Vestnik RUDN. International RelationsVestnik RUDN. International RelationsВестник Российского университета дружбы народов. Серия: Международные отношения2313-06602313-0679федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования «Российский университет дружбы народов имени Патриса Лумумбы» (РУДН)3725810.22363/2313-0660-2023-23-4-719-733PLIBUKBILATERIAL RELATIONSДВУСТОРОННИЕ ОТНОШЕНИЯ双方关系Research ArticleAzerbaijani-Iranian Relations After the Second Karabakh War: Features and TrendsАзербайджано-иранские отношения после Второй карабахской войны: особенности и тенденцииhttps://orcid.org/0000-0002-5129-5553AghazadaMirmehdi M.АгазадеМирмехти Миркамил оглы

PhD (History), Senior Lecturer, Department of Theory and History of International Relations

кандидат исторических наук, старший преподаватель кафедры теории и истории международных отношений

agazade-mm@rudn.ruRUDN UniversityРоссийский университет дружбы народов15122023234100th Anniversary of the Republic of Türkiye: International Dimension100 лет Турецкой Республике: международное измерение71973330122023Copyright ©; 2023, Aghazada M.M.Copyright ©; 2023, Агазаде М.М.Copyright ©; 2023, Aghazada M.2023Aghazada M.M.Агазаде М.М.Aghazada M.https://creativecommons.org/licenses/by-nc/4.0https://journals.rudn.ru/international-relations/article/view/37258

The study presents an analysis of bilateral relations between the Republic of Azerbaijan (RA) and the Islamic Republic of Iran (IRI) after the Second Karabakh War (SKW), identifying the sources of tension and new trends in their relations. On the one hand, the participation of RA and IRI in large-scale Eurasian transport and logistics projects allows both countries to play a special role in regional politics, and on the other hand, the full-fledged security of the South Caucasus region, including its current position in the system of international relations, largely depends on the level and quality of Azerbaijani-Iranian relations. The purpose of this study is to identify the features and trends of Azerbaijani-Iranian relations after the Second Karabakh War. The author analyzes the reasons for the aggravation of bilateral relations after the SKW in terms of domestic and foreign policy factors. If ethno-political and religious-ideological factors are considered as domestic political reasons, then the nature of the development of relations between Azerbaijan and Türkiye, Azerbaijan and Israel, and Iran and Armenia is assessed as a foreign policy aspect that led to the deterioration of Azerbaijani-Iranian relations. In addition, conducting military exercises by the two countries near the Azerbaijani-Iranian state border, the position of the Iranian authorities against the opening of the Zangezur corridor, and the attack on the Azerbaijani embassy in Tehran at the end of January 2023 also contributed to the deepening of the escalation between the RA and the IRI. Along with this, a new positive trend is also emerging in bilateral relations. The volume of trade turnover between the two countries has traditionally decreased during crisis situations; however, despite the fact that Azerbaijani-Iranian political relations are currently experiencing the worst period in their history, the development of relations in the trade and economic spheres is observed, which is a new trend in the interactions between Baku and Tehran. Thus, not only the problems caused by the COVID-19 coronavirus infection in the economies of the two countries, but also the intensification of work on transport projects in the South Caucasus create conditions for maintaining and increasing the level of trade and economic relations.

