Russian Journal of LinguisticsRussian Journal of LinguisticsRussian Journal of Linguistics2687-00882686-8024Peoples’ Friendship University of Russia named after Patrice Lumumba (RUDN University)1784710.22363/2312-9182-2018-22-1-54-79ArticlesСтатьиArticlesResearch ArticleTHE COGNITIVE MATRIX OF EMOTIONAL-COMMUNICATIVE PERSONALITYКОГНИТИВНАЯ МАТРИЦА ЭМОЦИОНАЛЬНО-КОММУНИКАТИВНОЙ ЛИЧНОСТИShakhovskiyV IШаховскийВ ИVICTOR I. SHAKHOVSKY is a full professor, Doctor of Philology, an Honoured scientific worker of the Russian Federation, a senior scientific worker at the Institute of Modern Languages of the Volgograd State Social Pedagogical University. He has founded in Russian Linguistics a new research field called emotiology, aimed at studying emotions in language and communication. His research interests are focused on theory of emotiology, categorization of emotions in language, emotions in communication, emotions in language and culture.ШАХОВСКИЙ ВИКТОР ИВАНОВИЧ - доктор филологических наук, профессор, заслуженный деятель науки РФ, главный научный сотрудник Института иностранных языков Волгоградского государственного социально-педагогического университета. Он является основателем эмотиологии - нового научного направления в российской лингвистике, нацеленного на изучение эмоций в языке и коммуникаций, которой посвятил многие годы своей научной деятельности. Сфера научных интересов: лингвистика эмоций, категоризация эмоций в лексико-семантической системе языка, эмоциональное общение, язык и эмоции в аспекте лингвокультурологии, эмотивная лингвоэкология.shakhovsky2007@yandex.ruVolgograd State Social Pedagogical UniversityВолгоградский государственный социально-педагогический университет15122018221The discourse of emotionsДискурс эмоций547919022018Copyright ©; 2018, Shakhovskiy V.I.Copyright ©; 2018, Шаховский В.И.Copyright ©; 2018, Shakhovskiy V.2018Shakhovskiy V.I.Шаховский В.И.Shakhovskiy V.https://creativecommons.org/licenses/by-nc/4.0https://journals.rudn.ru/linguistics/article/view/17847The purpose of the article is to show the development of scientific thought that leads to the origin and definition of the concept of “language personality”. Attention is drawn to the fact that up to the 1970s emotions had been completely excluded from the scope of linguistic attention. With the advent of an-thropocentric linguistics, emotions were recognized as the human being focal point, but linguists’ atten-tion was still attracted merely to the language of homo loquens / sentiens - the emotional component was missing. Therefore, the objectives of the article are as follows: 1) to present and discuss the develop-ment of the Language Personality Theory; 2) to prove the necessity of including the emotive component into the concept of the language personality structure; 3) to substantiate the introduction of the new term - “emotionally-communicative personality”, which logically fits into the terminological system of mod-ern communicology and emphasizes its communicative significance. The theoretical material includes nu-merous works devoted to the problem of language personality, beginning from V.V. Vinogradov (the 1930s) to G.I. Bogin, Yu.N. Karaulov (the 1980s), from the 1990s to the present O.A. Dmitrieva, I.A. Murzi-nova (2015); Shakhovsky, 2000; V.I. Shakhovskiy (2008 a&b); A.A. Shteba (2014) and many others. To my knowledge, the notion of language personality has not been discussed by foreign linguists. Another block of theoretical material is dedicated to the problem of the language and emotion correlation. Russian linguistics has been researching this problem since 1969. Main results of these studies can be found in the works of V.I. Shakhovsky, from (1969 to present), S.V. Ionova (1998, 2015), N.A. Krasavsky (2001), T.V. Larina (2009, 2015), and Ya.A. Volkova (2014) among others. The problem of the language and emotion correlation is varied in its formulation - the language