Russian Journal of LinguisticsRussian Journal of LinguisticsRussian Journal of Linguistics2687-00882686-8024Peoples’ Friendship University of Russia named after Patrice Lumumba (RUDN University)1541210.22363/2312-9182-2017-21-1-203-220ArticlesСтатьиArticlesResearch ArticleMedia Discourse in an Atmosphere of Information Warfare: From Manipulation to AggressionМедийный дискурс в ситуации информационной войны: от манипуляции - к агрессииOzyumenkoVladimir IОзюменкоВладимир Ивановичvladimir@ozyumenko.ruPeoples’ Friendship University of Russia (RUDN University)Российский университет дружбы народов15122017211Discourse Analysis in the 21 st Century: Theory an d Practice (II)Дискурс-анализ в 21 веке: теория и практика (II)20322025022017Copyright ©; 2017, Ozyumenko V.I.Copyright ©; 2017, Озюменко В.И.Copyright ©; 2017, Ozyumenko V.2017Ozyumenko V.I.Озюменко В.И.Ozyumenko V.https://creativecommons.org/licenses/by-nc/4.0https://journals.rudn.ru/linguistics/article/view/15412In todays atmosphere of information warfare the biased impact of the media has increased, pushing behind other functions, including the informative one. The forms of media influence have also changed: direct persuasion has been replaced by implicit manipulation, which develops into outright aggression. Since, in the media discourse aggression can be both verbal and non-verbal, we propose to use the term information (or media) aggression , which is broader than verbal aggression . Media aggression can be considered as a binary process - in relation to the referent (affective aggression) and in relation to the audience (cognitive aggression). As a result, the information under media aggression refers to the expression of open hostility and animosity towards the referent and meaningful impact on the consciousness of the recipient (the target audience) to its ideological subordination. The purpose of this article is to justify the hypothesis that the growing media aggression is a feature of modern media discourse in the atmosphere of information warfare, and this function can be analysed within the framework of manipulative discourse as manipulative persuasion. The data has been taken from quality British and American newspapers, news websites of The BBC, The Economist, The Guardian, The New York Times, The Washington Post, and some others covering the relations between Russia and the USA, the situation in the Middle East, particularly in Syria. The the study was conducted using critical discourse analysis (Fairclough 2001, Van Dijk 2006, 2009; Wodak 2007; Weiss, Wodak 2007) and the multimodal approach (Ivanova, Spodarets 2010; Ponton 2016), and reveals various strategies and means of linguistic manipulation and media aggression. It also shows that the main aim of linguistic manipulation accentuated by verbal and non-verbal aggression is to deliberately mislead the audience imposing on it the desired idea of ideological subordination. Therefore, a knowledge of the mechanisms of manipulative influence is essential to counter the information and psychological war.В ситуации информационной войны воздействующая функция средств массовой информации заметно усилилась, отодвинув на второй план другие функции, в том числе и информационную. Изменились также и формы воздействия: открытое убеждение заменяется скрытым манипулированием, которое перерастает в открытую агрессию. Поскольку в медийном дискурсе агрессия может осуществляться как вербальными, так и невербальными средствами, предлагаем использовать термин информационная (или медийная) агрессия , который шире, чем речевая агрессия . Медийная агрессия рассматривается двупланово - по отношению к референту ( аффективная агрессия ) и по отношению к адресату ( когнитивная агрессия ). В результате под информационной (медийной) агрессией понимается выражение открытой неприязни и враждебности к референту и целенаправленное воздействие на сознание адресата (целевой аудитории) с целью его идеологического подчинения. Цель данной статьи - на основе комплексного анализа стратегий и тактик вербальной и невербальной агрессии обосновать гипотезу о том, что в условиях информационной войны формируется и усиливается функция информационной агрессии, которая может рассматриваться в рамках манипулятивного дискурса как манипулятивное