Анализируются двусторонние отношения между Азербайджанской Республикой (АР) и Исламской Республикой Иран (ИРИ) после Второй карабахской войны (ВКВ), выявляются причины напряженности и новые тенденции, сложившиеся в отношениях между ними. С одной стороны, участие АР и ИРИ в масштабных евразийских транспортно-логистических проектах позволяет обеим странам играть особую роль в региональной политике, а с другой - от уровня и качества азербайджано-иранских отношений в значительной степени зависит полноценное обеспечение безопасности на Южном Кавказе, в том числе его современное положение в системе международных отношений в целом. Цель исследования - выявление особенностей и тенденций развития азербайджано-иранских отношений после ВКВ. Анализируются причины обострения двусторонних отношений после ВКВ с точки зрения внутриполитических и внешнеполитических факторов. Если этнополитический и религиозно-идеологический факторы рассматриваются в качестве внутриполитических причин, то характер развития отношений между АР и Турцией, АР и Израилем, а также между ИРИ и Арменией оценивается как внешнеполитический аспект, приведший к ухудшению азербайджано-иранских отношений. Кроме того, проведение двумя странами военных учений вблизи азербайджано-иранской государственной границы, позиция иранских властей по открытию Зангезурского коридора и нападение на посольство Азербайджана в Тегеране в конце января 2023 г. - все это также способствовало углублению эскалации между АР и ИРИ. Наряду с этим намечается и новая положительная динамика в двусторонних отношениях. Традиционно во время кризисных ситуаций объем торгового оборота двух стран снижался, однако, несмотря на то, что азербайджано-иранские политические отношения на данном этапе переживают самый худший период своей истории, наблюдается развитие отношений в торгово-экономической сфере, что является новой тенденцией во взаимодействии между Баку и Тегераном. Тем самым не только проблемы, возникшие из-за пандемии COVID-19 в экономике двух стран, но и активизация работы по транспортным проектам на Южном Кавказе создают условия для сохранения и повышения уровня двусторонних торгово-экономических взаимоотношений.

AzerbaijanIranSouth CaucasusNorth - South International Transport CorridorMiddle CorridorАзербайджанИранЮжный КавказМеждународный транспортный коридор Север - ЮгСрединный коридорСтатья опубликована в рамках проекта «Азербайджано-иранские отношения в условиях новых геополитических реалий после Второй карабахской войны» по конкурсу РНФ 2022 г. «Проведение инициативных исследований молодыми учеными» Президентской программы исследовательских проектов, реализуемых ведущими учеными, в том числе молодыми учеными (№ 22-78-00067).The article was prepared within the framework of the project “Azerbaijani-Iranian Relations in the New Geopolitical Realities after the Second Karabakh War” in the RSF 2022 competition “Conducting proactive research by young scientists” of the Presidential program of research projects implemented by leading scientists, including young scientists (No. 22-78-00067).Abbasov, N., & Souleimanov, E. A. (2022). Azerbaijan, Israel, and Iran: An unlikely triangle shaping the Northern Middle East. Middle East Policy, 29(1), 139—153. https://doi.org/10.1111/mepo.12611Агазаде М. М. Азербайджано-иранские отношения: основные направления и особенности в 1991-2019 гг. (историографический обзор) // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Международные отношения. 