Professor of Political Science, Jean Monnet Chair, Virginia Polytechnic Institute; Associate Chair, International Studies Program Director, Department of Political Science; Director, Center for European Union, Transatlantic and Trans-European Space Studies (CEUTTSS) - A Jean Monnet Center of Excellence; Director of the Diplomacy Lab, Virginia Polytechnic Institute
профессор политологии, заведующий кафедрой Жана Монне, Технологический институт Виргинии; заместитель председателя, директор Программы международных исследований департамента политических наук; директор Центра исследований Европейского союза, Трансатлантического и трансъевропейского пространства, директор Лаборатории дипломатии, Политехнический университет Виргинии и университет штата
This article argues that the shift from the bipolar structure of the Cold War international system to a more polycentric power structure at the system level has increased the significance of regional relations and has consequently enhanced the importance of the study of regionalism. It makes a case for a Mediterranean region and examines various efforts aimed at defining what constitutes a region. In so doing, it investigates whether the Regional Security Complex Theory (RSCT) can be utilized to define a Mediterranean region and argues that the patters of amity and enmity among Mediterranean states are necessary but not sufficient to identify such a region. It suggests that economic, energy, environmental, and other factors, such as migration and refugee flows should be taken into consideration in order to define the Mediterranean region. It also claims that the Mediterranean security complex includes three sub-complexes. The first is an eastern Mediterranean sub-complex that revolves mainly - albeit not exclusively - around three conflicts: the Greek-Turkish conflict, the Syrian conflict, and the Israeli-Palestinian/Arab conflict. The second is a central Mediterranean sub-complex that includes Italy, Libya, Albania and Malta and which revolves mainly around migration with Italy playing a dominant role due to its historical ties to both Libya and Albania. The third is a western Mediterranean security sub-complex that includes France, Algeria, Tunisia, Morocco, Spain and Portugal. This sub-complex it centered around France, the migration question and its associated threats, such as terrorism, radicalism, and human trafficking. In conclusion, it is concluded that the Mediterranean security complex is very dynamic as there are states (i.e. Turkey) that seem eager and capable of challenging the status quo thereby contributing to the process of the complex’s internal transformation.
Переход от биполярной структуры международной системы времен холодной войны к более полицентрической структуре на системном уровне повысил значимость региональных отношений и изучения регионализма. Приводится пример Средиземноморского региона и рассматриваются различные усилия, направленные на определение того, что представляет собой данный регион. Исследуется вопрос, можно ли использовать теорию комплекса региональной безопасности (ТКРБ) для определения Средиземноморского региона, и утверждается, что признаки сотрудничества и соперничества между средиземно-морскими государствами необходимы, но недостаточны для определения такого региона. Предполагается, что для определения Средиземноморского региона следует учитывать экономические, энергетические, экологические и другие факторы, такие как миграция и потоки беженцев. В целом средиземноморский комплекс безопасности включает в себя три подкомплекса. Первый - это восточно-средиземноморский подкомплекс, который вращается в основном - хотя и не исключительно - вокруг трех конфликтов: греко-турецкого, сирийского и израильско-палестинского/арабского. Второй - центрально-средиземно-морский подкомплекс, который включает Италию, Ливию, Албанию и Мальту и сосредоточен в основном вокруг миграции, при этом Италия играет доминирующую роль из-за ее исторических связей как с Ливией, так и Албанией. Третий - западно-средиземноморский подкомплекс безопасности, который включает Францию, Алжир, Тунис, Марокко, Испанию и Португалию. Этот подкомплекс сформирован вокруг Франции, миграционного вопроса и связанных с ним угроз, таких как терроризм, радикализм и торговля людьми. В заключении сделан вывод, что средиземноморский комплекс безопасности очень динамичен, поскольку есть государства (например, Турция), которые, похоже, стремятся и способны бросить вызов статус-кво, тем самым содействуя процессу внутренней трансформации комплекса.