Review of the All-Russian Scientific Conference “Tendencies of Development of Law in Sociocultural Space: Zhidkov Readings - 2017” (Moscow, 24-25 March, 2017)

Abstract


On 24-25th of March 2017 the All-Russian Scientific-Practical Conference “Tendencies of development of law in sociocultural space: Zhidkov readings - 2017” took place in People’s Friendship University of Russia (RUDN University). The conference is traditionally devoted to the memory of the famous scientist, Professor O.A. Zhidkov. It was co-organized by Institute of State and Law of the of the Russian Academy of Sciences (RAS), Herzen State Pedagogical University of Russia , Association of Law Schools of Russia. The conference featured the plenary meeting, four panel sessions, two round tables and school of young scientists. During the conference different aspects of legal issues were discussed, including its methodological, theoretical and application nature. In their reports, the participants, inter alia, devoted attention to discussion trends of the development of law and legal science from the perspective of historical development, the current and future prospects. Present review includes general conception of the conference, participants’ main ideas and fragments of their speeches mirrored to certain extent the level of comprehending the conference’ main problem by scientific society.

24-25 марта 2017 г. в Российском университете дружбы народов (далее - РУДН) состоялась Всероссийская научная конференция «Тенденции развития права в социокультурном пространстве» (Жидковские чтения - 2017). Конференция проходит ежегодно в третьей декаде марта и посвящается памяти выдающегося ученого, одного из основателей юридического факультета (сейчас института) РУДН, внесшего весомый вклад в развитие историко-правовой науки, - Олегу Андреевичу Жидкову. Соорганизаторами конференции в 2017 г. выступили: Институт государства и права РАН, Российский государственный педагогический университет им. А.И. Герцена, Ассоциация юридических вузов России. С докладами и научными сообщениями на конференции выступили 130 ученых, представлявшие 37 вузов и научных учреждений из 18-ти субъектов Российской Федерации, Белоруссии, Германии, Казахстана, Приднестровской Молдавской Республики, Украины. Состав участников конференции был весьма представительным. Достаточно отметить, что ходе конференции с научными докладами и сообщениями выступили 27 известных российских ученых, докторов юридических наук. В первый день состоялось пленарное заседание, прошла работа четырех секций: «Теоретические и прикладные исследования права в социокультурном пространстве» (Секция I); «Построение социокультурного пространства в историко-правовых исследованиях» (Секция II); «Реформы и революции в контексте правовой культуры» (Секция III); «Национальные правовые системы в условиях транснационализации правового регулирования» (Секция IV). Во второй день работа конференции проходила в рамках двух круглых столов: «Социокультурный подход в правоведении» и «Историко-правовые научные школы», а также ставшей уже традиционной школы молодых ученых для аспирантов и преподавателей. Пленарное заседание конференции открыл директор юридического института РУДН, заведующий кафедрой административного и финансового права, д.ю.н., д.э.н., проф. О.А. Ястребов. В докладе «Социокультурный подход как элемент методологической основы института государственно-частного партнерства в России» он обратил внимание на значимость исследований права как социокультурного феномена, что в настоящее время является особенно актуальным, обусловленным происходящими в России и мире глобальными изменениями, опирающимися на определенную интерпретацию права и его роли в регулировании общественных отношений. Феномен социокультурного пространства, рассматриваемый в условиях как универсализации современного социума и происходящих в нем процессов, так и достаточного многообразия его локальных проявлений, несомненно, соотносится с методологией социокультурного подхода как одного из теоретически наиболее значимых подходов, в том числе и в административно-правовых исследованиях. Данный подход позволяет наиболее эффективно моделировать возможные варианты социокультурной динамики не только деятельности федеральных органов исполнительной власти и государственных служащих в РФ, но и функционирования институтов государственно-частного партнерства. В современных условиях государственное управление становится менее регламентированным и базируется как на вертикали власти, так и на горизонтальных связях между органами государственной власти, бизнесом, структурами гражданского общества. Применение социокультурного подхода