2021a. Т. 21, № 4. С. 803-821. https://doi.org/10.22363/2313-0660-2021-21-4-803-821Agamaliev, S. M., Dadabaeva, Z. A., & Savicheva, E. M. (2022). Frames of the Nagorno-Karabakh war of 2020: Key actors’ stands. Voprosy Istorii, (1—2), 82—92. (In Russian).Агазаде М. М. Вторая карабахская война: кто на самом деле победитель? // Постсоветские исследования. 2021b. Т. 4, № 2. С. 119-126.Aghazada, M. M. (2021a). Azerbaijani-Iranian relations: Main directions and features in 1991—2019 (historiographical overview). Vestnik RUDN. International Relations, 21(4), 803—821. (In Russian). https://doi.org/10.22363/2313-0660-2021-21-4-803-821Агамалиев С. М., Дадабаева З. А., Савичева Е. М. Контуры Нагорно-Карабахской войны 2020 г: позиции ключевых акторов // Вопросы истории. 2022. № 1-2. С. 82-92.Aghazada, M. M. (2021b). The Second karabakh war: Who is the real winner? Post-Soviet Studies, 4(2), 119—126. (In Russian).Андреева Е. С. Влияние конфликта в Нагорном Карабахе 2020 г. на политику Ирана на Южном Кавказе // Проблемы национальной стратегии. 2021. № 5. С. 104-116. https://doi.org/10.52311/2079-3359_2021_5_104Aghazada, M. M., Goncharova, A. A., & Chernyavskiy, S. I. (2021). Azerbaijani Turks in Iran: From the history to the modernity. Voprosy Istorii, (5—1), 145—156.Атрисангари Ф. Внешняя политика Ирана на Южном Кавказе: идентичность и национальные интересы // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия: Политология. 2020. Т. 22, № 1. С. 32-48. https://doi.org/10.22363/2313-1438-2020-22-1-32-48Akçay, N., & Guo, Changgang. (2023). Türkiye’s Middle Corridor and China’s BRI: Identification and assessment. Insight Turkey, 25(1), 63—74. https://doi.org/10.25253/99.2023251.4Белов В. И., Савичева Е. М. Иран и Азербайджан: вызовы безопасности и сотрудничеству // Постсоветские исследования. 2021. Т. 4, № 7. С. 615-625.Alizada, N. (2021). İran’da türk kimliği: Dünü ve bugünü. İstanbul: Kutlu Yayinevi.Борзова А. Ю., Савичева Е. М., Кулумбегова Л. Т. Проблема взаимодействия Турции и России в новых политических реалиях в исследованиях Немецкого института международных отношений и безопасности (SWP) // Постсоветские исследования. 2022. Т. 5, № 8. С. 861-871.Andreeva, E. S. (2021). Impact of the 2020 Nagorno-Karabakh conflict on Iran’s policy in the South Caucasus. National Strategy Issues, (5), 104—116. (In Russian). https://doi.org/10.52311/2079-3359_2021_5_104Дудайти А. К. Проблемы безопасности на Южном Кавказе в контексте регионального взаимодействия России, Ирана и Турции в постсоветский период // Постсоветские исследования. 2022. Т. 5, № 8. С. 771-779.Atrisangari, F. (2020). Iranian foreign policy in the South Caucasus: Identity and national interests. RUDN Journal of Political Science, 22(1), 32—48. (In Russian). https://doi.org/10.22363/2313-1438-2020-22-1-32-48Ибрагимов А. Г., Агазаде М. М. Внешняя политика Азербайджанской Республики // Внешняя политика стран СНГ / под ред. Д. А. Дегтерева, К. П. Курылева. Москва : Аспект Пресс, 2017. С. 202-225.Avdaliani, E. (2022). New world order and small regions: The case of South Caucasus. Singapore: Palgrave Macmillan. https://doi.org/10.1007/978-981-19-4037-8Малышева Д. Б. Международный транспортный коридор «Север - Юг» в стратегии России // Россия и новые государства Евразии. 2021. № 2. С. 59-72. https://doi.org/10.20542/2073-4786-2021-2-59-72Balcı, Ç., & Aslanlı, K. (2022). 2. Karabağ savaşı ve İran: Stratejik iletişim perspektifi. İstanbul: İran Araştırmaları Merkezi.