of emotions or language and emotions: A. Schleicher, 1869; Ch. Bali, 1944; A. Binet, 1946; F. Daneṧ, 1987; B. Volek, 1987; R. Dirven, 1997; S. Niemeier, 1997; A. Wierzbicka, 1999 and others. The main research methods used in the article are the critical analysis of theoretical studies, by means of the hypothetical-deductive method, and the scientific intuition of the author of the article. It is found that 1) Language Personality Theory is many-faced but does not constitute a full picture of the described phenomenon, which does not, in its turn, allow to accept a common definition of the language personality; 2) due to the development of emotive linguistics and the theory of communication, it is obvious that there is a lack of the structure-emotive component in the language personality matrix. Also, due to the emergence and rapid development of the linguistics of emo-tions and the theory of communication, a gap in the structure of the language personality has become evident - namely, the absence of the emotional structural component in its model (matrix). In this regard, the article provides argumentation to support the introduction of a new term - “emotionally-communicative personality”, as well as an attempt to describe the cognitive matrix of the emotionally-communicative per-sonality along with the term “language personality”. The new term completes the term “language persona-lity”; 3) the structural emotive component of language personality allows to explain how language per-sonality can be ecological or non-ecological; 4) the term “matrix” helps explaining the emotive-cognitive intellectual competence of homo loquens / homo sentiens.Цель статьи - показать движение научной мысли от зарождения до определения понятия «языковая личность». Отмечается, что до 70-х гг. прошлого столетия эмоции полностью исключались из сферы лингвистического внимания. В связи с появлением антропоцентрической лингвистики эмоции были признаны центром человеческой личности, но многие ученые попрежнему уделяли внимание в основном только языку человека, и в структуре понятия «языковая личность» оставалась значительная лакуна - отсутствовала ее эмоциональная компонента. Задачами данной статьи являются: 1) изучение этапов становления теории языковой личности; 2) доказательство необходимости включения эмоциональной компоненты в структуру концепта языковой личности; 3) обоснование нового термина - «эмоционально-коммуникативная личность», который логично вписывается в терминосистему современной коммуникативистики и не отрицает термин «языковая личность», а подчеркивает коммуникативную важность ее эмоциональной компоненты. Теоретическим матери-алом послужили многочисленные концепции языковой личности от В.В. Виноградова (1930-е гг.) до Г.И. Богина, Ю.Н. Караулова (1980-е гг.), а затем, с 90-х гг. по настоящее время О.А. Дмитриевой, И.А. Мурзиновой, 2015; Shakhovsky, 2000; В.И. Шаховский, 2008 а, б; А.А. Штебы, 2014 и мн. др. В зарубежной лингвистике такое терминопонятие не разрабатывалось. Другим теоретическим источ-ником явились многочисленные работы по теории эмоций в языке. В отечественном языкознании лингвистика эмоций разрабатывается с 1969 г. Основные результаты этой работы отражены в публикациях В.И. Шаховского, с 1969 по настоящее время; С.В. Ионовой, 1998, 2015; Н.А. Красавского, 2001; Т.В. Лариной, 2009, 2015; Я.