Doctor Habil. of Philology, Professor of the Department of Theory of Media at Chelyabinsk State University (Chelyabinsk, Russia). Her research interests include medialinguistics, corpus linguistics, theory of mass communication, media aesthetics, theory of journalism, theory and history of literature.
доктор филологических наук, профессор кафедры теории медиа Челябинского государственного университета (Челябинск, Россия). В сферу ее научных интересов входят медиалингвистика, корпусная лингвистика, теория массовой коммуникации, медиаэстетика, теория журналистики, теория и история литературы.
Assistant Professor of Russian Language and Literature at Allameh Tabataba'i University (Tehran, Iran). His research interests embrace Russian language and philology, as well as teaching Russian as a foreign language.
кандидат филологических наук, старший преподаватель кафедры русского языка и литературы университета им. Алламе Табатабаи (Тегеран, Иран). Сфера его научных интересов включает русский язык и литературу, а также обучение русскому языку как иностранному.
Associate Professor of Russian Language and Literature at Allameh Tabataba'i University (Tehran, Iran). Her research interests include Russian language and literature, cultural studies, and teaching Russian as a foreign language.
кандидат филологических наук, доцент кафедры русского языка и литературы университета им. Алламе Табатабаи (Тегеран, Иран). Занимается проблемами русского языка, русской литературы, культурологии, обучения русскому языку как иностранному.
The study develops the speech acts theory in terms of the “condition of sincerity” (Searle 1965). It aims to identify the attitude to the speech act of promise in the Russian communicative culture. The article analyzes the statistically significant consolidation of the value and semantic attitude to the speech act of promise considered as a specific action. The data were drawn from the Russian-language corpus ruTenTen11, provided by the research resource Sketch Engine. The corpus linguistics methods were applied to extract a subcorpus of occurrences of the query “promise” (311,365 occurrences) which was used to identify the value and semantic attitude to it. The results showed that in the Russian language, the speech act of promise is perceived mainly negatively. The word “promise” is fused with the lexical and semantic field of the “empty word”. This contradicts the normatively fixed meanings of the word “promise” itself, as well as the essence of the speech act of promise. The “condition of sincerity” in relation to the speech act of promise is marginalized and becomes meaningless. The study showed that the methods of corpus linguistics open the prospect of clarifying the features of not only modern word usage, but also the linguistic and ethnocultural context of such large groups of statements as speech acts. The article contributes to the theory of speech acts in terms of identifying the essential features of the “common ground” (Clark & Carlson 1982) of the participants in communication, as well as contributing to the development of linguistic axiology. The proposed methods can be used to identify the attitude to other speech acts in Russia and other linguistic communities. The results can be used in teaching Russian as a second language.
Исследование развивает общую теорию речевых актов в части полемики об «условии искренности» (Searle 1965). Цель статьи - выявить особенности отношения аудитории к речевому акту «обещание» в русскоязычной лингвокультуре. В статье анализируется статистически (частотно) значимое закрепление массового ценностно-смыслового отношения к речевому акту «обещание» как определенному речевому действию или поступку. Источником материала послужил русскоязычный корпус ruTenTen11, предоставленный исследовательским ресурсом Sketch Engine. С помощью методов корпусной лингвистики извлечен подкорпус вхождений запроса «обещание» (311 365 вхождений) с целью применения к нему алгоритма анализа, направленного на выявление ценностно-смыслового отношения к обещанию. В результате сделаны выводы, что в русскоязычном узусе сам феномен «обещания» воспринимается преимущественно этически-негативно, сращивается с лексико-семантическим полем «пустого слова», дезавуирует нормативно закрепленные значения самого слова «обещание», а также суть соответствующего речевого акта. «Условие искренности» применительно к речевому акту обещания маргинализируется и становится несущественным. Исследование показало, что методы корпусной лингвистики открывают перспективу уточнения особенностей не только современного словоупотребления, но и прояснения лингво- и этнокультурного контекста таких крупных групп высказываний, как речевые акты. Статья вносит вклад в теорию речевых актов в части выявления существенных особенностей «общего фона» (Clark & Carlson 1982) участников коммуникации, а также в развитие лингвоаксиологии. Предложенные методы могут быть использованы для выявления ценностно-смыслового отношения к другим речевым актам в русской и иных лингвокультурах. Полученные результаты могут найти применение в преподавании русского языка как иностранного.