PhD in Pedagogy, Associate Professor of Department of Foreign Languages, Faculty of Humanities and Social Sciences
кандидат педагогических наук, доцент кафедры иностранных языков, факультет гуманитарных и социальных наук
PhD in Philology, Senior Lecturer of Department of Foreign Languages, Faculty of Humanities and Social Sciences
кандидат филологических наук, старший преподаватель кафедры иностранных языков, факультет гуманитарных и социальных наук
The Arabic travelogue, rihla, is dedicated to the travels of an Eastern man around the world. The purpose of the study is to show the significance of this genre for Arabic national culture over the centuries, its influence on modern Arabic prose. The authors described the distinctive features of rihla against the background of similar travels in other cultures and in other time periods, thus substantiating the legitimacy of introducing the term ‘rihla’ itself, despite the already existing in scientific circulation terms ‘travel literature’, ‘travel description’, ‘travelogue’. At the same time, the authors draw parallels between the Arabic rihla and A Journey Beyond the Three Seas by Afanasy Nikitin. The deep rooting of the phenomenon of rihla in the Arab culture, and its close connection with religion and science, in the opinion of the authors, did not allow the genre to disappear in the Middle Ages. Therefore, one of the objectives of the work was to trace and generalize the history of rihla in the Modern era and later. The work substantiates the conditions for the formation of the genre, describes its transformation by the 19th century, explains the role in the emergence of late national fiction, found an appeal to it in the latest literature, an attempt was made to present various types of its authorial implementations based on the works of modern Egyptian writers (N. Mahfouz, G. Al-Gitani, Yu. Zeidan). All this allowed us to build a single thread of the genre’s history, to show that the emerging Arabic novel relied on it in many ways, and that the experimenters of Arabic postmodernism, which coincided in time with the wave of rising national consciousness, preferred to turn to it.At the same time, the connection betweenmodern literature and the genre of richliis established preserving one of its two most important characteristics – closeness to scientific factography or the presentation of travel as a spiritual test.
Арабский травелог – рихля – посвящен путешествиям восточного человека по миру. Цель исследования – показать роль данного жанра в развитии арабской национальной культуры на протяжении веков, его влияние на современную арабскую прозу. Авторы выделили отличительные черты рихли на фоне подобных записей путешествий в иных культурах и в других временных периодах, обосновав таким образом правомерность введения термина «рихля», несмотря на имеющиеся уже в научном обороте «литература путешествий», «описание путешествия», «травелог». Вместе с тем найдены параллели между арабской рихлей и «Хожением за три моря» Афанасия Никитина. Глубокое укоренение этого феномена в арабской культуре, его тесная связь с религией и наукой, по мнению авторов, не дали жанру исчезнуть в Средневековье. Поэтому одной из задач стало проследить и обобщить историю рихли в Новое время и позже. В работе обоснованы условия зарождения жанра, описана его трансформация к XIX веке, объяснена роль в появлении поздней национальной беллетристки и арабском возрождении в целом, показано развитие данного стиля в новейшей литературе, сделана попытка представить различные виды авторских реализаций травелога на материале произведений современных египетских писателей (Н. Махфуза, Г. Аль-Гитани, Ю. Зейдана). Все это позволило выстроить единую нить истории жанра, показать, что на него во многом опирался зарождавшийся арабский роман, к нему предпочитали обращаться экспериментаторы арабского постмодернизма, совпавшего по времени с волной подъема национального самосознания. При этом связь современных произведений с жанром рихли устанавливается при сохранении одной из двух его важнейших характеристик – близостью к научной фактографии либо представлением физического путешествия как духовного испытания, духовного пути.