А. Волковой, 2014 и мн. др. В современной интерпретации проблема формулируется как «язык и эмоции» в работах: A. Schleicher, 1869; Ch. Bali, 1944; A. Binet, 1946; F. Dane, 1987; B. Volek, 1987; R. Dirven, 1997; S. Niemeier, 1997; A. Wierzbicka, 1999 и др. Использованными в статье методами являются: критический анализ теоретических работ, гипотетико-дедуктивный метод, научная интуиция автора исследования. Автором установлено следующее: 1) теория языковой личности многолика, но до настоящего времени не предлагает полной картины этого феномена, что, в свою очередь, не позволяет сформулировать единую дефиницию языковой личности; 2) в связи с возникновением и развитием лингвистики эмоций и коммуникативистики стало очевидно отсутствие структурно-эмоциональной компоненты в матрице языковой личности. В связи с этим в работе даны аргументы в пользу введения нового термина - «эмоционально-коммуникативная личность», который закрывает лакуну, существующую во всех определениях языковой личности; предложено описание когнитивной матрицы эмоционально-коммуникативной личности, дополняющее понимание термина «языковая личность»; 3) подчеркнуто, что именно структурно-эмоциональная компонента языковой личности позволяет осознать ее (не)экологичность; 4) предложенная матрица расширяет эмотивно-когнитивную компетенцию homo loquens / homo sentiens.emotionscommunicative emotional situationlanguage personalityemotionally- communicative personalitycognitive matrixhomo sentiensэмоциикоммуникативно-эмоциональная ситуацияязыковая личностьэмоционально-коммуникативная личностькогнитивная матрицачеловек эмоциональный (homo sentiens)Богин Г.И. Модель языковой личности в ее отношении к разновидностям текстов. Л.: ЛГУ, 1984. 31 с. [Bogin, G.I. (1984). Model' yazykovoi lichnosti v ee otnoshenii k raznovidnostyam tekstov (The model of linguistic personality and its relation to different types of texts). L.: LGU. (In Russ.)]Вежбицкая А. Язык. Культура. Познание. М.: Pусские словари, 1996. [Wierzbicka, A. (1996). Language. Culture. Cognition. M.: Russkie slovari. (In Russ.)]Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Лингвистика. 2015. № 1. [Электронный ресурс] URL: http://journals.rudn.ru/linguistics/issue/view/576 (дата обращения: 31.03.2017). [Russian Journal of Linguisitcs (2015), 1. Retrieved from: http://journals.rudn.ru/ linguistics/issue/view/576 (data obrashcheniya: 31.03.2017). 257 p. (In Russ.)]Виноградов В.В. О художественной прозе. М.-Л.: Госиздат, 1930. [Vinogradov, V.V. (1930). O khudozhestvennoi proze (A work of fiction). M.-L.: Gosizdat. (In Russ.)]Волкова Я.А. Деструктивное общение в когнитивно-дискурсивном аспекте: монография. Волгоград: Перемена, 2014. [Volkova, Ya.A. (2014). Destruktivnoe obshchenie v kognitivnodiskursivnom aspekte: monografiya. (Destructive communication in the cognitive-discursive aspect). Volgograd: Peremena. (In Russ.)]Гак В.Г. Языковые преобразования. М.: Школа «Языки русской культуры», 1998. 768 с. [Gak, V.G. (1998). Yazykovye preobrazovaniya (Language conversions). M.: Shkola «Yazyki russkoi kul'tury». (In Russ.)]Дмитриева О.А. Лингвокультурный типаж и архетип // Человек в коммуникации: концепт, жанр, дискурс: сб. науч. тр. / Федеральное агентство по образованию, ВГПУ, каф. языкознания, науч. исслед. лаб. «Язык и личность»; ред. кол.: Е.И. Шейгал, Н.Н. Панченко, Ю.М. Иванова. Волгоград: Парадигма, 2006. С. 66-73. [Dmitrieva, O.A. (2006). Lingvokul'turnyi tipazh i arkhetip (Linguo-cultural type and archetype). Chelovek v kommunikatsii: kontsept, zhanr, diskurs: sb. nauch. tr. Federal'noe agentstvo po obrazovaniyu, VGPU, kaf. yazykoznaniya, nauch.-issled. lab. «Yazyk i lichnost'»; red. kol.: E.I. Sheigal, N.N. Panchenko, Yu.M. Ivanova. Volgograd: Paradigma, 66-73. (In Russ.)]Дмитриева О.А., Мурзинова И.А. Теория лингвокультурных типажей: уч. пособие. Волгоград, 2015. [Dmitrieva, O.A., Murzinova, I.A. (2015). Teoriya lingvokul'turnykh tipazhei: uch. posobie. (The theory of linguistic cultural types). Volgograd. (In Russ.)]Дридзе Т.М. Язык и социальная психология. М.: Высш. шк., 1980. [Dridze, T.M. (1980). Yazyk i sotsial'naya psikhologiya (Language and social psychology). M.: Vyssh. shk. (In Russ.)]Ермакова О.П. Речевой портрет собаки // Лики языка. К 45-летию научной деятельности Е.А. Земской. М.: Наследие, 1998. С. 94-103. [Ermakova, O.P. (1998). Rechevoi portret sobaki (Speech portrait of the dog). Liki yazyka. K 45-letiyu nauchnoi deyatel'nosti E.A. Zemskoi. M.: Nasledie, 94-103. (In Russ.)]Ионова С.