формирует, в определенной степени, наиболее оптимальные направления горизонтальных связей, способы взаимодействия между государством и бизнесом и в силу этого будет способствовать достижению поставленных субъектами государственно-частного партнерства целей за счет наиболее полного удовлетворения их интересов. Эффективность государственно-частного партнерства с точки зрения социокультурного подхода определяется степенью корреляции деятельности его субъектов ключевым ценностям государственного управления с естественным включением принципов самореализации потенциала бизнеса в системе целостной культуры управления устойчивым развитием как экономики России, так и ее социума. Была отмечена необходимость дальнейшего совершенствования методологических основ государственно-частного партнерства на основе гармоничного сочетания институционального и социокультурного подходов. Определяя цель и задачи конференции, заведующая кафедрой истории права и государства юридического института РУДН, д.ю.н., проф. М.В. Немытина, в своем докладе «Цивилизационно-культурный вектор правового развития» отметила, что главным отличием «Жидковских чтений» от других собраний, объединяющих представителей научного юридического сообщества, является то обстоятельство, что они стали площадкой для обсуждения методологических проблем правоведения. Было бы наивным полагать, что рассмотрение заявленной в разные годы в названиях этой конференции тематики правовой культуры, правовых традиций, интересов в праве и многих других позволит решить проблемы такого уровня сложности, особенно в условиях методологического плюрализма современного правоведения. Вместе с тем системное и последовательное обращение к проблемам методологического характера в кругу профессионалов высокого уровня позволяет в ходе «Жидковских чтений» не только определить векторы развития юридической науки как области знаний, но и выявить тенденции развития общества, государства и права в разные периоды их существования и развития. Состояние современного научного знания, подходы к освоению социальной реальности, признанные научным сообществом пределы ее постижения таковы, что делают невозможным установление общих закономерностей развития права, общества и государства. В силу этого необходимым и достаточным является выявление с известной долей достоверности определенных тенденций, характерных для цивилизаций и лежащих в их основании культур. Право как явление цивилизации и культуры сосуществует и воспроизводится вместе с другими социальными феноменами, трудноотделимо от них. Юридическая жизнь общества, если ее рассматривать как правотворчество и правоприменение, правопостижение и правопользование, подвержена влиянию самых разнообразных факторов - экономических, политических, психологических, языковых и пр. Как было отмечено в докладе, целенаправляющие современные научные социокультурные (культурологические) и цивилизационно-культурные исследования, хотя и имеют много точек взаимопроникновения и «работают» на взаимообогащение, тем не менее являются разными векторами в исследовании правовой материи, в постижении права в его прошлом, настоящем и будущем. Заведующая кафедрой международного права Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена, д.ю.н., проф. А.А. Дорская в научном докладе «Роль истории права в конструировании социокультурного пространства России» отметила, что категория «социокультурное пространство» появилась в XIX в. в рамках социологии. В юриспруденции данная категория стала развиваться благодаря представителям исторической и особенно психологической школы права. Важнейшими характеристиками социокультурного пространства являются социальное пространство и социальное время, причем начиная с работ М. Хальбвакса они стали рассматриваться как социальные конструкции. Размышляя о роли историко-правовой науки в конструировании социокультурного пространства, А.А. Дорская пришла к следующим выводам. Во-первых, «поглощение» Россией взаимного влияния Востока и Запада привело к тому, что история Российского государства демонстрирует преобладание восточных тенденций, а история российского права - западных. Во-вторых, представления о времени существенно отличались в разных частях страны, поэтому Россия в социокультурном смысле никогда не была локальной цивилизацией - хранительницей времени, а представляла собой региональную цивилизацию. В-третьих, конструирование социокультурного пространства позволяет иначе увидеть тенденции развития российского общества, государства и права, где до середины XVII в. господствовал квазициклический характер социального времени, линейно направленное историческое время проявилось с Соборного Уложения 1649 г., затем началось ускорение развития системы социальных процессов. Как было отмечено в докладе, изучение микроистории на правовом материале позволяет по-новому увидеть социокультурные процессы, переживаемые российским обществом. В настоящее время происходит преодоление того разрыва социокультурного пространства, который наблюдался в 1990-е гг. (создание ЕАЭС, новое осмысление советского опыта, изучение революционных событий 1917 г. и т.