has a PhD in Slavic linguistics and is Professor of Language Use & Cognition and English Linguistics in the Department of Language, Literature and Communication at the Vrije Universiteit Amsterdam, Netherlands. His research interests include cognitive linguistics, semantics, gesture studies, metaphor studies and political discourse analysis.
имеет степень PhD по славистике и является профессором лингвистики Амстердамского Свободного университета, Нидерланды. В сферу его научных интересов входят когнитивная лингвистика, семантика, исследование жестов, метафорология и анализ политического дискурса.
The present study considers an implicit debate in the field of gesture studies as to whether gestures are produced primarily for the speaker or for the addressee. It considers the unique monologic setting of simultaneous interpreters working in a booth in which there is no visible audience present and where they only hear and do not see the speaker whose words they are interpreting. The hypotheses (H) are that the interpreters might produce more representational gestures, to aid in their own idea formulation (H1), and self-adapter movements, to maintain their self-focus (H2), rather than pragmatic gestures, which are known to serve interactive functions. Forty-nine interpreters were videorecorded as they interpreted two portions of popular science lectures, one from either English or German (their L2) into Russian (their L1) and one from Russian into their respective L2. The results showed that a vast majority of the gestures produced were either pragmatic in function or self adapters. H2 was thus supported, but H1 was not. The frequent use of pragmatic gestures is interpreted in terms of the internalized dialogic nature of talk and gesturing itself. Both beat gestures expressing emphasis and reduced forms of presentation gestures can facilitate the interpreters’ speaking by prompting the presentation and emphasis of ideas. Though focused on their own process of speech production, simultaneous interpreters may embody elements of the lecturer of the source text engaging with the audience, blended with their own dialogic speaking behaviors, aspects of which we may see in their gesturing.
Данное исследование посвящено рассмотрению вопроса о продуцировании жестов: жестикулирует ли говорящий в первую очередь для себя или для адресата? В статье рассматривается уникальная монологическая ситуация, характерная для синхронных переводчиков, которые работают в кабине, где они слышат, но не видят аудиторию и оратора, чью речь переводят. Гипотезы заключаются в том, что переводчики будут использовать больше репрезентирующих жестов, которые помогут им сформулировать идеи (гипотеза 1), и самоадаптеры, чтобы сохранить концентрацию внимания (гипотеза 2), а не прагматические жесты, которые выполняют интерактивные функции. Сорок девять переводчиков были записаны на видео в процессе перевода двух научно-популярных лекций: одной с английского или немецкого (не родного для них языка) на русский (их родной язык) и одной с русского на соответствующий иностранный язык. Результаты показали, что подавляющее большинство произведенных жестов либо выполняли прагматическую функцию, либо являлись самоадаптерами. Таким образом, вторая гипотеза подтвердилась, а первая - нет. Частое использование прагматических жестов интерпретируется с точки зрения интернализованной диалогической природы речи и самой жестикуляции. Как ритмичные жесты, использующиеся для акцентуации вербальной информации, так и редуцированные формы репрезентирующих жестов могут облегчить устную речь переводчиков, стимулируя процесс изложения и акцентирования идей. Несмотря на то, что переводчики-синхронисты сосредоточены на собственном процессе речепроизводства, они могут воспроизводить аспекты взаимодействия автора исходного текста с аудиторией, совмещенные с их собственным диалогическим поведением, аспекты которого проявляются в их жестикуляции.