убеждение. Исследование выполнено на материале американских и британских СМИ, информационных сайтов The New York Times, The Washington Post, The Economist, The Guardian , освещающих главным образом российско-американские отношения и ситуацию в Сирии. Результаты анализа, проведенного с применением критического дискурс-анализа (Fairclough 2001, Van Dijk 2006, 2009; Weiss, Wodak 2007, Wodak 2007 и др.) и мультимодального подхода (Иванова, Сподарец 2010; Ponton 2016), позволили выявить различные приемы и средства манипуляции и показать, что основной целью информационной агрессии является преднамеренное введение аудитории в заблуждение и внушение определенной идеи с целью ее идеологического подчинения. Знание механизмов манипулятивного воздействия в условиях его усиливающейся агрессивности необходимо для противостояния информационной и психологической войне.media discourseinformation warfarepersuasionmanipulationmanipulative discoursemedia aggressionmultimodalityмедийный дискурсинформационная войнаубеждениеманипуляцияманипулятивный дискурсинформационная агрессиямультимодальность1.Басовская Е.Н. Творцы черно-белой реальности: о вербальной агрессии в средствах массовой информации // Критика и семиотика. Новосибирск: НГУ, 2004. Вып. 7. С. 257-263. [Basovskaya E.N. (2004). Tvortsy cherno-beloi real'nosti: o verbal'noi agressii v sredstvakh massovoi informatsii. Kritika i semiotika. Novosibirsk: NGU. Vyp. 7. 257-263 (In Russ).]2.Берковиц Л. Агрессия: причины, последствия и контроль. СПб.: Прайм, 2002. [Berkovits L. (2002). Agressiya: prichiny, posledstviya i kontrol'. St Petersburg: Prime (In Russ).]3.Бэрон Р., Ричардсон Д. Агрессия. Спб.: Издательский дом Питер, 2001. [Beron R., Richardson D. (2001). Agressiya. St Petersburg: Izdatel'skii dom Piter. (In Russ).]4.Будаев Э.В., Чудинов А.П. Метафора в политическом интердискурсе. Екатеринбург: Урал. гос. пед. ун-т, 2006. [Budaev E.V., Chudinov A.P. (2006). Sovremennaya politicheskaya lingvistika. Ekaterinburg. (In Russ).]5.Володихин Д., Елисеева О., Олейников Д. История России в мелкий горошек. М.: ЗАО «Мануфактура», ООО «Издательство „Единство“», 1998. [Volodikhin D., Eliseeva O., Oleinikov, D. (1998). Istoriya Rossii v melkii goroshek. Moscow: Manufaktura, Edinstvo (In Russ).]6.Воронцова Т.А. Речевая агрессия в коммуникативно-дискурсивной парадигме // Вестник ВГУ, Серия: Лингвистика и межкультурная коммуникация. 2006. № 1. С. 83-86. [Vorontsova T.A. (2006) Rechevaya agressiya v kommunikativno-diskursivnoi paradigme Vestnik VGU, Seriya: Lingvistika i mezhkul'turnaya kommunikatsiya, 1, 83-86. (In Russ).]7.Жельвис В.И. Поле брани. Сквернословие как социальная проблема в языках и культурах мира. М.: Ладомир, 2001. [Zhel'vis V.I. Pole brani. Skvernoslovie kak sotsial'naya problema v yazykakh i kul'turakh mira. Moscow: Ladomir, 2001. (In Russ).]8.Закоян Л.М. Выражение агрессии в российских СМИ // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Вопросы образования: языки и специальность. 2009. № 2. С. 44-47. [Zakoyan L.M. (2009). Vyrazhenie agressii v rossiiskikh SMI. Bulletin of Peoples’ Friendship University of Russia. Ser.: Voprosy obrazovaniya: yazyki i spetsial'nost', 2, 44-47 (In Russ).]9.Информационные войны в современном мире: материалы международной конференции, Москва, 2 октября 2008 года. М.: Ключ-С, 2008. [Informatsionnye voiny v sovremennom mire: materialy mezhdunarodnoi konferentsii, oscow, October, 2, 2008. Moscow: Klyuch-S, 2008. (In Russ).]10.Иванова С.В. Лингвистическая ресурсная база информационной войны: создание эффекта демонизации // Политическая лингвистика. 2016. № 5 (59). С. 28-37. [Ivanova S.V. (2016) Linguistic resources employed in an information warfare: demonization effect techniques. Political Linguistics Journal. № 5 (59). S. 28-37. (In Russ.)]11.Иванова С.В., Садуов Р.Т. Политическая коммуникация как образец речевого манипулирования // Политическая лингвистика. 2008. № 25. С. 52-59. [Ivanova S.V., Saduov R.T. (2008). Political Communication as a Model of Verbal Manipulation. Political Linguistics Journal, 25, 52-59. (In Russ).]12.Иванова С.В., Сподарец О.О. Реализация стратегия субъективизации в структуре новостного политического дискурса СМИ // Политическая лингвистика. 