д.). Профессор кафедры истории государства и права Московского университета МВД России им. В.Я. Кикотя, д.ю.н., заслуженный работник высшей школы РФ Н.В. Михайлова в своем докладе «Основные направления трансформации права и государства в годы Великой российской революции» акцентировала внимание на следующих тезисах. 1. События Великой российской революции, произошедшая трансформация права и государства, составляют значимое содержание социокультурного пространства этого периода в России. 2. Великая российская революция являет собой своеобразную точку бифуркации, в которой сконцентрированы кардинальные изменения российского права и государства. 3. Революция в России была вызвана необходимостью созидания цивилизации Нового времени (современной цивилизации) на основе качественных изменений в государстве, в его правовой системе, необходимостью разрушения средневековых институтов права, власти и управления и создания правовой базы для достижения баланса между капиталистической и социалистической тенденциями современной цивилизации. 4. Россия, в отличие от государств Запада, имеет почти трехсотлетний опыт решения вышеуказанных задач в рамках реформ, которые имели определенные положительные результаты, но не позволили в полной мере приблизиться к их завершению. 5. Великая российская революция, по мнению докладчика, прошла в своем развитии три этапа: становление конституционной монархии (январь 1905 г. - февраль 1917 г.); формирование республиканской формы правления (февраль - октябрь 1917 г.); становление советской республики (октябрь 1917 г. - 1922 г.). На первом этапе революции была законодательно закреплена конституционная монархия в России на основе Манифеста 17 октября 1905 г. «Об усовершенствовании государственного порядка», Основных законов Российской империи 23 апреля 1906 г. и др. Половинчатость проведенных преобразований создали энергию развития революции на втором этапе, который вобрал в себя свержение самодержавия в России, провозглашение республиканского строя (1 сентября 1917 г.) и попытку изменений в правовой системе и органах власти и управления. Незавершенность в решении задач формирования республиканской формы правления стала причиной третьего этапа Российской революции, на котором происходило создание своеобразной правовой социалистической системы и формирование особых органов Советской власти и управления. В 1921 г. была предпринята удачная попытка правового регулирования соотношения капиталистической и социалистической тенденций современной цивилизации в рамках НЭПа. В докладе главного научного сотрудника сектора сравнительного права Института государства и права РАН, д.ю.н., проф., заслуженного деятеля науки РФ, заслуженного юриста РФ В.Е. Чиркина «“Цветные революции” и “арабская весна” в конституционном измерении» были проанализированы революционные события 2003-2013 гг. в двух десятках стран постсоветского пространства и Арабского Востока, их характер и последствия для конституционного развития данных стран. «Цветные революции» начались в Грузии в 2003 г., когда люди, вышедшие на демонстрацию с цветками роз, добились мирного свержения президента и обновления состава парламента, выборы в который были фальсифицированы исполнительной властью. Цветок тюльпана использовался в качестве символа революционных по своей сути событий в Кыргызстане в 2005 и 2010 гг., жасмин - на первых стадиях протестов в Тунисе в декабре 2010 г., желтый цвет и апельсины стали символом протестов на Украине в 2004-2005 гг. В некоторых странах протесты были незначительны и длились лишь несколько часов (Джибути, Кувейт и др.); в других - пару дней (Грузия); в третьих - недели (Алжир, Тунис); в Египте - почти два года. Одни российские политологи считают, что эти движения в значительной степени были инспирированы извне, в то время как другие видят в них социально-экономические причины, рассматривают их как протестные формы против авторитарных режимов, беспрецедентного обогащения правящих лиц и их семей. В целом результаты революционных движений привели к различным последствиям. В Джибути, Кувейте, Мавритании не изменилось ничего. В Алжире были обещаны поправки в конституцию (они приняты через пять лет, но не имели радикального характера). В Марокко монарх обещал новую демократическую конституцию, и за три месяца данное обещание было выполнено. В Саудовской Аравии король несколько изменил государственный бюджет и выделил средства на социальные нужды. Кроме Марокко еще в трех странах - в Кыргызстане (2010 г.), в Египте и Тунисе (2014 г.) приняты новые конституции. Внесенные в конституции изменения касались прав человека, конституционных основ устройства общества и государства, создания новых консультативно-контрольных органов с представительством общественных объединений, включая оппозицию. Заведующий кафедрой международного права РУДН, член Комитета ООН по экономическим, социальным и культурным правам человека, д.