Kikhney Lyubov Gennadievna, doctor of philological sciences, professor of Department of journalism and literature, Institute of International Law and Economy of A.S. Griboedov.
Кихней Любовь Геннадьевна, доктор филологических наук, профессор кафедры литературы и журналистики Московского университета экономики и права им. А.С. Грибоедова.
Gereikhanova Kamilla Fezameddinovna, studentof Department of journalism and literature, Institute of International Law and Economy of A.S. Griboedov.
Герейханова Камила Фезамеддиновна, аспирант кафедры литературы и журналистики Московского университета экономики и права им. А.С. Грибоедова.
The article is devoted to the case of the “second” intertext on the example of the novel “Before the Apocalypse” by B. Akunin. The “first” intertext in this case is the novel by U. Eco “The name of the Rose”, and the author explicitly hints on it by devoting his text to Umberto Eco and making a play with a reader using the plot, the hinting on it and the details of the investigation of the crime.At the same time there exist another layer: the order of the deaths of the old believing orthodoxies and the circumstances of their death practically letter by letter follows the poem “Three dead men” (1918) by N.S. Gumilev. Since the author doesn’t use the evident hints on Gumilev’s poem, we can not say surely which type of interrelation of the texts is presented in “Before the Apocalypse”: the conscious ciphering of the second layer of intertext “for the knowing” or the spontaneous using of the text by other author which is not conscious for the author himself.
В статье рассматривается случай «второго» интертекста на примере повести Б. Акунина «Перед концом света». Под «первым» интертекстом в данном случае понимается роман У. Эко «Имя Розы», на который автор явно намекает, посвящая повесть Умберто Эко и используя в тексте игру с читателем в виде намеков на текст Эко, общей сюжетной канвы и деталей расследования преступления.В то же время в тексте присутствует и второй слой: описанный автором порядок смертей найденных староверов и обстоятельства их смерти практически буквально следует стихотворению Н.С. Гумилева «Три мертвеца» 1918 года. Поскольку автор не использует явные намеки на Гумилева, нельзя сказать с однозначной уверенностью, какой именно вид взаимодействия двух текстов представлен в «Перед концом света»: сознательное шифрование второго слоя интертекста «для посвященных» либо спонтанная опора на чужой текст, не осознаваемая самим автором.