В. Эмотивная лингвистика: от глубин слова к широте социальных коммуникаций / Человек в коммуникации: от категоризации эмоций к эмотивной лингвистике: Сборник научных трудов, посвященный 75-летию профессора В.И. Шаховского. Волгоград: Волгоградское научное издательство, 2013. С. 9-12. [Ionova, S.V. (2013). Emotivnaya lingvistika: ot glubin slova k shirote sotsial'nykh kommunikatsii (Emotive linguistics: from the depths of the word to the breadth of social communication). Chelovek v kommunikatsii: ot kategorizatsii emotsii k emotivnoi lingvistike: Sbornik nauchnykh trudov, posvyashchennyi 75-letiyu professora V.I. Shakhovskogo. Volgograd: Volgogradskoe nauchnoe izdatel'stvo, 9-12. (In Russ.)]Ионова С.В. Эмоциональные эффекты позитивной формы общения // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Лингвистика. 2015. № 1. С. 20-30 [Ionova, S.V. (2015). Emotional effects of positive forms of communication. Russian Journal of Linguistics. Vestnik RUDN, 1, 20-30. (In Russ.)]Караулов Ю.Н. Русский язык и языковая личность. М.: Наука, 1987. [Karaulov, Yu.N. (1987). Russkii yazyk i yazykovaya lichnost' (Russian language and linguistic personality). M.: Nauka. (In Russ.)]Кинг С. Худеющий. М.: АСТ, АСТ Москва, Харвест, 2008. [King, S. (2008). Khudeyushchii [Thinner]. M.: AST, AST Moskva, Kharvest. (In Russ.)]Кинг С. Что упало, то пропало (Кто нашел, берет себе) [Электронный ресурс]. URL: http://knizhnik.org/stiven-king/kto-nashel-beret-sebe/1 (дата обращения: 31.03.2017), 430 с. [King, S. Chto upalo, to propalo (Kto nashel, beret sebe). (Fell, then it was gone). Retrieved from: http://knizhnik.org/stiven-king/kto-nashel-beret-sebe/1 (date of the application: 31.03.2017). (In Russ.)]Красавский Н.А. Эмоциональные концепты в немецкой и русской лингвокультурах: Монография. Волгоград: Перемена, 2001. [Krasavskii, N.A. (2001). Emotsional'nye kontsepty v nemetskoi i russkoi lingvokul'turakh (Emotional concepts in German and Russian linguistic cultures). Monografiya. Volgograd: Peremena. (In Russ.)]Красных В.В. «Свой» среди «чужих»: миф или реальность? М.: ИТДК «Гнозис», 2003. [Krasnykh, V.V. (2003). «Svoi» sredi «chuzhikh»: mif ili real'nost'? («Your» among «aliens»: myth or reality?). M.: ITDK «Gnozis». (In Russ.)]Ларина Т.В. Категория вежливости и стиль коммуникации: Сопоставление английских и русских лингвокультурных традиций. М.: Языки славянских культур, 2009. [Larina, T. (2019). Kategoriya vezhlivosti i stil' kommunikatsii: sopostavlenie angliiskikh i russkikh lingvokul'turnykh traditsii (Politeness and Communicative Styles: comparative analyses of English and Russian communicative traditions), Moscow, Yazyki slavyanskikh kul'tur, 2009 (in Russ.)]Ларина Т.В. Прагматика эмоций в межкультурном контексте // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Лингвистика. 2015. № 1. С. 144-163. [Larina, T.V. (2015) Pragmatics of Emotions in Intercultural Context. Russian Journal of Linguistics. Vestnik RUDN, 1, 144-163. (In Russ.)]Леонтович О.А. Способы передачи культурных смыслов в контексте переводного юмористического дискурса // Бытие в языке: сб. науч. тр. к 80-летию В.И. Жельвиса. Ярославль: ЯГПУ, 2011. С. 149-162. [Leontovich, O.A. (2011). Sposoby peredachi kul'turnyh smyslov v kontekste perevodnogo jumoristicheskogo diskursa (Methods of transmission of cultural meanings in the context of the translation of humorous discourse). Bytie v jazyke: sb. nauch. tr. k 80-letiju V.I. Zhel'visa. Jaroslavl': JaGPU, 149-162. (In Russ.)]Леонтович О.А. Позитивная коммуникация: постановка проблемы // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Лингвистика. 2015. № 1. С. 144-163 [Leontovich, O.A. (2015). Positive Communication: A Theoretical Perspective. Russian Journal of Linguistics. Vestnik RUDN, 1, 164-176. (In Russ.)]Матьяш О.И. Межличностная коммуникация: теория и жизнь / В.М. Погольша, Н.В. Казаринова, С. Биби, Ж.В. Зарицкая. Под науч. ред. О.