ю.н., проф. А.Х. Абашидзе в своем докладе «Учет международным правом социокультурных условий развития национального права», сделав исторический экскурс, обозначил социокультурные условия формирования воззрений философов и правоведов, что повлияло на эволюцию права в соответствующих эпохах, определило длительную перспективу развития юриспруденции. Был сделан акцент на сохраняющейся зависимости отечественного правоведения от евроцентристского подхода по многим ключевым аспектам развития государства и права. Докладчик призвал присутствующих обратить должное внимание в своих публикациях на вклад российского государства и права, отечественной правовой науки на становление соответствующих правовых институтов и концепций. Как один из учеников выдающегося отечественного правоведа, внесшего неоценимый вклад в развитие историко-правовой науки, проф. О.А. Жидкова, проф. А.Х. Абашидзе призвал сделать ежегодно проводимую научную конференцию «Жидковские чтения» международным научным форумом, превратить ее в мощный генератор научных идей в области права. «Жидковская историко-правовая школа», по мнению выступающего, могла бы стать определяющим фактором дальнейшего развития отечественной науки истории права и государства. Директор Института правовых исследований и региональной интеграции, заведующий кафедрой гражданско-правовых дисциплин Российского экономического университета им. Г.В. Плеханова, д.ю.н, проф., заслуженный юрист РФ Р.А. Курбанов в докладе «Формирование социокультурного пространства в XXI в.» остановился на актуальных вопросах формирования социокультурного пространства в евразийском регионе. Он подчеркнул, что современный мир характеризуется стремительно развивающимися интеграционными процессами и значительным скачком в развитии социокультурной сферы. В условиях перехода к мультиполярности особое значение стали приобретать региональные интеграционные процессы. Региональная интеграция неизбежна, в современных условиях она становится неотъемлемой частью эволюции. По мнению докладчика, социокультурное пространство часто соотносят с двумя раздельными понятиями - «социальное пространство» и «культурное пространство». Однако культурное пространство является неотъемлемой частью социального, и сотрудничество в социокультурной сфере является одним из приоритетных направлений деятельности большинства международных региональных объединений, в том числе на евразийском пространстве. На данном этапе развития жизненно необходимы для всех стран евразийского региона выработка и проведение согласованной политики в социокультурной сфере. Изучение ретроспективного опыта, освоение наиболее успешных современных разработок в рассматриваемой сфере могут позволить в достаточно сжатые сроки создать на евразийском пространстве эффективные механизмы правовой гармонизации и модели социокультурного взаимодействия. В докладе профессора кафедры теории государства и права Московского государственного юридического университета им. О.Е. Кутафина, д.ю.н., почетного профессора МГЮА Т.В. Кашаниной «Эволюционные закономерности правового развития» был отмечен тот факт, что большинство ученых смешивают категории «закономерность» и «тенденции» или считают их синонимичными, в то время как закономерности - это существенные постоянно повторяющиеся связи явлений, характеризующие поступательное движение, а тенденции - это направления преимущественного движения, изменения явлений, которые относительно краткосрочны и могут быть повернуты вспять. Можно выявить ряд таких закономерностей. 1. Увеличение удельного веса (плотности) правового регулирования. Речь идет о количественном росте права, повышении удельного веса правового регулирования. 2. Расширение сферы правового регулирования, появление новых отраслей и подотраслей права. Здесь имеются в виду качественные изменения права. Это связано с развитием экономики, появлением новых видов деятельности, усложнением социальной структуры, а также расширением потребностей индивидов. 3. Усиление специализации права, т.