NON-EQUIVALENT LEXIS IN THE BILINGUAL LANGUAGE CONSCIOUSNESS OF BELARUSIANS (EXPERIMENTAL STUDIES)

Cover Page

Abstract


The article presents the results of our experimental study on the translation by students - Belarusian-Russian bilinguals - of the non-equivalent vocabulary from one language to another. Comparative analysis of the obtained data and official statistics allows not only to characterize the specifics of the language situation in the Republic of Belarus, but also outline the prospects for its further development.


Республика Беларусь является сегодня единственной страной бывшего Советского Союза, где конституционно с 1996 г. закреплено государственное двуязычие. Белорусский и русский языки равноправны в их использовании во всех сферах: в законотворчестве, официально-деловой коммуникации, публицистической деятельности, межличностном общении и т.д. Однако наши наблюдения показывают, что языковой паритет в стране отсутствует: русский язык как средство коммуникации на всех уровнях используется активнее. С одной стороны, это вполне закономерно и исторически объяснимо, так как, во-первых, для большинства стран бывшего СССР «… речь идет об особом типе би(поли)лингвизме, при котором доминирующую роль объективно играет русский язык как язык, подтвердивший свою государствообразующую роль, роль мирового языка, посредством которого мир “узнал” о существовании больших и малых этносов и этнических групп, населяющих евразийское пространство» [1. С. 46], а также о культуре, самобытности этих народов и этносов. Во-вторых, законодательно разрешенный в контексте белорусской языковой политики выбор языка общения как одно из важнейших гражданских прав и свобод позволило белорусам сохранить гражданское единство, не допустить дискриминаций на национальном и языковом уровнях, что неоднократно наблюдалось и наблюдается в некоторых бывших союзных республиках. Однако, несмотря на приведенные мнения, статистические данные последней переписи населения (2009 г.) констатируют, что за период 1999-2009 гг. доля этнических белорусов, для которых родным был белорусский язык, сократилась с 85,6% до 60,8%. Такие цифры заставляют задуматься о дальнейшем развитии языковой ситуации в стране. С этой целью мы провели экспериментальное исследование, в ходе которого попытались выяснить, какой из двух государственных языков молодые белорусы считают своим родным, а также насколько хорошо они владеют белорусским языком и могут объяснить значение безэквивалентных лексических единиц. Безэквивалентная лексика, как известно, занимает особый статус в системе любого языка. Е.М. Верещагин и В.Г. Костомаров относят к безэквивалентной лексике «слова, план содержания которых невозможно сопоставить с какимилибо иноязычными лексическими понятиями» [2. С. 56]. По мнению Н.Б. Мечковской, основной слой безэквивалентной лексики в языке формируют слова, обозначающие прежде всего специфические предметы и явления жизни отдельной культурной общности [3. С. 85]. Таким образом, безэквивалентная лексика не только отражает лексическую специфику всего языкового фонда, имеет особое значение для переводчиков, но и играет ведущую роль «в создании национального “лица” языка» [4. С. 4]. Таким образом, выбор в качестве предмета исследования безэквивалентной лексики неслучаен: мы полагаем, что понимание такого рода лексических единиц на уровне языкового сознания характеризует личность не только с точки зрения ее образования, классовой общественной принадлежности и других социальных характеристик, но и национально-этнической принадлежности. Иными словами, языковое сознание способно отражать национальную самоидентификацию. В случае с безэквивалентной лексикой выдвигаемая гипотеза звучит следующим образом: до тех пор, пока безэквивалентная лексика отражает в языковом сознании часть личного мировосприятия, национальная самоидентификация личности будет связана с национально-языковой принадлежностью данной лексики. Для верификации предложной идеи нами была разработана специальная анкета, в которой опрашиваемым предлагалось перевести с белорусского языка на русский следующие слова: 1) абшыванка - выдолбленная из ствола дерева лодка с нашитыми для большей устойчивости бортами из досок; 2) знічка - падающая звезда; 3) бярозавік - напиток из березового сока; 4) здор - нутряной свиной жир; 5) кватэрка - мера объема или бутылка объемом в четверть кварты; 6) мур - каменная или кирпичная стена; 7) прыпар - а) время самой напряженной работы в сельском хозяйстве, б) самое горячее время дня или года; 8) пячонік - картофелина, запеченная на огне. В качестве словарного источника мы использовали Слоўнік беларускай безэквівалентнай лексікі (у рускамоўным дачыненні) (Словарь белорусской безэквивалентной лексики (в русскоязычном отношении)) [4]. Выбор конкретных лексических единиц был обусловлен их буквенно-звуковой схожестью с некоторыми русскоязычными словами. Например, абшыванка - вышиванка (современное разговорное название традиционной вышитой рубахи); знічка - ресничка; бярозавік - подберезовик; здор - вздор; кватэрка - квартирка; мур - амур, муравей, муровать; прыпар - препарат, припаривать; пячонік - печь, печенка. Анкетирование было анонимным и проводилось среди студентов филологического факультета Витебского государственного университета им. П.М. Машерова. В опросе приняли участие 121 человек в возрасте от 17 до 23 лет. Для чистоты эксперимента нами был соблюден половой паритет его участников (54 мужчины и 67 женщин). Интересным нам представляется также и тот факт, что родным русский язык назвали 86 респондентов (71,1%), белорусский - 25 человек (20,6%), для 10 студентов оба языка являются родными (8,3). Полученные результаты перевода отражены в таблице. Таблица Безэквивалентные лексические единицы абшыванка знічка бярозавік здор кватэрка мур прыпар пячонік Количество правильных переводов, % 21,49 42,98 23,97 1,65 0,00 12,4 12,4 6,61 Данные проведенного эксперимента показывают, что только около 15,2% переводов студентов были правильными. Однако нам не встретилось ни одной анкеты с полностью правильным переводом, причем число правильно выполненных переводов безэквивалентных слов не зависело от того, какой язык респондент считает своим родным. Анализ неправильных ответов показывает, что большинство из них как раз и связано с тесным буквенно-звуковым сходством выбранных нами слов. Безусловно, полученные результаты нельзя назвать абсолютными для всей Беларуси, однако они дают достаточную почву не только для дискуссий относительно статуса и перспектив развития государственных языков в Беларуси, но и указывают на необходимость дальнейшего законодательного совершенствования отдельных аспектов языковой политики, которая неразрывно связана с вопросами государственности, национально-этническим самоопределением и т.д.