2010. № 3. С. 71-75. [Ivanova S.V., Spodarets O.O. (2010). Implementation of Subjectivization Strategy in the Structure of Mass Media Political Discourse, Political Linguistics Journal, 3, 71-75. (In Russ).]13.Иванова С.В., Чанышева З.З. Технологии дискурсивного оформления слухов в политическом дискурсе массмедиа // Политическая лингвистика. 2014. № 2. С. 39-49. [Ivanova S.V., Chanysheva Z.Z. (2014). Rumor introducing discursive technologies in mass media political discourse. Political Linguistics Journal, 2, 39-49. (In Russ).]14.Кара-Мурза С.Г. Манипуляция сознанием. М.: Алгоритм, 2004. [Kara-Murza S.G. (2004). Manipulyatsiya soznaniem. M.: Algoritm. (In Russ).]15.Клушина Н.И. Стилистика публицистического текста. М.: Медиа Мир, 2008. [Klushina N.I. (2008). Stilistika publitsisticheskogo teksta. Moscow: Media Mir. (In Russ).]16.Копнина Г.А. Речевое манипулирование: учеб. Пособие. 5-е изд. М.: Флинта: Наука, 2014. [Kopnina G.A. (2014). Rechevoe manipulirovanie: ucheb. posobie. 5-e izd. Moscow: Flinta: Nauka. (In Russ).]17.Ларина Т.В., Озюменко В.И., Пономаренко Е.Б. Языковые механизмы манипулирования общественным мнением в английских и русских информационных текстах // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Лингвистика. 2011. № 1. С. 35-45. [Larina T.V., Ozyumenko V.I., Ponomarenko E.B. (2011). Language mechanisms used to manipulate public opinion in English and Russian texts. Russian Journal of Linguistics, 2, 35-45. (In Russ).]18.Озюменко В.И. Языковые средства воздействия на аудиторию в английских, американских и российских СМИ // Профессионально ориентированное обучение иностранному языку и переводу в вузе. М.: изд-во РУДН, 2011. С. 258-263. [Ozyumenko V.I. (2011). Yazykovye sredstva vozdeistviya na auditoriyu v angliiskikh, amerikanskikh i rossiiskikh SMI // Professional'no orientirovannoe obuchenie inostrannomu yazyku i perevodu v vuze. Moscow: RUDN. 258-263. (In Russ)19.Ротмайр Р. «Пробивные» стратегии на деловых переговорах как пример «положительной» завуалированной агрессивности // Агрессия в языке и речи: сб. науч. ст. под ред. И.А. Шаронова. М.: РГГУ, 2004. С. 53-67. [Rotmair R. “Probivnye” strategii na delovykh peregovorakh kak primer “polozhitel'noi” zavualirovannoi agressivnosti. I. Sharonov (ed.) Agressiya v yazyke i rechi. Moscow: RGGU, 2004. 53-67 (In Russ).]20.Седов К.Ф. Агрессия как вид речевого воздействия // Прямая и непрямая коммуникация. Саратов: изд-во Колледж, 2003. С. 196 -212. [Sedov K.F. Agressiya kak vid rechevogo vozdeistviya. Pryamaya i nepryamaya kommunikatsiya. Saratov: izd-vo Kolledzh, 2003. 196-212. (In Russ).]21.Сковородников А.П., Копнина Г.А. Тексты СМИ как поле речевых манипуляций и их разоблачений (на материале российской прессы // Лингвистика речи. Медиастилистика: колл. монография, посвященная 80-летию проф. Г.Я. Солганика. М.: ФЛИНТА, 2012. С. 467-492. [Skovorodnikov A.P., Kopnina G.A. (2012). Teksty SMI kak pole rechevykh manipulyatsii i ikh razoblachenii (na materiale rossiiskoi pressy). Lingvistika rechi. Mediastilistika. Moscow: FLINTA, 2012. 467-492. (In Russ).]22.Чудинов А.П. Метафорическая мозаика в современной политической коммуникации: Монография. Екатеринбург: Урал. гос. пед. ун-т. 2003. [Chudinov A.P. (2003). Metaforicheskaya mozaika v sovremennoi politicheskoi kommunikatsii. Ekaterinburg: Ural. State ped. University: 2003. (In Russ).]23.Шейгал Е.И. Семиотика политического дискурса. М.: Гнозис, 2004. [Sheigal E.I. (2004). Semiotika politicheskogo diskursa. Moscow: Gnozis. (In Russ).]24.Щербинина Ю.В. Вербальная агрессия. Изд-е 2. М.: Изд-во ЛКИ, 2008. [Shcherbinina Yu.V. (2008). Verbal'naya agressiya. 2 ed-n. Moscow: LKI. (In Russ).]25.Fairclough N. Critical discourse analysis as a method in social scientific research. In: Methods of Critical discourse analysis. London: Thousand oaks and Delhi: Sage, 2001. 121-13926.Ponton D. Movement and Meaning: Towards an Integrated Approach to Political Discourse Analysis. Russian Journal of Linguistics. 2016. Vol. 20 (4)27.Van Dijk, T. Discourse and manipulation. Discourse & Society. 2006, 17 (2), 359-38328.Van Dijk, T. Society and discourse. How social contexts influence text and talk. Cambridge: Cambridge University press. 200929.Weiss G., Wodak R. (eds.) Critical discourse analysis: theory and interdisciplinarity. London, Basingstoke, New York: Palgrave, Macmillan. 2007