е. более точного урегулирования разнообразных общественных отношений, с учетом их особенностей. 4. Повышение детализации законодательства, т.е. более подробное и тонкое урегулирование общественных отношений. 5. Ускорение динамизма законодательства, т.е. скорости изменения нормативно-правового массива. 6. Возрастание степени абстрактности правовых норм. 7. Наращивание доли социальных интересов в правовом регулировании. 8. Разрастание массива регулятивных законодательных норм. 9. Повышение юридико-технической оснащенности права. Профессор кафедры теории права и государства Юридического института РУДН, д.ю.н., заслуженный юрист РФ, Н.А. Власенко в научном докладе «Либеральное мышление, теория права и правопонимание» обратил внимание на одну из особенностей развития правовой науки в современный период, когда господство либерального мышления породило обилие теорий правопонимания, их модификации, которых, по самым скромным подсчетам, около двух десятков, а также предложений по внедрению в юридическую науку новых методологий - около десяти, подающиеся новаторами как «единственно верные». По мнению докладчика, причиной сложившейся ситуации является господствующий либеральный тип мышления, уходящий своими истоками, как минимум, в XIX в. и обязанный своим происхождением французским и английским буржуазным революциям. Именно тогда идеи «свободы», «равенства» и др. приобрели определяющее значение. Между тем, что часто не учитывают современные исследователи, либеральное мышление не стояло на месте и развивалось вместе с обществом и европейской государственностью. На смену безраздельно господствующим принципам свободы мышления пришло более корректное либеральное мировоззрение, получившее название «неолиберализма». Обновленный тип либерализма ограничил себя такими ценностями, как государство, публичная власть, парламентаризм, а также христианскими ценностями. Как полагает докладчик, современная российская юридическая наука, по большому счету, пока находится на начальном этапе либерализма, который традиционно не обязывает ученых, и не только молодых, ценить устоявшиеся, проверенные временем знания в философии, методологии и теории права. Отсюда в юридической науке сложилась ситуация: «что хочу, то и пишу». Иными словами, ситуация - часто безответственная и не всегда корректная с точки зрения научной достоверности и гносеологической выдержанности. Профессор кафедры теории права и государства Юридического института РУДН, д.ю.н. Г.И. Муромцев, начав свой доклад «Тенденции развития права в контексте истории» с истолкования названия темы конференции, отметил, что оно не вполне адекватно отражает характер обсуждаемых проблем. В названии он выделил три ключевых понятия: «право», «тенденции развития права» и «социокультурное пространство». Право, как и социокультурное пространство, есть категории исторические. К тому же право представляет собой важнейший элемент структуры самого социокультурного пространства. В ходе истории изменяются как эта структура, так и место в ней права. Уже одно это предопределяет подвижность соотношения права и социокультурного пространства. Понятие тенденции в словосочетании «тенденции развития права» также неоднозначно. Под тенденцией в энциклопедических изданиях обычно понимается направление, в котором идет развитие какого-либо явления. Тенденция есть нечто происходящее в наши дни, так сказать, «сиюминутно». Но когда речь идет о праве или социокультурном пространстве как исторических явлениях, то мы встаем перед необходимостью применения понятия «тенденции развития права» к прошлым историческим эпохам. И тогда возникает проблема его соотношения с понятием «исторические закономерности развития права». По мнению профессора Г.И. Муромцева, не в каждой исторической тенденции развития права проявляется та или иная правовая закономерность, но в известных ситуациях применяемые к праву понятия «историческая тенденция» и «историческая закономерность» могут становиться синонимами. Таким образом, и здесь имеет место подвижное их соотношение. Выступающий остановился также на ряде весьма плохо изученных историко- и теоретико-правовой наукой исторических тенденций (закономерностей) развития права. Речь шла, в частности, о том, что всюду в мире архаическое право, возникая до появления государства, воспринимается поначалу как явление несотворимое и неизменное. В течение известного времени оно сохраняет эти качества и в условиях государственности. Отсюда - другая тенденция (она же закономерность правового развития), состоящая в том, что на известном этапе истории неизменное право, возникшее «само собой», вступает в противоречие с правом «государственным», которое создается людьми и изменяется вместе с изменением социокультурных условий. Каждую из этих подсистем права отличает специфика правопонимания, структуры, юридической техники, механизма действия. Формы разрешения коллизий между ними выступающий рассмотрел на примере римского и мусульманского права. В секции «Теоретические и прикладные исследования права в социокультурном пространстве» с научными сообщениями выступило 12 человек, среди них было 5 докторов юридических наук и 6 кандидатов. Профессор Российского экономического университета им. Г.