Doctor of Legal Sciences, Full Professor, Honored Scientist of the Russian Federation, Leading Researcher of the Civil and Entrepreneurial Law Sector, Institute of State and Law
доктор юридических наук, профессор, Заслуженный деятель науки РФ, ведущий научный сотрудник сектора гражданского и предпринимательского права, Институт государства и права, Российская академия наук
Doctor of Legal Sciences, Judge of the Moscow Arbitration Court; Chief Researcher of the Civil and Entrepreneurial Law Department, Institute of State and Law, Russian Academy of Sciences; Full Professor, Department of Entrepreneurial and Corporate Law, Kutafin Moscow State Law University
доктор юридических наук, судья Арбитражного суда города Москвы, главный научный сотрудник сектора гражданского и предпринимательского права, Институт государства и права Российской академии наук; профессор кафедры предпринимательского и корпоративного права, Университет им. О.Е. Кутафина
The nature of contemporary entrepreneurial relations among market participants is significantly shaped by Russia’s mixed economy. This article argues for re-evaluation constitutional foundations of the Russian economic system within the Civil Code of the Russian Federation, specifically regarding the regulation of private and public property rights, and their application in business activities. It contends that, in modern contexts, a “thing” can no longer be considered a generalized concept encompassing all material products, and that property rights cannot encompass all elements of ownership. Property is a multidimensional concept, characterized by legal scholars through the personal qualities of its holder. However, economic-based property relations alone cannot explain all forms of ownership established by law. The approach to a commercial legally established forms of ownership. Treating a commercial corporation solely as an artificial entity, rather than a real organization with management and employees, obscures the legal connections between shareholders and the corporation. This perspective prevents the recognition of corporate ownership elements belonging to the corporation itself. Furthermore, a public legal entity’s 100% ownership of a joint-stock company does not necessarily indicate a complete loss of its ownership rights over the company’s assets, as the entity retains the right to dispose and manage shares, exercising corporate powers. The existing legal representation structure, allowing a corporate member to defend the company’s material interests in court through claims for damages, demonstrates themember’s participation in determining the fate of the company’s property. The article concludes that the essential meaning of property rights in Russian legislation is undergoing transformation, necessitating a reassessment of the general provisions on private and public property set out in the Civil Code of the Russian Federation. The authors propose the adoption of a separate law governing federal property and its management.
Сущность складывающихся между участниками рынка предпринимательских отношений на современном этапе во многом предопределена смешанной системой экономики России. В статье отмечается потребность переосмысления вопроса регулирования основ конституционного строя в нормах Гражданского кодекса РФ о формах права частной и публичной собственности, и использования их в предпринимательской деятельности. Доказывается, что в современных условиях вещь не может рассматриваться как обобщенное понятие, охватывающее все виды материального продукта, существующего в реальном человеческом восприятии, а само вещное право - охватывать все элементы права собственности. Собственность - многоаспектное понятие, характеризуемое правоведами через личные качества его носителя (правообладателя), но отношения собственности в экономическом понимании нельзя использовать для объяснения установленных законом всех форм собственности. Подход к коммерческой корпорации как искусственно созданному субъекту, а не реально существующей организации с органами управления и работниками, исключает обнаружение существующих правовых связей обладателей акций (долей в уставных капитала) с корпорацией и не позволяет утверждать о наличии в праве собственности хозяйственного общества элементов имущества, принадлежащего корпорации. Стопроцентное участие публично-правового образования в акционерном обществе не свидетельствует о полной утрате им права собственности на имущество общества, поскольку у него сохраняются право распоряжения и управления акциями - корпоративные правомочия. Существующая конструкция законного представительства, наделяющая участника корпоративной организации правом защищать от имени последней ее материально-правовой интерес в суде посредством заявления требования о взыскании причиненных обществу убытков, свидетельствует об участии члена корпорации в определении судьбы ее имущества. В заключении делается вывод о трансформации сущностного значения права собственности в российском законодательстве и необходимости переосмысления общих положений о частной и публичной собственности, изложенных в Гражданском кодексе РФ. Предлагается принятие отдельного закона о федеральной собственности и управлении ею.