И. Матьяш. СПб.: Речь, 2011. [Mat'yash, O.I. (2011). Mezhlichnostnaya kommunikatsiya: teoriya i zhizn' (Interpersonal communication: theory and life). V.M. Pogol'sha, N.V. Kazarinova, S. Bibi, Zh.V. Zaritskaya. In O.I. Mat'yash (Eds). SPb.: Rech'. (In Russ.)]Панченко Н.Н. Достоверность как коммуникативная категория: монография. Волгоград: Перемена, 2010. 395 с. [Panchenko, N.N. (2010). Dostovernost' kak kommunikativnaya kategoriya (Reliability as a communicative category). Monografiya. Volgograd: Peremena. (In Russ.)]Пимкина Е.С. Характеристика коммуникативного поведения скептика-прагматика // Известия ВГПУ, 2016, № 3 (107). С. 131-135 [Pimkina, E.S. (2016). Kharakteristika kommunikativnogo povedeniya skeptika-pragmatika (The characteristics of the skeptic-pragmatic communicative behavior). The VSPU Newsletters. 3 (107), 131-135 (in Russ.)]Самуэлс Э. Юнг и постъюнгианцы. Курс юнгианского психоанализа. М.: ЧеРо, 1997. 416 с. [Samuels, E. (1997). Yung i post»yungiantsy. Kurs yungianskogo psikhoanaliza (Jung and posthumanity. A course of Jungian psychoanalysis). M.: CheRo. (In Russ.)]Сиротинина О.Б. Речевой портрет собаки: иллюзия или реальность? // Вопросы стилистики: Межвуз. сб. науч. тр. Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 1999. Вып. 28: Антропоцентрические исследования. С. 167-173. [Sirotinina, O.B. (1999). Rechevoi portret sobaki: illyuziya ili real'nost'? (The Speech portrait of a dog: illusion or reality?). Voprosy stilistiki: Mezhvuz. sb. nauch. tr. Saratov: Izd-vo Sarat. Un-ta. Vy. 28: Antropotsentricheskie issledovaniya, 167-173. (In Russ.)]Сиротинина О.Б. Хорошая речь / Под ред. М.А. Кормилициной и О.Б. Сиротининой. Саратов: Изд-во Саратовского университета, 2001. С. 222-228, 241-245. [Sirotinina, O.B. (2001). Khoroshaya rech' (Good speech). In M.A. Kormilitsinoi i O.B. Sirotininoi (Eds.). Saratov: Izd-vo Saratovskogo universiteta, 222-228, 241-245. (In Russ.)]Сковородников А.П. Экология русского языка: монография. Красноярск: Сиб. федер. ун-т, 2016. 388 с. [Skovorodnikov, A.P. (2016). Jekologija russkogo jazyka (Ecology of the Russian language). Monografija / A.P. Skovorodnikov. Krasnojarsk: Sib. feder. un-t. (In Russ.)]Стернин И.А. Что такое лингвистика? Воронеж: Изд-во Воронежского ун-та, 1987. 88 с. [Sternin, I.A. (1987). Chto takoe lingvistika (What is linguistics). Voronezh: Izd-vo Voronezhskogo un-ta. (In Russ.)]Шаховский В.И. Голос эмоций в языковом круге homo sentiens. Изд. 3-е, стереотип. М.: Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2015 а. 144 с. [Shahovskij, V.I. (2015). Golos jemocij v jazykovom kruge homo sentiens (Voice of emotion in the linguistic circle of homo sentiens). Izd. 3-e, stereotip. M.: Knizhnyj dom «LIBROKOM». (In Russ.)]Шаховский В.И. Диссонанс экологичности в коммуникативном круге: человек, язык, эмоции. Волгоград: Изд-во ИП Поликарпов, 2016 а. 504 с. [Shahovskij, V.I. (2016 a). Dissonans jekologichnosti v kommunikativnom kruge: chelovek, jazyk, jemocii (Dissonance in communicative sustainability: people, language, emotions). Volgograd: Izd-vo IP Polikarpov. (In Russ.)]Шаховский В.И. Категоризация эмоций в лексико-семантической системе языка. М.: Издательство ЛКИ, 2008 б. 208 с. [Shahovskij, V.I. (2008 b). Kategorizacija jemocij v leksikosemanticheskoj sisteme jazyka (Categorization of emotions in the lexico-semantic system of language). LKI. (In Russ.)]Шаховский В.И. Креатемы в модели языкового сознания русских // Вопросы психолингвистики. 2016 б. № 2 (28). С. 324-333. [Shahovskij, V.I. (2016 b). Kreatemy v modeli jazykovogo soznanija russkih (Createmy in a model of language consciousness of the Russians). Voprosy psiholingvistiki, 2 (28), 324-333. (In Russ.)]Шаховский В.И. Лингвистическая теория эмоций. М.: Гнозис, 2008. 416 с. [Shahovskij, V.I. (2008 a). Lingvisticheskaja teorija jemocij (Linguistic theory of emotions). M.: Gnozis. (In Russ.)]Шаховский В.