В. Плеханова, заслуженный юрист РФ, д.ю.н. А.И. Экимов посвятил свое выступление анализу категории «стабильность права». Он обратил внимание на своеобразие ее толкования в зависимости от того, что понимают под правом. Если право рассматривается как звено в «замысле» природы или Бога (С.С. Алексеев и др.), то в этом случае стабильность права рассматривается как неизменность его сущности, не знающая каких-либо циклов в своем развитии. Именно с таких позиций, например, в американской юридической науке излагается проблема стабильности права, выражающаяся в принципе его верховенства. Но, как известно, существуют и иные (позитивистские или близкие к позитивистским) трактовки права, когда его рассматривают в качестве совокупности (системы) юридических норм. При этом вовсе не обязательно, чтобы эти нормы каким-либо образом были официально оформлены. Главное, чтобы их регулирующее воздействие не оспаривалось государством. Соответственно, проблема стабильности права в таком аспекте касается лишь того, что именуется законом, системой социальных норм, поддерживаемых государством. В докладе подчеркивалось, что проблема стабильности права может быть адекватно исследована только с позиции его системного характера, то есть через такие его характеристики, как целостность и функциональность, существенные связи между его элементами и (или) их свойствами. Стабильность права предполагает, что, во-первых, оно должно адекватно воспринимать и распознавать внешнее воздействие экономических, политических, нравственных и иных факторов и формировать с помощью собственных специфических средств образ воздействующей на него внешней среды; во-вторых, обладать информацией о самом себе и своих свойствах, хранимых в виде образов норм и источников права, составляющих информационное описание системы права. Выступление профессора кафедры философии Московского университета МВД России им. В.Я. Кикотя, д.ю.н. Н.Ф. Медушевской было посвящено проблематике коммуникативного правопонимания в контексте постнеклассической рациональности. Подчеркивалось, что постнеклассическая рациональность понимает разум как смысл, выявляющий целеполагание и целесообразность, чего была лишена классическая научная рациональность, рассматривающая мир как объект, а человека как преобразователя. Научная рациональность не сводится к конструированию мира, не является средством его овладения, а становится способом смыслопроявления и смысловыделения. Постнеклассическая рациональность применительно к правовому познанию базируется на определенных принципах: 1) ориентация на субъект, его повседневно-жизненный мир, коммуникацию и взаимодействие; 2) междисциплинарность, использование понятийно-категориального инструментария как социально-гуманитарных, так и естественных наук; 3) неоднородность и неуниверсальность жизненных миров; 4) диалогизм; 5) плюрализм истин; 6) контекстуальность. Отмечалось, что сущность права нельзя сводить исключительно к его способности организовывать социальное пространство. Право выступает и как важнейшее средство коммуникации, становится способом цивилизационного общения коммуницирующих субъектов. В коммуникативном правопонимании акцент делается на следующих способах цивилизационно-правовой коммуникативности: а) онтологический аспект - правовая коммуникация как способ смысловой ориентации в правовой реальности; б) гносеологический аспект - коммуникация как ретранслятор историко-правового знания; в) эпистемологический аспект - коммуникация как способ реализации диалогизма в правовом познании; г) методологический аспект - коммуникация как способ передачи мировоззренческих и методологических принципов, регулятивов, идеалов и образцов правового знания; д) герменевтический аспект - коммуникация как очищение правовых смыслов; е) антропологический аспект - коммуникация как мера правового человека, нацеленного на консенсус, согласие, а не на противодействие; ж) праксиологический аспект - коммуникация как взаимодействие (а не насилие) и выявление целесообразности, поскольку правовой порядок невозможен без согласованных действий участников правовой коммуникации. Коммуникативное правопонимание, ядром которого выступает правовая коммуникация, выражает социокультурную природу права. В сообщении заведующей кафедрой конституционного и муниципального права Волгоградского государственного университета, д.