Маркедонов С. Каледжи В., Хас К. Слом статус-кво и международное измерение кризиса в Нагорном Карабахе. Москва : Фонд развития и поддержки Международного дискуссионного клуба «Валдай», 2020.Belov (Yurtaev), V. I., & Binish. (2021). India, Russia and Iran: A new study on “North — South” International Transport Corridor. Information and Innovations, 16(4), 18—25. https://doi.org/10.31432/1994-2443-2021-16-4-18-25Сажин В. И. Иран - Азербайджан: азербайджанский вопрос сегодня // Труды Института востоковедения РАН. 2019. № 26. С. 157-172.Belov, V. I., & Savicheva, E. M. (2021). Iran and Azerbaijan: Challenges to security and cooperation. Post-Soviet Studies, 4(7), 615—625. (In Russian).Федоровская И. М. Иран и новая геополитическая ситуация на Южном Кавказе // Россия и новые государства Евразии. 2022a. № 1. С. 102-110. https://doi.org/10.20542/2073-4786-2022-1-102-110Borzova, A. Y., Savicheva, E. M., & Kulumbegova, L. T. (2022). New aspects in relations between Turkey and Russia (based on materials from German think tank). Post-Soviet Studies, 5(8), 861—871. (In Russian).Федоровская И. М. Проекты развития транспортной инфраструктуры Закавказья // Россия и новые государства Евразии. 2022b. № 4. С. 123-131. https://doi.org/10.20542/2073-4786-2022-4-123-131Çiçekçi, C. (2021). İkinci Dağlık Karabağ savaşı işığında İsrail — Azerbaycan ilişkileri: Yapısal ve analitik bir çerçeve. Güvenlik Çalışmaları Dergisi, 23(2), 267—285. https://doi.org/10.54627/gcd.949893Федоровская И. М. Транспортные проекты Азербайджана // Россия и новые государства Евразии. 2019. № 1. С. 118-126. https://doi.org/10.20542/2073-4786-2019-1-118-126Dudaiti, A. K. (2022). Problems of security in the South Caucasus in the context of regional interaction between Russia, Iran and Turkey in the post-soviet period. Post-Soviet Studies, 5(8), 771—779. (In Russian).Abbasov N., Souleimanov E. A. Azerbaijan, Israel, and Iran: An Unlikely Triangle Shaping the Northern Middle East // Middle East Policy. 2022. Vol. 29, iss. 1. P. 139-153. https://doi.org/10.1111/mepo.12611Fedorovskaya, I. M. (2019). Azerbaijan’s transport projects. Rossiya i Novye Gosudarstva Evrazii, (1), 118—126. (In Russian). https://doi.org/10.20542/2073-4786-2019-1-118-126Aghazada M. M, Goncharova A. A., Chernyavskiy S. I. Azerbaijani Turks in Iran: From the History to the Modernity // Voprosy Istorii. 2021. No. 5-1. P. 145-156.Fedorovskaya, I. M. (2022a). Iran and the new geopolitical situation in the South Caucasus. Rossiya i Novye Gosudarstva Evrazii, (1), 102—110. (In Russian). https://doi.org/10.20542/2073-4786-2022-1-102-110Akçay N., Guo Changgang. Türkiye’s Middle Corridor and China’s BRI: Identification and Assessment // Insight Turkey. 2023. Vol. 25, no. 1. P. 63-74. https://doi.org/10.25253/99.2023251.4Fedorovskaya, I. M. (2022b). Projects for the development of transport infrastructure in Transcaucasia. Rossiya i Novye Gosudarstva Evrazii, (4), 123—131. (In Russian). https://doi.org/10.20542/2073-4786-2022-4-123-131Alizada N. İran’da Türk Kimliği: Dünü ve Bugünü. İstanbul : Kutlu Yayinevi, 2021.Gök, A. (2022). Türk Devletleri Teşkilatı ve Dağlık Karabağ zaferinin yarattığı fırsatlar. Güvenlik Stratejileri Dergisi, (Ağustos), 109—145. https://doi.org/10.17752/guvenlikstrtj.1093710Avdaliani E. New World Order and Small Regions: The Case of South Caucasus. Singapore : Palgrave Macmillan, 2022. https://doi.org/10.1007/978-981-19-4037-8Ibrahimov, A. G., & Aghazada, M. M. (2017). Foreign policy of the Republic of Azerbaijan. In D. A. Degterev & K. P. Kurylev (Eds.), Foreign policy of the CIS countries (pp. 202—225). Moscow: Aspekt Press publ. (In Russian).Balcı Ç., Aslanlı K. 2. Karabağ Savaşı ve İran: Stratejik İletişim Perspektifi. İstanbul : İran Araştırmaları Merkezi, 2022.Kaleji, V. (2021). Iran and Azerbaijan after the Second Karabakh War. Baku Dialogues, 5(1), 126—146.Belov (Yurtaev) V. I., Binish. India, Russia and Iran: A New Study on “North - South” International Transport Corridor // Information and Innovations. 