И. Эмоции: Долингвистика, лингвистика, лингвокультурология. URSS. 2010 в. 128 с. [Shahovskij, V.I. (2010 c). Jemocii: Dolingvistika, lingvistika, lingvokul'turologija (Emotions: Alinguistic, linguistics, cultural linguistics). Izd.stereotip. URSS. (In Russ.)]Штеба А.А. Деформация языковой личности // Филологические науки. 2014. Вып. № 3. С. 12-16. [Shteba, A.A. (2014) Deformatsiya yazykovoi lichnosti (Deformation of language personality). Filologicheskie nauki. Vyp, 3, 12-16. (In Russ.)]Эмотивная лингвоэкология в современном коммуникативном пространстве: кол. моногр. / науч. ред. проф. В.И. Шаховский. Волгоград: Изд-во ВГСПУ «Перемена», 2013. 450 с. [Emotivnaya lingvoehkologiya v sovremennom kommunikativnom prostranstve (Emotive Linguoecology in modern communicztion space) In V.I. SHahovskij (Eds). Volgograd: Izd-vo VGSPU «Peremena», 2013. (In Russ.)]Языковая личность: структура и эволюция: Монография. Краснодар: Кубан. гос. ун-т. 2000. 62 с. [Yazykovaya lichnost': struktura i evolyutsiya (2000). (Linguistic identity: the structure and evolution). Monografiya. Krasnodar: Kuban. gos. un-t. (In Russ.)]Alba-Juez, Laura (199. Irony and politeness / Laura Alba-Juez. In: Revista española de lingüística aplicada, AESLA, № 10. P. 9-16.Bally, Ch. (1944). Linguistique générale et la linguistique française. Paris : Ernest Leroux.Binet, A. (1946). L'amour et l'emotion chez la femme, esquisse psycho-physiologique. Paris: Vigot frères.Dane, F. (1987). Cognition and Emotion in Discourse Interaction: A Preliminary Survey of the Field. Preprints of the Plenary Session papers / XIVth International Congress of Linguistics. Berlin. P. 272-291.Darwin, Ch. (1997). The Expression of Emotion in Man and Animals. Oxford University Press.Dirven, R. (2010). Emotions as cause and the cause of emotions. The Language of Emotions. Amsterdam / Philadelphia: John Benjamins Publishing House. P. 55-86.Goleman, D. (1997). Emotional Intelligence: Why It Can Matter More Than IQ. Bantam Books.International Conference on Language and Emotions. Book of abstracts. (2016). Madrid.Larina, T. (2015). Culture-Specific Communicative Styles as a Framework for Interpreting Linguistic and Cultural Idiosyncrasies. International Review of Pragmatics 7. P. 195-215.Les Émotions dans les interactions, sous la direction de C. Plantin, M. Doury et V. Traverso. (2000) Lyon, ARCI Presses Universitaires de Lyon, coll. “Éthologie et psychologie des communications”.Niemeier, S. (1997). Nonverbal expressions of emotions in a business negotiation. The Language of Emotions. Amsterdam / Philadelphia: John Benjamins Publishing House. P. 277-306.Schakhovsky, V.I. (1978) Zum Problem der Translation der emotionalen Komponents des Inhalts von Originaltexten // Wissenschaftliche Zeitschrift, Heft 1. Zwickau: Ped. Hochsch. Ernstschneller, 1978, Padagogische Hochschule Zwickau, 67-72.Schakhovsky, V.I. (1987 b). Lexikalische Bedeutung und Konnotation // Zeitschrift fur Phonetik, Sprachwissenschaft und Kommunikationsforschung. Berlin: Akademie Verlag. № 6, 80-91.Schakhovsky, V.I. (2000). The Russian Language Personality and its Neologisms in Emotional Communicative Situations // Imagination, Cognition and Personality, vol. 19 (2). P. 195-202.Schakhovsky, V.I. (2003). Emotional / Emotive Competence in Intercultural Communication. Communication Studies. Modern Anthology. Volgograd, 2003. P. 19-28.Schleicher, A. (1869). Die deutsche Sprache. Zweite verbesserte und vermehrte Auflage. Stuttgart, Verlag der J.C. Cottaschen Buchhandlung.Selye, H. (1974). Stress without distress. Philadelphia; New York: J.B. Lippincott.The Language of Emotions. (1997). Amsterdam / Philadelphia: John Benjamins Publishing House. P. 209-226.Volek, B. (1987). Emotive Signs in Language and Semantic Functioning of Derived Nouns in Russian. Amsterdam-Filadelfia.Wierzbicka, A. (1999). Emotions across Languages and Cultures: Diversity and universals. Cambridge University Presshttps://www.studsell.com/view/119770/ (date of the application / дата обращения 17.03.2017)