ю.н., профессора М.Л. Давыдовой было привлечено внимание к взаимосвязи теоретических и прикладных исследований права на примере локальных нормативных правовых актов. Указывалось, что данная проблема, с одной стороны, является традиционной: еще в советской научной литературе ей был посвящен ряд теоретико-правовых и отраслевых работ. С другой - произошедшие в постсоветский период изменения правового и социокультурного пространства привели к значительному расширению количества и сферы функционирования локальных актов, а заодно и к устареванию части теоретических представлений о них. Изменения в отечественной правовой системе произошли четверть века назад, в то же время до сих пор не сформировались научные взгляды на локальные нормативные правовые акты. Причина этого видится в разрыве между общей теорией права и отраслевыми юридическими науками. На сегодняшний день различное обоснование природы рассматриваемых актов возможно с позиции трудового, гражданского, корпоративного, муниципального, административного права. Разумеется, снять противоречия между отраслевыми трактовками способен взвешенный общетеоретический подход. Однако общая теория права часто использует данные отраслевых наук выборочно и несистемно. Так, совершенно не согласуется с общепринятыми представлениями о локальных актах как внутриорганизационных отождествление их с муниципальными, основанное на буквальном понимании термина «локальный» («местный»). Слишком узким является видение локальных (корпоративных) актов, вытекающее из понятия корпорации, закрепленного в гражданском кодексе, так как внутренние акты целого ряда организаций (государственных и муниципальных учреждений и предприятий, религиозных организаций и пр.) остаются при этом за рамками исследования. Цель теории права в том, чтобы находить общее там, где отраслевые юридические науки видят лишь собственную специфику. Для локальных нормативных правовых актов такими общими чертами являются источник их формирования и масштаб действия, которые ограничиваются пределами соответствующей организации (независимо от организационно-правовой формы последней). Подобный подход способен обеспечить преемственность в изучении локальных актов и охватить особенности их отраслевых конструкций. Младший научный сотрудник сектора истории государства, права и политических учений Института государства и права РАН, доцент кафедры истории государства и права Института права и национальной безопасности Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ, к.ю.н. А.М. Михайлов в своем выступлении акцентировал внимание на понятии правовой культуры. По мнению выступающего, в состав правовой культуры включаются не все феномены правовой реальности, а лишь те, которые являются составной частью актуальной деятельности людей в правовой сфере. Именно поэтому правовые памятники навсегда ушедшей культуры, носители которой стали частью истории, не являются частью правовой культуры. Для принадлежности к правовой культуре идея, норма или отношение должны стать достоянием коллектива, интериоризироваться в групповом и/или общественном сознании. Поэтому все явления, включающиеся в состав правовой культуры, должны иметь минимальный уровень социальной легитимности (ценностной оправданности, значимости). Кроме того, правовая культура охватывает лишь те правовые явления, которые способны выполнять функцию воспроизводства и эволюционного развития правовой действительности. Правовая инновация, нацеленная на принципиальный слом предшествующей правовой традиции, на совершение правовой революции, не может являться частью правовой культуры, а правовые девиации, не носящие деструктивный характер по отношению к правовой системе общества как целостному образованию, включаются в состав правовой культуры. Отмечалось, что в составе правовой культуры следует выделять три плана - идеальный, нормативный и деятельностный. Идеальный план представлен правовыми идеями, ценностями, представлениями об идеале. Нормативный - общими правилами, организующими сознание субъектов правовой деятельности с целью воспроизводства правовой реальности. Деятельностный - стандартными поведенческими образцами в типовых правовых ситуациях. Подчеркивалось, что правовая культура характеризуется единым, органическим характером; культура как целое - значительно больше своих составных частей. Целостное содержание правовой культуры не поддается процедуре анализа и формализации. Доцент кафедры государственно-правовых дисциплин Академии управления МВД России, к.ю.н. О.