A A Lavitsky

Vitebsk State University named after P.M. Masherov

Author for correspondence.
Email: anton_lavitski@mail.ru
33 Av. Moskovsky, Vitebsk, 210038, Republic of Belaru

Lavitsky Anton Alexeevich is a Candidate in Philology, Head of the Department of German Philology of Vitebsk State University named after P.M. Masherov.

  • Bahtikireeva U.M. Teorija bilingvizma v russkom jazykoznanii [Theory of Bilingualism in Russian Linguistics]. Lingvistika XXI veka: sb. nauch. st.: k 65-letnemu jubileju prof. V.A. Maslovoj. M.: Flinta, 2014. S. 45—56.
  • Vereshhagin E.M., Kostomarov V.N. Jazyk i kul’tura [Language and Culture]: lingvostranovedenie v prepodavanii russkogo jazyka kak inostrannogo. M.: Russkij jazyk, 1983. 239 s.
  • Mechkovskaja N.B. Social’naja lingvistika [Sociolinguistics]: posob. dlja studentov. M.: Aspekt Press, 2000. 207 s.
  • Samabytnae slova [Authentic words]: Sloўnіk belaruskaj bezjekvіvalentnaj leksіkі (u ruskamoўnym dachynennі). Mіnsk: Belaruskaja Jencyklapedyja, 1994. 285 s.

Views

Abstract - 181

PDF (Russian) - 79

PlumX


Copyright (c) 2017 Lavitsky A.A.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.