердившая данный этап), защищающих конечного потребителя от потенциальных рисков новой технологии, позиция бизнеса, выступающего за более свободное развитие ИИ-систем, а также глубокая включенность американских технологических корпораций в переговорный процесс. Российская позиция представлена как более гомогенная, однако фиксируется запрос на ускорение внедрения собственной регуляторной системы, причем особое внимание уделяется развитию материальной инфраструктуры.