Head, the “North - South” Group, Centre for Civilizational and Regional Studies, Institute for African Studies, Russian Academy of Sciences; Chair, the Commission on Socio-Cultural Issues of Globalization; Member, Bureau of the Academic Council “History of the World Culture”, the Presidium of the Russian Academy of Sciences
руководитель Группы «Север - Юг» Центра цивилизационных и региональных исследований Института Африки РАН; председатель Комиссии по социальным и культурным проблемам глобализации; член бюро Научного совета «История мировой культуры» при Президиуме РАН
The article reflects the results of research in the North-South Group focused on the development of the polycentric, personalized and mobile Universe, while the ensemble of interconnected influential concepts (postmodernity and postcoloniality) had been analyzed. The current view on globalization as a political and economic cohesion of the modern world, contrasts the view on global restructuring as a consequence of the crisis of institutions of world bureaucracy, collectivist ideo-party totality, others unifying administrative and sociocultural mechanics. Attention is drawn to the trends of individuation and privatization, substitution of subordination by subsidiarity, which reflects the crisis of the national statehood format. The complex reality that arises in the bosom of modern culture, implements its own polycentricity, based not on the etatist symphony, but on a distributed set of diasporas, corporate or personal sovereignty. Postmodernity, denying the former world order, reproduces the semblance of a post-colonial situation, which allows us to turn to the experience of countries that have gained political sovereignty and mastered their new status in its various versions. Coloniality is understood as the result of hegemony, which goes beyond the prevailing interpretation of colonialism, but as a repressive emanation of the hegemonic world, offering subaltern other two modus of behavior: submission or subjugation assimilation, denying the legality of alternative self-realization or resistance. Pathos of post-modern, post-imperial and post-colonial positions declares the right of the individual and the communities to realize their original identity, dissimilation of former loyalties and sovereign search for alternatives. The universal quest is for political, sociocultural and semantic counter-hegemony, which also denies the current world to be an instrument of the modal-assimilation complex “knowledge - power”. The urgency of this problem was confirmed by the riots that broke out in the United States and other parts of the world in 2020.
Предмет исследования - взаимосвязь двух междисциплинарных направлений в социальных науках, активно развивающихся с 70-х и 80-х гг. ХХ в.: Постсовременности и Постколониальности. Анализируется ситуация социального транзита и постулируется типологическое родство данных масштабных процессов общественной трансформации - своего рода исторический rite of passage . Комплексная реальность, возникающая в лоне Современности, реализует полицентризм, основанный не на этатистской симфонии, а на распределенном по планете множестве корпоративных, групповых и личностных суверенитетов. Концепту глобализации как «финалу истории» - политической и экономической связности современного мира - противопоставлен взгляд на универсальную перестройку как следствие кризиса институтов всемирной бюрократии, национальных, административных, партийных и прочих унифицирующих механизмов. Внимание обращено на набирающие силу тенденции индивидуализации и приватизации, замещение субординативности субсидиарностью, что отражает кризис национальной государственности. Постсовременность, отрицая прежнее мироустройство, воспроизводит в планетарном масштабе подобие постколониальной ситуации самоопределения, что позволяет обратиться к опыту суверенизации стран, осваивающих свой новый статус в различных версиях его становления. Колониальность при этом понимается как гегемония, выходящая за рамки сложившегося толкования колониализма - это доминантная эманация мира-империума, предлагающего субалтерным иным два модуса поведения: подчинение либо ассимиляцию, отрицая легальность альтернативной самореализации или сопротивления. Политическая деколонизация - исторически недолгий период, в то время как Постколониальность - длительное, комплексное состояние реабилитации бывших колониальных и зависимых территорий с ослабленной субъектностью. Речь также идет о деколониальности - политической, социокультурной и смысловой контргегемонии, отрицающей диктат конъюнктурной картины мира как инструмента модально-ассимилирующего комплекса «знание - власть». Пафос постсовременной, постимперской и постколониальной позиции, в котором присутствуют также тревожные обертоны, декларирует право индивида и сообществ на реализацию оригинальной идентичности, диссимиляцию прежних лояльностей и суверенный поиск альтернатив. Актуальность данной проблематики подтвердили массовые беспорядки, вспыхнувшие в 2020 г. в США и ряде других мест планеты.