2021. Vol. 16, no. 4. P. 18-25. https://doi.org/10.31432/1994-2443-2021-16-4-18-25Malysheva, D. B. (2021). “North — South” International transport corridor in Russia’s strategy. Rossiya i Novye Gosudarstva Evrazii, (2), 59—72. (In Russian). https://doi.org/10.20542/2073-4786-2021-2-59-72Çiçekçi C. İkinci Dağlık Karabağ Savaşı Işığında İsrail - Azerbaycan İlişkileri: Yapısal ve Analitik Bir Çerçeve // Güvenlik Çalışmaları Dergisi. 2021. Vol. 23, iss. 2. P. 267-285. https://doi.org/10.54627/gcd.949893Markedonov, S., Kaleji, V., & Has, K. (2020). The breakdown of the status quo and the international dimension of the Nagorno-Karabakh crisis. Moscow: Fond razvitiya i podderzhki Mezhdunarodnogo diskussionnogo kluba “Valday” publ. (In Russian).Gök A. Türk Devletleri Teşkilatı ve Dağlık Karabağ Zaferinin Yarattığı Fırsatlar // Güvenlik Stratejileri Dergisi. 2022. Ağustos. P. 109-145. https://doi.org/10.17752/guvenlikstrtj.1093710Rashidvash, V. (2013). Iranian people: Iranian ethnic groups. International Journal of Humanities and Social Science, 3(15), 216—226.Kaleji V. Iran and Azerbaijan after the Second Karabakh War // Baku Dialogues. 2021. Vol. 5, no. 1. P. 126-146.Sanaei, M., & Karami, J. (2021). Iran’s Eastern policy: Potential and challenges. Russia in Global Affairs, 19(3), 25—49. https://doi.org/10.31278/1810-6374-2021-19-3-25-49Rashidvash V. Iranian People: Iranian Ethnic Groups // International Journal of Humanities and Social Science. 2013. Vol. 3, no. 15. P. 216-226.Sapmaz, A. (2022). İran’ın Azerbaycan’a yönelik dış politikası: İkinci Karabağ savaşı’nın belirleyiciliği. SDE Akademi Dergisi, 2(4), 12—43.Sanaei M., Karami J. Iran’s Eastern Policy: Potential and Challenges // Russia in Global Affairs. 2021. Vol. 19, no. 3. P. 25-49. https://doi.org/10.31278/1810-6374-2021-19-3-25-49Sarıkaya, Y. (2021). İranın İkinci Karabağ savaşı tutumu: Takke düştü kel göründü. Giresun Üniversitesi İktisadi ve İdari Bilimler Dergisi, 7(1), 84—103. https://doi.org/10.46849/guiibd.872423Sapmaz A. İran’ın Azerbaycan’a Yönelik Dış Politikası: İkinci Karabağ Savaşı’nın Belirleyiciliği // SDE Akademi Dergisi. 2022. Vol. 2, iss. 4. P. 12-43.Sattarov, F. (2022). The emerging potential of the Middle Corridor. Horizons: Journal of International Relations and Sustainable Development, (21), 198—207.Sarıkaya Y. İranın İkinci Karabağ Savaşı Tutumu: Takke Düştü Kel Göründü // Giresun Üniversitesi İktisadi ve İdari Bilimler Dergisi. 2021. Vol. 7, no. 1. P. 84-103. https://doi.org/10.46849/guiibd.872423Sazhin, V. I. (2019). Iran — Azerbaijan: The Azerbaijani question today. Trudy Instituta Vostokovedeniya RAN, (26), 157—172. (In Russian).Sattarov F. The Emerging Potential of the Middle Corridor // Horizons: Journal of International Relations and Sustainable Development. 2022. No. 21. P. 198-207.Şeyban, S. (2022). Etki ve sonuçları bakımından İkinci Karabağ savaşı’nı farklı açıdan okumak: Türk dünyası ve dönüşen iş birliği. Demokrasi Platformu Dergisi, 11(36), 32—62.Şeyban S. Etki ve Sonuçları Bakımından İkinci Karabağ Savaşı’nı Farklı Açıdan Okumak: Türk Dünyası ve Dönüşen İş Birliği // Demokrasi Platformu Dergisi. 2022. Vol. 11, iss. 36. P. 32-62.