Н. Громова, раскрывая проблемы участия федеральных органов исполнительной власти в законотворческом процессе, отметила, что в данном случае приходится говорить об участии в нем главным образом Правительства Российской Федерации. Именно роль высшего органа исполнительной власти в законотворческом процессе наиболее четко определяется законодательством, поскольку среди федеральных исполнительных органов только Правительство Российской Федерации обладает правом законодательной инициативы. Иные федеральные органы исполнительной власти участвуют в федеральном законотворческом процессе лишь косвенно. Однако роль их чрезвычайно велика, в основном именно федеральные органы исполнительной власти обеспечивают осуществление законопроектной деятельности Правительства Российской Федерации. Можно выделить следующие формы участия федеральных органов исполнительной власти в федеральном законотворческом процессе: 1) федеральные органы исполнительной власти представляют в Правительство РФ законопроекты; 2) федеральные органы исполнительной власти, ответственные за разработку законопроекта, осуществляют контроль за реализацией концепции и выполнением технического задания; 3) представители федерального органа исполнительной власти либо организации - головного исполнителя по законопроекту, иных заинтересованных федеральных органов исполнительной власти включаются в состав рабочих групп по подготовке законопроектов; 4) федеральные органы исполнительной власти осуществляют подготовку и внесение в Правительство РФ проектов нормативных правовых актов, необходимых для реализации федерального закона, проект которого внесен в Государственную Думу Правительством; 5) подготовка заключений, поправок и официальных отзывов Правительства РФ на деле осуществляется федеральными министерствами и иными федеральными органами исполнительной власти; 6) заместители руководителей федеральных органов исполнительной власти и другие должностные лица, ответственные за подготовку законопроектов, осуществляют деятельность по представлению в палатах Федерального Собрания Российской Федерации согласованной позиции Правительства Российской Федерации. Не отрицая значимой роли органов исполнительной власти в законотворческом процессе, О.Н. Громова отметила, что законотворчество является формой государственно-властной деятельности посредством выявления, формирования и утверждения воли народа в виде общеобязательных законодательных правил, поэтому именно законодательные (представительные) органы в первую очередь призваны осуществлять указанные полномочия. В сложившейся ситуации, когда большинство законопроектов исходит от высшего органа исполнительной власти, существует определенная опасность дискредитации законодательной власти и ее представительного характера. В сообщении старшего преподавателя кафедры теории государства и права Московского университета МВД России им. В.Я. Кикотя, к.ю.н. А.С. Чувальниковой была поставлена актуальная для современного социокультурного пространства права проблема поиска объективных начал в правовом регулировании общественных отношений. Было обращено внимание на возросший в современной юридической науке интерес к исследованию «логики права», «логики правового регулирования», «логики норм», «логики нормативных систем», где понятие «логики» отражает представление о существовании неких объективных закономерностей правового мышления, влияющих на процесс правового регулирования. Введение в научный оборот подобных понятий указывает на поиск современной юридической наукой оснований самовоспроизводства права как феномена человеческой культуры и явления цивилизационного порядка. По мнению выступающей, высокая динамика современного социокультурного пространства становится причиной возрастающего разрыва духовных, культурных, нравственных и социальных оснований права, «хранителем» которых является правовое сознание, с формами внешнего представления права, испытывающими в современных условиях сильное влияние политической идеологии. В результате логика правообразования все чаще заменяется стратегией правовой политики государства, в правовом регулировании усиливаются проявления субъективных

Marina V Nemytina

Peoples' Friendship University of Russia (RUDN University)

Email: nemytina_mrvk@pfur.ru

Tsybik Ts Mikheeva

Peoples' Friendship University of Russia (RUDN University)

Email: mikheeva_tsts@rudn.university

Elena A Sorokina

Peoples' Friendship University of Russia (RUDN University)

Email: sorokina_ela@rudn.university

Views

Abstract - 550

PDF (Russian) - 804

PlumX

Refbacks

  • There are currently no refbacks.

Copyright (c) 2017 Nemytina M.V., Mikheeva T.T., Sorokina E.A.

Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 International License.